Шолох. Теневые блики

Размер шрифта: - +

Глава 15. "Черная серия"

Странную сладость во мне порождало
Видение Мудры погибшей, столицы былых времен.
Никого уж давно не стало,
Но на улицах слышно — не скроешься — эхо имен.
Джихир Лолах, иджикаянский авантюрист, поэт-любитель

«Мыслительный зуд» не покидал меня всю дорогу до Башни Магов и все время, проведенное в оной. Будто я хотела сказать нечто важное, а потом отвлеклась и теперь никак не могу вспомнить, что это было. Сплошной дискомфорт!

Тем не менее, я успешно передала дело Аверика Кирстена волшебникам и заручилась их обязательством выплачивать иноземцу страховку, пока трясуха не угомонится.

Выйдя из Магического Ведомства, я обернулась.

Люблю Башню Магов за её агрессивную красоту. На нижних ярусах она утыкана острыми шипами, что производит гнетущее впечатление — так задумано специально, чтобы толпы зевак не бродили тут бесцельно.

Тугая спираль башни, цветом напоминающая слоновую кость, настойчиво ввинчивается в высокое майское небо. Столетние шолоховские дубы старательно тянутся вверх, но никак не могут составить ей конкуренцию. Даже до одной трети не дотягивают.

Знатоки говорят, форма башни повторяет форму ракушки под названием «турителла церебра» — это была любимая раковина основателя Магического Ведомства, легендарного Гойло из Дома Спящих.

Именно он в 1775 году принял решение покинуть остров Шэрхенмисту, где наши предки жили после уничтожения Срединного государства. Сказал: «Ну, вы тут сидите, сколько влезет, а я вернусь на материк и возрожу государство, чтоб вас, лентяев, за трусость раскололо. И так всю настоящую магию растеряли, учитесь у шарлатанов! Хранителей на вас нет!».

Скажем честно: он был несправедлив. Народ шэрхен — не шарлатаны. Наоборот, их уникальная магическая традиция очень ценится, до сих пор. Говорят, некоторых «особо важных госслужащих» отправляют к шэрхен на учебу. «Особо важные» — размытое понятие, увы. Подозреваю, имеется ввиду что-то семейно-протекционистское… Но я отвлеклась.

Речь господина Гойло достигла гордых ушей соплеменников... Оскорбившись, наследники семнадцати Домов переплыли море и начали великую стройку города вокруг кургана.

И, как мы видим, они преуспели.

Я шла по песчаному плацу, окружавшему башню. Песок плясал, как пустынная буря в миниатюре: дул сильный ветер — то ли погода меняется, то ли отдел Иллюзий дурит.

Вдруг я увидела субтильного господина Митраса — преуспевающего лекаря, старшего коллегу Дахху.

Мы были знакомы шапочно, но я знала, что его считают толковым исследователем отдела Маг-Здоровья. У господина Голя была клиновидная темная бородка и умные раскосые глаза. Белое одеяние лекаря выглядело простецки в помпезных экстерьерах Башни.

Знахарь кивнул мне и собирался пройти мимо, но я остановила его вопросом:

— Митрас, а вы все еще работаете в паре с Дахху?

Он снова кивнул, придерживая капюшон и щурясь против ветра. Я смело продолжила:

— Вы знаете, в последние дни Дахху себя плохо чувствует. Но, как настоящий мужчина, не хочет признаваться. Вы не могли бы присмотреть за ним?

Митрас невозмутимо поинтересовался:

— А что именно с ним не так?

— Общая слабость. Рука болит. Сны дурные, хотя ему нравятся. Зеленый весь какой-то.

— Причина?

Я замялась.

Потом вспомнила, как высоко Дахху ценит Митраса (за исключением тех дней, когда проигрывает ему в шахматы). И решилась на признание:

— В полнолуние его коснулся бокки-с-фонарем.

Лицо Митраса окаменело… В голосе зазвенел металл:

— Почему же сам Дахху не сообщил об этом?

Я запаниковала:

— Ну… Ведь контакт с призраками незаконен. Вот Дахху и боится потерять стипендию и вообще попасть в неприятности…

— Отчего тогда не боитесь вы, Тинави?

— Наша встреча с бокки была случайностью. Мы этого не хотели, отнюдь! Да, я знаю о принципе «наказание неизбежно» — мой куратор от него в восторге — но… Там, где нельзя закрыть глаза на сознательное правонарушение, можно сделать скидку случайности. И, прах побери, я действительно волнуюсь за друга!

Митрас снял очки-полулунья и задумчиво протер их.

— А где вы работаете?

— В Иноземном Ведомстве.

Знахарь внимательно посмотрел на груду ястребиных папок в моих руках. Пожевал губами.

— Что ж, поздравляю с назначением. Хорошо, Тинави. Я прослежу за Дахху.

Я едва слышно выдохнула. Пронесло!

Ну, совесть моя чиста. Пообещала Кадии что-то сделать — и сделала.

— Спасибо, Митрас. Но вы уж ему не рассказывайте о моем… доносе, так сказать. Вы сейчас в Лазарет, да?

— Нет. На другую, неофициальную работу. Не расскажу, конечно.

Потом, решив, что на этом его социальная роль может считаться сыгранной, знахарь поклонился на прощание и упорхнул. Вскоре его силуэт растворился в пыльной и солнечной дымке. Песок коброй скакал вокруг Голя.

М-да. А белую тогу придется постирать!

***

Патрициус, кажется, решил отказаться от остальных клиентов и кататься только со мной.

— Хей, а ведь ты, пока меня ждешь, мог уже несколько коротких поездок с кем-то еще совершить, денег подзаработать, — прагматично отметила я, забираясь в седло.

— А все же со знакомыми приятнее! Да и ждать вас одно удовольствие — по таким красивым местам ездите, мадам! — он козырьком приставил ладонь ко лбу и с восхищением посмотрел наверх, где на фоне постепенно сереющего неба высилась Башня магов.



Антонина Крейн

Отредактировано: 09.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться