Сказочное везение

Размер шрифта: - +

Совсем другая история. Последняя

Глава 1 Галина Ивановна

В небольшой квартирке в центре Самары старела пенсионерка Галина Ивановна. Ростом была высока, лицом бела, спиной пряма. За это ее недолюбливали низенькие, скрюченные долгой трудовой жизнью соседки. Но не все. Эльвира Юрьевна Шпак, например, ко всем относилась высокомерно. И Галина Ивановна не была исключением. Шпак хоть и была тоже роста маленького, но активно молодилась, делала подтяжки, колола ботокс, седину прятала в парик, а сухое тело раз в год проветривала в чешских санаториях. Сын старался. На любезно оставленном ему мамой месте гендиректора одного местного завода.

 

Галина Ивановна отличалась от соседок, осуждавших молодежь. И даже наоборот, молодежь любила. Не всю, конечно. Но в целом любила. Признавала, что внуки, как ни ругай их за любовь к компьютерным играм, все же лучше, чем их поколение.

Эльвира Юрьевна же молодежь не любила. Пусть и хотела схватиться своей морщинистой рукой за давно уплывшую юношескую красоту. Пусть сама молодилась, старость свою не признавала и всю жизнь посвящала борьбе с ненавистными годами. Может, впрочем, поэтому и не любила. Завидовала. Что у них все "свое", настоящее, а они не ценят. Прожигают лучшие годы в алкоголе, сомнениях, зарабатывают грыжи у компьютеров, портят зрение у телевизоров.

Шпак забыла, что и свою молодость "прожигала". За станком, потом родила, а через полтора года вернулась за станок, чтобы упорным трудом заслужить себе высокое место, сыскать уважение... Только теперь все деньги шли на поддержание слабого здоровья и увядшей красоты, которой из-за станка никому толком и видно не было. Только сынишке. Но и его пришлось в "ясли" сдать рано, где он научился ценить красоту нянечек, которые хоть и не могли заменить мать, но постепенно прочно закрепились в сердце мальчишки.

А внучка Оля, недавно ставшая мамой Глаши, и вовсе призналась, что ей пытаются внушить стыд за ее любовь.

«Стыдно, баб, оказывается кормить грудью сейчас долго. Стыдно не сдавать ребенка родителям и не бежать тут же на тусовки, стыдно на работу долго не выходить, стыдно спать с малышом..."

Галина Ивановна молчала. И им ведь внушали, что это все негоже, но только разве они слушали себя? Разве задавались вопросами такими? Раз негоже, значит негоже. А Оля задаётся. И делает, как сердце подсказывает, а не окружение.

А еще Оля с мужем и годовалой Глашей взяли и улетели на всю зиму в Таиланд. Вот так вот взяли беззаботно и спрятались от русской стужи за пальмами, пригрелись у океана. И с годовалым ребенком!

Разве могла Галина Ивановна раньше даже подумать о таком? Отпуск всего месяц, или два раза по две недели. Как же на всю зиму уехать? А молодежь едет. Берет ноутбуки, как-то умудряется деньги зарабатывать, сидя в шезлонге. И ребенок рядом в песке копошится. И не страшны ему, оказывается, ни заграничные бактерии, ни долгие перелеты, ни еда заморская.

"Баб, - смеется Оля, - да никаких проблем. Рис там такой же, курица. Грудь всегда под рукой. Поспал в коляске в тенечке, а я купаюсь в это время. Загораю. У меня настроение отличное, а что еще малышу надо? Счастливая и любящая мама рядом!"

И не поспоришь ведь. Все правильно говорила Оля. И светилась при этом белой улыбкой на загорелом лице. Так легко и беззаботно ломала она заржавевшие правила, к которым привыкла Галина Ивановна.

 

- Что-то ваших внуков не видать совсем, - Шпак щурится, присматривается, хочет поймать соседку на одиночестве. - А Варя-то твоя сбежавшая, вроде, четверых же настрогала!

Галина Ивановна морщится. Какие некрасивые слова. Но спорить с женщиной, тратить на это энергию, ей совсем не хочется.

- Да, два внука и две внучки у меня. Еще и правнучка есть. Но они почти все по заграницам рассыпались сейчас, как Варька в молодости.

- Не обидно? Совсем одна ты.

- Не обидно, - отрезала Галина Ивановна. Оправдываться ей тоже совсем не хотелось. Ни к чему все это. - Вам же тоже, наверное, не обидно, что сын круглый год в делах, на курорты вас посылает через секретарш и водителей, а времени у самого нет даже, чтобы семью завести. - сказала и тут же пожалела. Шпак поджала губы и скрылась в подъезде. Галина Ивановна догонять не стала. Свои границы она тоже научилась ценить.

 

Дома женщина опустилась в любимое кресло и взяла в руки вязание. Она готовила для семьи новогодние подарки. Пусть за окном было еще только лето.

Новый год был самым ее любимым праздником. Потому что в эти дни все внуки слетались в дом родителей под Самарой. Захватывали туда и Галину Ивановну. И вот тут-то начиналось самое главное счастье в жизни старой женщины. Каждый день все собирались за одним большим столом. Говорили без умолку. Смеялись. Одаривали друг друга. Делились новостями и впечатлениями.

Дочка Варя с мужем Андреем каждый день топили баню и не могли налюбоваться на детей. Старший Артём, активный весельчак и балагур, был в отца, брюнет, худощавый, предельно внимательный к деталям, но легкий на подъём. Меньше двух лет отделяли его от рыжеволосого в маму Макара. Более сдержанный и скромный, но очень талантливый 26летний парень всегда тянулся за братом. Так и стали они оба видео операторами. Летали по миру с камерами в составе разных съёмочных групп, и дело свое горячо любили. Переживала только Галина Ивановна, что мальчики никак не собирались пока ни оседать где-то, ни жениться, ни детей заводить.



Наталья Христенко

Отредактировано: 21.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться