Сказки с крыш

Сказка двадцать девятая

Одна феечка любила все драматизировать. Она вообще была чувствительной особой – положение обязывало. Наша феечка чистила и полировала стекла, могла оживить любое зеркало, даже волшебное, и её пальцы болезненно ощущали любую неровность. Выглядела она хрупким цветком – тонкая талия, стройные ножки, пепельные кудряшки и выразительные глаза цвета майского клевера. Когда дул сильный ветер, феечка старалась не выходить из дома, а если и покидала уютное жилище, набивала карманы камнями и надевала свинцовые башмаки, чтобы не улететь восвояси. Мало ли куда может занести буря?

На крыше нашу феечку хорошо знали. Она изумительно пела, неплохо играла на клавесине, грациозно порхала по бальной зале и украшала собой балы… Вот только чувствительная феечка видела обиды повсюду – то с ней недостаточно вежливо поздоровались, то пригласили на танец три, а не четыре раза подряд, то оставили самый остывший чай и черствое пирожное. Когда её пение хвалили – наша феечка фыркала «лесть!», когда замечали ошибки – рыдала от незаслуженной критики. Она постоянно с кем-то ссорилась, на кого-то сердилась, на кого-то угрюмо дулась. Постепенно её стали реже приглашать на балы и пирушки, и даже самые верные подруги-феечки не торопились защищать фантазерку от выдуманных врагов.

Звонкий голос перестал выводить трели, легкие ножки больше не скользили по сверкающему паркету. Свои обязанности феечка по-прежнему выполняла безупречно, зеркала и стекла сияли, ни пылинки на полу, ни заплатки на платьице она себе не позволяла. Но в уютном домике царило одиночество, и на день рождения ни одного подарка не оказалось в корзинке, заботливо выставленной за дверь. Жители крыши побоялись не угодить феечке, но она конечно же решила «про меня все забыли». И расстроилась ещё больше – беззаботная жизнь крылатого существа превратилась в сплошную драму.

Когда подошло время Большого Осеннего бала, наша феечка плакала каждый вечер, уверенная, что её обнесут приглашением. И ошиблась – открытка с кленовым листиком вплыла в распахнутое окошко. Ура! Новые туфельки уже год ждали своего часа, новую шляпку привезли с соседней крыши, а новое платье кокетка наколдовала сама. Паутиново-желтый, отделанный капельками дождя наряд изумительно шел феечке.

Она впорхнула в бальную залу одной из первых и уверенно расположилась у клавесина. Романс «К Осени» всегда вызывал восторг зала. Сильные пальцы опустились на клавиши, звонкий голос полетел ввысь. Соскучившаяся по вниманию публики феечка пела изо всех сил. В порыве вдохновения она воспарила над залом – и вдруг раздался предательский треск. Шлейф платья зацепился за клавесин, тонкая ткань порвалась, и певица продемонстрировала собранию отсутствие нижней юбки. Какой конфуз! Феечки захихикали в кулачок, принцы неприлично заржали.

Такого обстоятельного позора с нашей чувствительной особой никогда не случалось. Красная как маков цвет феечка подхватила оборванный шлейф, поддернула панталоны и со всех крылышек полетела прочь. Домой, скорее домой, под большущее одеяло! А поутру – собрать вещички и уехать навсегда-навсегда, на любую другую крышу! Жестокие, скверные насмешники, как они могли…

Феечка не замечала, что небо темнеет и ветер становится все сильнее. И вдруг - фуххххх! Её подхватила и понесла прочь беспощадная осенняя буря. Феечка кувыркалась в воздухе словно перышко, промокшие крылышки трепетали, волшебная палочка отсырела и не работала. Бедняжка так испугалась, что вместо «спасите», кричала «спасибо». Хоть бы зацепиться за ветку или громоотвод, запутаться в проводах! Увы…

Когда ветер наконец стих и бедняжка упала на землю, мало кто узнал бы в ней феечку. Мокрая, исцарапанная, она выглядела хуже уличной крысы. И брела неведомо куда, горько плача. Бессовестный пес облаял её, автомобиль обрызгал с ног до головы, торопливый прохожий чуть не затоптал. И в довершение несчастий – ах! Бах! Наша феечка провалилась в открытый люк и упала кому-то на голову.

- Бурбурбур! Безобразие! Поработать спокойно не дают! - возмутился пострадавший.

- Простите, я не хотела, - пискнула феечка.

- Не хотела, как же, знаем… Кто ты такая и откуда вообще взялась?

- Я феечка оконных стекол. А вы кто?

- Фу-ты, ну-ты, вот так сюрприз. А я гном-сантехник, трубы чиню. Покажись-ка!

Вспыхнул фонарик, феечка увидела рыжебородого гнома в рабочем комбинезоне.

- Бурбурбур, вот негодница, обмануть меня хочешь! Феечки миленькие и красивые.

- Я попала под дождь и меня унесло бурей. Спасибо меня пожалуйста! – попросила феечка и упала в обморок.

- Валятся тут всякие на мою голову, - пробурчал гном. Он закутал бедняжку в большой мешок из-под инструментов и вскинул на плечо.

Очнулась наша феечка в чужом доме, лежа в постели. Вокруг стояли семь гномов – рыжебородые и лохматые. Самый лохматый протянул кружку с чем-то дымящимся:

- Попробуй гномьего кофейка, детка, и тебе сразу станет легче!

Феечка взглянула на траурные каемки под ногтями радушного хозяина и икнула, но вежливость обязывала. Она пригубила – и чудом сумела не выплюнуть угощение– горький, жгучий напиток оказался феерически мерзким. И здесь её хотят оскорбить! Аккуратно поставив кружку на тумбочку, феечка отвернулась к стене. Всю ночь страдалица проворочалась – постель оказалась жесткой, словно под матрац запихали стакан гороха, одеяло кололось, от подушки пахло пылью.  Лишь под утро удалось забыться сном. Феечка и не заметила, как радушные хозяева ушли на работу.



Ника Батхен

Отредактировано: 30.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться