Тайны Васильков или мое нескучное лето

Размер шрифта: - +

Глава 18, в которой Орлиный глаз призывает разложить все по полочкам

Степан Пантелеевич, казалось, нисколько не удивился нашему сообщению о полном провале операции.

- Никого и ничего, - сказал Ваня сокрушенно.

- Ага, - кивнул Орлиный Глаз с таким видом, как будто другого и не ожидал. – Я надеюсь, у вас было время выспаться после бессонной ночи?

- Да, - сказала я.

Ваня промолчал.

- Не следует пренебрегать естественными нуждами организма, - назидательно произнес Степан Пантелеевич, глядя на Ваню. – Даже если вы молоды и переполнены жизненной энергией. Вам могут понадобиться все ваши силы в любой момент.

Потом он обратился ко мне.

- За это время вы не вспомнили ничего нового?

- Нет, - покачала я головой.

На самом деле я даже не пыталась ничего вспоминать. Скорее, наоборот, я пыталась все забыть. Чтобы как-то утешить загрустившего Глаза, я рассказала о пропавшей пуговице. Он, как и следовало ожидать, не придал этому никакого значения.

Степан Пантелеевич, как обычно, угостил нас свежезаваренным крепким чаем, и мы продолжили наши обсуждения.

- А вдруг он уже нашел и забрал сокровища, и поэтому не приходит? – высказала я мучившие меня опасения.

- Нет, - Орлиный Глаз покачал головой. – Не поэтому. И я бы на вашем месте не был так уверен, что он не приходит.

- Что? – от его слов я совершенно явственно вздрогнула.

- Возможно, он приходит, просто делает это не так эпатажно, как раньше.

- То есть вы хотите сказать, - начал Ваня и замолчал.

- Я хочу сказать, что вы, возможно, встречали его сегодня или встретите завтра. Может, вы будете говорить о погоде или вспоминать былые времена...

- То есть вы по-прежнему уверены, что это кто-то из моих знакомых? – растеряно спросила я.

- Пока у меня нет никаких оснований менять свое первоначальное мнение.

- Я совершенно не могу представить, чтобы кто-то из тех, кого я знаю, стал меня душить.

- А вот это как раз немного другой случай, - сказал Орлиный Глаз.

- Другой? – я, как это обычно бывало в беседах с Глазом, перестала что-либо понимать.

- Очевидно, что наш капюшон, пока будем называть его так, сам понятия не имеет, где находятся сокровища, - продолжал он. -  Но знает, или только предполагает, что они должны быть в доме.

- Почему вы так думаете? – спросила я.

- Это же понятно, - вмешался Ваня. – Если бы он знал, где взять, он бы пошел и взял. Но он не знает. Поэтому хочет, чтобы ты уехала, а он получил свободный доступ к дому.

- Но тогда почему он раньше... – начала я

- На это могут быть две причины, - ответил, не дослушав меня до конца, Степан Пантелеевич. – Я думаю, Иван нам их объяснит.

Ваня раздулся от гордости.

- Первая причина, - произнес он с чрезвычайно серьезным лицом, - капюшон сам только недавно узнал о сокровищах, как раз перед приездом Кати. А вторая – он знал раньше, но его не было в Васильках. Значит, он живет где-то в другом месте и только недавно приехал.

- Под вторую категорию попадает половина моих друзей и знакомых, под первую могут попасть абсолютно все, - сказала я.

- Вот об этом мы и поговорим, - сказал Орлиный Глаз. – О ваших друзьях.

- Обо всех?

- Только о тех, кто сейчас находится в деревне. Вы мне расскажете о каждом все, что знаете.

- Но это же огромная куча народу! – воскликнула я.

- Действительно? – Орлиный Глаз поднял одну бровь. – Давайте посчитаем.

Оказалось, что их действительно не так уж и много. Не больше десяти человек, если считать Ваню.

- Может, Ваню все-таки не будем считать? – робко спросила я. – И Белку тоже. Я им полностью доверяю.

- Никому нельзя доверять, - жестко сказал Глаз. – Во всяком случае, доверять безоглядно.

Ваня посмотрел на него с упреком, но промолчал. Я дала краткую характеристику каждому из своих друзей, чувствуя себя при этом совершенно мерзко. Ерунда все это. Это не может быть кто-то из них. Мало ли кто мог узнать о сокровище. И о том, что я боюсь, вернее, в детстве боялась пустого человека.

Многие вопросы Глаза показались мне странными. На некоторые я не могла ответить. Например, в том, что касается профессий. Я знала, что Колька Сопля работает в банке,  так же как и его жена, сегодня я выяснила, что Серый  - автослесарь, а Вовка Крапивин – агроном. Но я понятия не имела, чем занимается Антон и, к своему стыду, не знала, какой ВУЗ закончила Белка и удалось ли моей подруге Галке получить диплом кулинара, как она хотела. Но зато я могла точно сказать, кто присутствовал при той знаменательной беседе, когда Серый рассказал о пустом человеке. Вовка Крапивин, Колька Сопля, Серый, Галка и я. Вот так. И что же из этого следут?

Я задумалась, глядя в окно, мир за которым был серым и мрачным. Солнце скрылось за темно-синей тучей, поднялся ветер, деревья растопырили свои ветки, сопротивляясь его порывам.  После этих неприятных разговоров меня все же обуяла тотальная подозрительность, которую я почувствовала, как вполне физическое ощущение, выражающееся в спазмах в районе желудка, легкой тошноте и противных колючих мурашках по всему телу. Я вдруг поняла, что в глубине души подозреваю всех. Даже Ваню и Белку. Да что там Ваню, я, кажется, и саму себя подозреваю в чем-то неблаговидном. В детективах так обычно и бывает. Преступником может оказаться любой. И чаще всего, как известно, им оказывается тот, кого меньше всего подозревали. На кого и подумать никто не мог.

На самом деле, это мог быть кто угодно. В последнее время все ведут себя как-то странно. Все не так, как было раньше. Что, в сущности, я знаю обо всех этих людях? Особенно о некоторых. Мой взгляд остановился на руке Степана Пантелеевича, сжимающей остро заточенный карандаш. Он чиркал им по чистой странице блокнота, оставляя тонкие параллельные штрихи. Волнуется? Я медленно подняла на него глаза. 



Лина Филимонова

Отредактировано: 15.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться