Станция

P.S.

В Эльтов пришла весна. Таких вёсен не было уже столько времени, что не осталось уже тех людей, кто бы мог о них рассказать. Столько шума и людской суеты, того движения, в котором хочется принимать участие не было здесь несколько поколений. Последние же десять лет можно было подумать, что город умер. Навсегда…

Маков Ваня стоял на пригорке, на котором когда-то случайным стечением фантазии забрел Андрей Бушуев. На этом пригорке Андрей вел беседу с Кирилкой. Ну, да ладно.

Ваня был одним из молодых энтузиастов, что привез жизнь в Эльтов. Он и его товарищи горели желанием превратить уснувший город в образец цветущего, кипящего жизнью, но в то же время уютного, с тихими долгими вечерами дивного края. Почти что запутанная в ярких планах на ближайшее время сказка.

Каких-то пять минут назад Ваня выбрался из рябиновых дебрей. В резиновые сапоги, в которые он был обут, насыпались старые веточки, кора и прочий сопутствующий мусор. По маленькой кучке этого мусора Ваня высыпал из сапог, отряхнул от нацепившихся прошлогодних листьев и сухих веток кофту и стоял, радуясь абсолютно всему вокруг происходящему. Светило утреннее солнце и мягкими лучами приглаживала кусочки редкого тумана, зацепившегося где-то в низинах за прошлогодние ветки пижмы и тысячелистника, за раскрывшие почки ветки жимолости, бузины и шиповника; какая-то птица беззвучно пролетела где-то совсем высоко; стояла тишина и утреннее робкое безветрие чувствовалось своим исчезающим, эфимерным мгновением; огромные ряды высохших от старости рябин густых слоем покрывали землю, кое-где, правда, еще начиная зеленеть. Вот, что происходило вокруг и, что так сильно впитал в себя Ваня. Эльтов, со своей старинной архитектурой, разбросанный по холмам так, что казалось это несколько близко друг к другу расположившихся деревень, а не один городок, целиком влюбил в себя Ваню. А Ваня будто заранее знал, что так оно и случится. И был бесконечно рад, первый раз сойдя на станции с поезда, что Эльтов есть именно тот город, в котором ему хотелось жить и работать. Лучше всех ожиданий оказался Эльтов. На многочисленных фотографиях, что смотрел Ваня Маков, город был более свежим, ухоженным. Еще до полного запустения были сделаны фотопейзажи. Но!.. Совершенно невзирая на то, что поросли бурьяном улицы и из обветшалых домов, будто боясь дневного света, украдкой выглядывали полуживые тени прошлого, Ваня был восхищен. В сто крат лучше, чем на фотографиях, открылись перед ним шикарные виды, перспективы новой наступающей жизни, а еще его пробрал до легкого головокружения воздух!.. Он был пригнан с улиц ветром, содержал в себе привкус недалекой осени, аромат где-то созревших ранних яблок и густых зарослей стареющей крапивы. Этим воздухом хотелось надышаться всласть. Таким увидел Ваня перед собой старый Эльтов. А перспективы и энтузиазм, с которыми он сюда приехал, затмевали перед ним запустение, что царило в городе. И потому, ему казалось, что всё вокруг цветет, живет и благоухает.

Ваня далеко не случайно выбрал Эльтов из тысяч других провинциальных городов. Его покойная прабабка Арина Григорьевна была родом из Эльтова. Потому этот город и выделился для Вани среди других городов. А вообще в мегаполисе шла такая мода. Те, кто уезжал восстанавливать заброшенные или полузаброшенные города, старались обосноваться в родном городе своих прадедов и прабабок. Ваня был рад, что для него нашелся целый Эльтов. Да еще такой красивый, гостеприимный. На несколько секунд Ване показалось, что здесь его давно ждали. Спасибо Арине Григорьевне.

А потом его отвлекла от раздумий Марина. Ей не терпелось заговорить с Ваней. К ее сожалению, они с ним ехали в разных вагонах. Ваня улыбнулся на ее радостные восклицания. Он немного соскучился без ее общества, но в целом ему понравилось ехать среди незнакомых людей, что редкий раз тревожили его коротким вопросом или словом. Ваня отдохнул, надумался в удовольствие, никуда не спеша. А уж как до Эльтова оставалось ехать совсем немного, так и вовсе погрузился в легкую безоблачную дрему, отстранившись от собственных интересных, но так или иначе утомляющих мыслей.

На платформу он вышел будто немного опьяненный, с усердием отгонявший от себя остатки дремы. Жаль только, что Арсений Антипович никак не мог встретить поезд. Опустела без него станция. 

Ваня Маков был правнуком Кипяткова. Но ни покойный Арсений Антипович, ни Ваня не подозревали о существовании друг друга. Ваня родился, когда Кипяткова уже не было в живых. Но самое главное, изначальное, было в том, что Кипятков не знал и о существовании своей дочери. Арина Григорьевна была слишком самостоятельной и гордой женщиной, от того и лишила свою дочь отца. А Арсений Антипович, знай, он про дочь, души бы в ней не чаял, любил бы ее искренно, всегда бы приходил ей на помощь и с привеликим удовольствием баловал бы ее. Но… 

- Я тебя еле нашла, - улыбаясь, с хорошим настроением к Ване шла Марина.

Она несла завтрак в сумке. Рисовая каша, горячий чай и ореховые вафли – обычный любимый их завтрак.

- Ты принесла сюда еду? – Ваня рассмеялся.

- Да! – с гордостью ответила Марина и тоже рассмеялась.

На солнечном пригорке, в лучах утреннего солнца Марина с Ваней сидели на постеленной скатерти и ели завтрак. Они были друзьями со школьной скамьи. Вместе играли, фантазировали, куда-то ездили, учились… А вот теперь вместе сидели возле дебрей рябины, завтракали и прекрасно знали, что их мечты осуществятся. Здесь, в заброшенном Эльтове, рассадят они вишневые сады, построят новые дома, выгонят дух запустения и мрачные тени прошлого и будут жить. Светлым и уютным будет город.

Доедая завтрак, они услышали, как заводится техника, как кто-то раньше них уже принялся за работу. Марина с Ваней радовались, прекрасно зная, что сильно устанут за день. Но эта была та усталость, которая потом будет вспоминаться с радостной ностальгической улыбкой на лице. Самое главное – у них была цель. У них была огромная цель – создать целый новый мир на обломках старого. Наполнить жизнью умерший город – это труднее, чем в чистом поле отстроить новое село. Нужно разгрести груды старья и бурьяна, бережно сохранив хрупкие частицы прошлого. Это колоссальный труд. Но трудиться, все кто приехал в Эльтов могли и любили. А об инструментах, то есть тех средствах с помощью которых и будет происходит восстановление, создание нового города, они не беспокоились. Институты, в которых они учились, предоставляли им всё необходимое. Государство было заинтересовано в глобальной сельсхозонизации.



Татьяна Акилова

Отредактировано: 09.08.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться