Шумная меланхолия

Часть 3. Счастливые люди

Спустившись вниз, они прошли на кухню. Стол уже был накрыт, на пяти тарелках лежали порции из омлета, гренок и сосиски. Увидев вошедших, суетившийся Роланд радостно подозвал их к столу.
— Проходите, присаживайтесь! Сейчас придут остальные, они уже проснулись.
Тина упала на один из стульев и отодвинула стул рядом, приглашая Ньяла сесть. Тот садиться не торопился, он с интересом рассматривал кухонную утварь. В его представлении так должна выглядеть кухня большой прилежной семьи с хозяйственной мамой. Как и остальная мебель в доме всё здесь было выполнено из темного дерева, ручная работа. Всё - от стола и стульев до столешниц - выглядело массивно, старо, но не потрепано временем. "Здесь очень уютно" — подумал Ньял. 
Пока он стоял, в коридоре открылась дверь, по всей видимости ведущая в ванную комнату, и на кухню вошла низкая и толстая девушка. Она торопливо подошла к столу и села, быстро бегая глазками по присутствующим. При этом она быстро бормотала писклявым голосом о том, что Ролл мог бы попросить у нее помощи, а не кашеварить тут на всех с самого утра. В какой то момент она встретилась взглядом с Ньялом и кивнула головой, здороваясь.
— Хельга, это Ньял, — представил девушку Роланд, ставя на стол кувшин с брусничным морсом, — Он, как и все мы, в списке. Теперь это и его дом.
Ньял в своей манере слегка поклонился, прикрыв глаза. "Очень приятно!", — энергично ответила Хельга. Она как Роланд была очень улыбчива, но в отличии от него не источала такого спокойствия. Она скорее выглядела суматошной.
Новичок сел за стол, к ним присоединился и Ролл, наконец закончив выставлять на стол завтрак. Он потер руки и пожелал всем приятного аппетита. 
— А почему нас четверо? — вдруг спросил Ньял, обратив внимание на пустующее место напротив Тины.
— Он всегда немного задерживается, — пояснила ему соседка, — Это в его стиле.
И только сейчас Ньял понял, насколько он голоден. Скудный перекус из кильки с черным хлебом под первыми лучами утреннего солнца не шли ни в какое сравнение с таким замечательным завтраком, и поэтому он переступил через скромность и присоединился.
— Так значит, тебе письмо тоже отдали? — спустя какое то время спросил Роланд.
— Не совсем так, о месте со столбами мне рассказал старый знакомый. 
— Это что-то новое, — тихо сказала Тина, попивая морс из стакана, — Троим выдали письма, Хельга типа в видении увидела это место.
Хельга исподлобья посмотрела на Ньяла. 
— Можешь не верить. Никто не верит, — сказала она. Улыбка сошла с ее лица.
— А тебе так сказали, — продолжила Тина, — Интересно. А что-нибудь еще тебе рассказывал твой знакомый?
— Нет, он никак не прокомментировал это, — ответил Ньял, — Я даже не успел ничего спросить. Он умер месяц назад, старый уже был.
В этот момент на кухню вошел пятый житель дома. Он спустился совсем беззвучно и теперь молча проследовал к своему стулу и сел за стол. Худой высокий парень с бледной кожей и болезненным лицом. Глаза посажены глубоко, а черные как уголь волосы собраны в конский хвост. Он грациозно взял в руки вилку и начал поедать содержимое тарелки, даже не поднимая взгляд на присутствующих. 
Ролланд слегка опустил голову и громко, в осуждающем тоне, сказал ему:
— С добрым утром! И приятного аппетита! Знакомься, родной, это наш новый сосед, его зовут Ньял!
Не хотел бы Ньял услышать обращение в таком тоне из уст столь внушительного человека. Вновь прибывший поднял голову и обратил на новенького очень тяжелый взгляд. Ньял был готов поспорить, что этот человек эту ночь не спал.
— Я Эдвард. Очень приятно, — поздоровался он и продолжил есть, тихо добавив: — Спасибо за завтрак, Ролл.