Тени холодного солнца

Font size: - +

Главы 6 и 7

Глава 6.

Странный случай произошедший на Крумловском вокзале. История рассказанная пьяницей Гансом. Ночёвка в деревне без названия.

Неприятности начались сразу по прибытии нашего поезда на Крумловский вокзал. Уже вечерело. Бедняга Алоис, выгружая наши вещи из вагона, уронил себе на ногу тяжеленный чемодан датчанина. Очень хорошо что сам Струэнзе был ещё в купе и не мог слышать омерзительную фразу про датского содомита, что процедил сквозь зубы мой денщик. Коротко размахнувшись я ударил его в челюсть. Ох, не люблю я эти дела! Но люди низкого происхождения должны иметь абсолютно точное представление о границах дозволеного. Ударил слегка, так сказать, для порядка, но видно опять не рассчитал силу. Несчастный Алоис охнул и растянулся на земле среди чемоданов. - Ну наконец-то можно размять ноги, - Струэнзе спрыгнул на перон и сделал несколько шагов, потягиваясь и хрустя суставами. - Стоять! Раздался грубый окрик, и в грудь датчанина сразу нацелились два ружейных ствола. Это был, невесть откуда взявшийся военный патруль. С непонятным, мстительным удовольствием, я заметил какой глупый вид приобретает физиономия славного парня Олава Христиана, когда его застают врасплох. Но и лица патрульных выражали самое тупое удивление. Маленький толстый фельдфебель с пышными усами и двое солдат, таращились на белобрысого очкарика одетого в форму датской королевской армии. Увидеть живого врага здесь, в глухом тылу, преспокойно, при полном параде, разгуливающим по перону, такое точно не укладывалось в их головах. Рассмеявшись я направился к ним. - Что, фельдфебель, вас можно поздравить, взяли в плен живого датчанина?- спросил я, давясь от смеха. - Так точно, господин капитан!- громко отрапортовал фельдфебель, вытянувшись во весь свой небольшой рост и отдавая честь. - Не иначе как лазутчик,- добавил он почти шёпотом. - Людвиг, какого чёрта... ну обьясните им, хватит ломать комедию,- взмолился Струэнзе. - Ладно, фельдфебель, всё в порядке,- сказал я, вдоволь посмеявшись. - Этого лейтенанта, я лично, взял в плен две недели назад. Он освобожден под честное слово и мою ответственность, о чём имеется соответствующее предписание, - вынув из кормана документ я продемонстрировал его фельдфебелю. - А.., ну раз так... Тогда оно понятно,- тупо пробормотал старый служака. - Благодарю вас за службу,- сказал я ему. - Кровь и жизнь за Габсбургов! За Австрию, единую, неделимую, великую! - Высокопарно выкрикнул верный служака, выпучив глаза и щёлкнув коблуками. Потом махнул солдатам, и конвой двинулся дальше. - И много у вас таких твердолобых патриотов?- ядовито усмехнулся датчанин. - Думаю что пока в вашей армии полно таких маленьких усачей, монарший престол может быть спокоен. - Дорогой господин Струэнзе, если-бы в вашей датской армии было поменьше таких интеллектуалов как вы, и побольше простых, преданных служак как он, то наверное вы бы не проиграли столь постыдно. - Ответил я ему, довольно зло. - Ну знаете, Хагендорф... Я..,- покрасневший Струэнзе попытался возразить, но затем замолчал и снав очки начал их протирать. - Ох, Струэнзе, Струэнзе,- вы набили книгами свои чемоданы но не озаботились взять с собой хотя-бы один гражданский костюм. - Да мне как-то это и в голову не пришло,- растерялся датчанин. - А зря. Пока не подписан мирный договор, думаю нам ещё не раз придётся обьясняться с разными патрулями. Вот так мы и разлогаем армию. Что должны, по вашему, подумать эти бравые солдаты при виде австрийского офицера мирно путешествующего с врагом-датчанином. - Вот, чёрт возьми, а у меня и денег то почти нет. - Струэнзе растерянно пожал плечами. Что же делать? - Ну будем надеяться что у графа, к которому мы едем, найдётся подходящий костюм. Вы с ним примерно одного роста. А пока уповайте на то, что далеко не все разбираются в иностранной военной форме. Может быть сойдёте за пруссака или саксонца.

* * *

А дальше начались какие-то совершенно непонятные события. Рядом с вокзалом дежурило примерно полтора десятка извозчиков. - Эй, милейший,- обратился я к первому попавшему из них. - Помоги-ка погрузить наши вещи. - Молодой парень, тут же с готовностью, спрыгнул с козел и бросился выполнять распоряжение. - Сию минуту, сударь,- он ловко подхватил пару чемоданов и потащил к своему экипажу. - Куда изволите ехать, господин офицер?- поинтересовался он звонким молодым голосом. По видимому парень уже долго поджидал какого-нибудь седока, и сейчас готов был ехать куда угодно. - В замок Траумбергов, и побыстрее, милейший. - О-о-о,- парень как то сразу поник и поставил чемоданы на место. - Прощения просим, ваша милость. Только в замок мы не ездим, уж извиняйте. - С этими словами он снова залез на козлы. - Ты что, дурень, совсем спятил?- удивился я. - Если мы тебя просим отвезти нас в замок графа Вильгельма фон Траумберга, то какие тут могут быть проблемы? - Никаких проблем, господин офицер. Но в замок мы не ездим. А в любое другое место - пожалуйста и с наибольшим нашим удовольствием. - В полном недоумении я подошёл к следующему извозчику,- пожилому, бородатому мужчине имевшему очень благообразный вид. - Послушай приятель, отвезёшь нас в замок Траумбергов? - Тот вздрогнул и зачем-то перекрестился. - Никак нет. Это абсолютно невозможно, господин капитан. - Коротко, по военному отрапортовал извозчик, видимо бывший солдат. - Да что тут происходит, чёрт возьми? - взорвался я. - Я заплачу, тебе что деньги не нужны? - Деньги мне очень нужны, господин капитан. Готов отвезти вас куда угодно, только в замок я не поеду. - Не понимая что происходит, я обошёл ещё нескольких извозчиков и от всех получил категорический отказ. Неугомонный Струэнзе во всю потешался. - Скажите, Людвиг, в какое это дьявольское гнездо вы меня везёте? - Да идите вы к чёрту, Струэнзе,- отмахнулся я. - Чёрт знает что творится. Ничего не понимаю. Раньше, это для них был самый выгодный маршрут. Да они передраться между собой были готовы из за него. Следующий извозчик, судя по одежде гуцул, также на отрез отказался везти нас в замок. Покуривая свою трубку он заявил: - Ну уж нет, панове, я туда не поеду. И никто не поедет, будьте уверены. Можете проверить но только зря время потеряете. - Но почему? В чём дело?- недоумевал я. - Просто не ездим и всё, уж извините, господа офицеры. - Но, братец, я заплачу тебе три кроны, - сказая я, собираясь выяснить всё до конца. Замок, в котором прибывала моя несровненная Анна-Мария, почему-то внушал всем извозчикам необьяснимый страх. - Нет, господин офицер, мы туда не ездим,- замотал он головой. - Хорошо, плачу четыре кроны,- на меня внезапно нахлынул азарт. Я должен был разгадать эту загадку, во что бы то ни стало. - Щедро, ваша милость,- гуцул усмехнулся и расправил свои чёрные усы. - Только мне моя жизнь дороже, панове, а уж бессмертная душа тем более. - Он поглубже нахлобучил на голову свою шляпу и отвернулся. В этот момент на привокзальную площадь вьехал ещё один экипаж. Он представлял собой довольно жалкое зрелище - раздолбанная коляска запряженная двумя старыми клячами. На козлах восседал старик с седой бородой. Потрёпаная одежда, испитое лицо и синий нос выдавали в нём преданного поклонника Бахуса. Он курил трубку и перебрасывался с другими извозчиками чудовищно-омерзительными ругательствами. - А ну расступись, сыновья славянских шлюх! Дай дорогу! Дети ... свиноматок. Поросячья..! Не видите - австриец едет! - Вот панове,- гуцул махнул рукой в сторону вьехавшего на площадь сквернослова. - Это приехало старое немецкое дерьмо, которое при лучшей жизни звалось Гансом Бауэром. Думаю это единственный человек который, может быть, согласится отвезти вас в замок. Он стар, и настолько пропил свои мозги что ему уже всё равно. Попробуйте с ним договориться, хотя лично я бы ни за какие деньги не согласился. - Приблизившись к экипажу старика Ганса, я скептически оглядел его. Странно что эта колымага вообще ещё ездила. - А, господа офицеры, наверное вам нужен экипаж?- весьма радостно поприветствовал нас старик. Даже на расстоянии нескольких шагов, меня чуть не сбил с ног запах спиртового перегара. - Готов вас отвезти куда угодно, господа офицеры. Добрые австрийцы должны пользоваться австрийским экипажем. Нельзя доверять этим славянским свиньям, среди них каждый второй- вор, или убийца. - Послушайте, почтеннийший, нам срочно нужно добраться до замка Траумберг,- сказал я пытаясь увернуться от сивушной вони исходящей от старика. - Возьмёте туда нас доставить? - Пьяный старикашка икнул и посмотрел на меня выпученными глазами. Затем крякнул и закашлялся. - Господам офицерам нужно в замок Траумберг?- переспросил он. - Да и желательно побыстрее, я же ясно сказал. - Старик Ганс тяжело спустился со своей коляски, зачем-то проверил упряжь и выбил трубку о колесо. После этого окинул нас пристальным, оценивающим взглядом. - А господа офицеры, часом, не лишились ли ума?- спросил он,оскалив в усмешке щербатый рот, и обдав меня новой волной перегара. - Нам действительно нужно в замок Траумберг, нас там ждут. И я не понимаю, любезный, почему такая обычная просьба вызывает столько проблем. - Старикашка Ганс громко высморкался в два пальца, и вытер их о свой, и без того не очень чистый, сюртук. После этого не спеша стал набивать трубку уминая табак толстыми пальцами с чёрными ногтями. - Боже мой, Людвиг, меня сейчас стошнит,- забормотал по французски Струэнзе. - Вы что, действительно собираетесь ехать с этой кучей навоза? - А вы предпочитаете идти пять с половиной миль пешком? -ответил я на том же языке. - Придётся немного потерпеть, мой друг. - О, язык лягушатников!- кивнул старикашка. - Вы, господа офицеры наверно прибыли прямо с фронта. И не знаете что произошло за последнюю неделю,- сказал он с тяжёлым вздохом. - Не надо вам, господа, ехать в Чёртов замок. Совсем не надо. - Но почему?- я уже почти кричал. - В чём дело? Чего все боятся? - Чего все боятся? Я вам так, господа, отвечу. Я уже старик, и в своей жизни сделал много зла. Хотя и добрых дел тоже совершил немало. Увы господа, природа человека весьма двойственна. И вот теперь я не знаю что перевесит, и куда я попаду после своей кончины - то ли в рай то ли в ад. Но если меня приберёт дьявол что обитает в этом замке, то ад мне точно обеспечен. - Что за чушь ты несёшь,- возмутился я, услышав подобную глупость. - Довольно болтать, старик. Мы тебе просто заплатим двойную цену. Ты купишь себе много шнабса и почувствуешь себя счастливым. Вот и всё, и не надо нас пугать. - Но старикашка только покачал головой и повторил свою фразу. - Ох не надо вам туда ехать. Совсем не надо. Да и ночь уже скоро, господа. А в Чёртов замок вы можете и с утра отправиться, если уж так нужно. Мы почти четверть часа спорили и торговались с упрямым стариком, но в конце-концов всё же пришли к соглашению. Мы платим ему шесть крон, что, как минимум, в три раза превышало обычную плату. Взамен, хитрый Ганс обязался нас доставить... нет, не в замок. На это мерзкий старикашка не за что не соглашался. Он готов был подвести нас только до ближайшей к замку деревни, откуда до конечной цели нашего путешествия было не больше мили. Ничего лучшего мы всё равно бы не добились. Пристроив чемоданы, мы разместились в колымаге старого Ганса. Его ветхий экипаж сразу же заскрипел и затрещал, словно в любой момент был готов развалиться. Но одно радовало,- всё-таки мы тронулись в путь. Пока наш экипаж кружил по извилистым улочкам старинного квартала Латран, Струэнзе безостановочно крутил головой по сторонам разглядывая незнакомый ему город. Живописные улочки и дома, красные черепичные крыши, протекавшую под мостом реку Влтаву. Особенно его поразила Зелёная или Масельницкая башня, замок Шварценбергов со знаменитым трёхъярусным мостом, и собор святого Вита с ещё одной грандиозной башней. - Людвиг, Боже мой! Да ведь это настоящий город эпохи Ренессанса,- воскликнул он разглядывая угловой дом на Пивоварской улице. - А это... какой грандиозный замок!- указал он на громаду замка Шварценбергов. - Скажите, Людвиг, замок в который вы меня везёте такой же огромный? - Увы, мой друг, Траумберги гораздо более древний род чем Шварценберги, но далеко не такой богатый. А Крумлов с XVIII века это вотчина Шварценбергов. Иногда они соперничали с Траумбергами, иногда роднились. Нет, дорогой Олав Христиан, замок куда мы едем вовсе не столь величественнен. Но созерцание архитектуры вскоре наскучило датчанину, он посмотрел на меня и усмехнулся. - И что же, милейший Олав Христиан, вас рассмешило на этот раз?- поинтересовался я. - Да так... Вспомнил вашу физиономию, милейший Людвиг Франц-Теобранд, когда вы пытались найти нам экипаж. Только давайте без обид, но когда тот живописный возница отказался нес везти за четыре кроны, у вас было невероятно глупое выражение лица. - Сказав это, наглый датчанин засмеялся. - Идите вы к чёрту, Струэнзе!- огрызнулся я в ответ. - Не понимаю что нашло на всю эту извозческую братию. Какое-то коллективное помешательство. И чем это, интересно, так мог напугать их замок? Ведь многие годы возили они туда людей, и отцы, и деды их возили. - Наверное там завелись приведения,- съязвил датчанин. - Какая-нибудь прекрасная Белая Дама. - Ничего подобного, господа офицеры,- вдруг подал голос наш возница. - Не сочтите за невежливость то, что я вынужден разговаривать повернувшись к вам спиной, только названная вами причина тут вовсе ни при чём. Приведения обитают в каждом замке, и почитай, в половине старинных домов. Нет господа. Старое доброе немецкое приведение не причинит вреда честному человеку. Не стоит бояться приведений, милостивые государи, это всего лишь неупокоенные людские души. Но вот та тварь что обитает в замке, будет пострашнее тысячи приведений. Это настоящее, изначальное зло, пришедшее прямиком из ада. - Ну и что же это такое? - спросил я, ожидая что пьяница Ганс расскажет какую-нибудь примитивную детскую страшилку. Что ж, ехать ещё долго, хоть скоротаем время. Но старикашка вдруг замолчал, видимо он размышлял, стоит ли рассказывать их сакральную, местную легенду двум проезжим господам. Между-тем мы уже миновали городские кварталы и выехали на залитую вечерним солнцем просёлочную дорогу. - Траумберги это про/клятый род,- вновь подал голос старикашка. Вероятно он решил что мы всё же заслуживаем доверия. - Уж поверьте мне господа, более про/клятого рода и быть не может. Именно они принесли в нашу тихую, богоспасаемую Богемию, эту ужасную славянскую заразу. - Вы не любите славян, Ганс? - поддел я старика. - Чем же они вам так досадили? Неужели отбивают ваших клиентов? - Терпеть их не могу! - старикашка даже сплюнул на дорогу. - Все бездельники, лентяи и воры, не имеющие представления о порядке. Среди них есть только один порядочный народ - русские. Вот с ними я бы выпил, за здоровье их царя Александра. Да и то, если разобраться, никакие они не славяне а такие же немцы как и мы. Я посмотрел на Струэнзе, бедняга весь покраснел стараясь не лопнуть отсмеха. Признаться я и сам едва сдерживался. - Ну и чем же тебе так пришлись по душе русские? - спросил я. - А разве не они дважды спасали нашу старушку Австрию? - ответил он вопросом на вопрос. - Сначала от проклятого лягушатника Бонапарта, а пятнадцать лет назад от чёртовых мадьяр. А чем мы им отплатили? Мы не только не поддержали их в Крымскую компанию, но и попросту предали. Нет, расские это отличные парни. Я бы обязательно с ними выпил. - Не стоит, старина Ганс. Право же не стоит. Они хорошие парни, но даже такому специалисту как ты, никогда не перепить русского. - Да, старый пьяница неплохо разбирался в европейской политике. Было о чём подумать. - И всё же Ганс, а что это за славянская зараза которую принесли сюда Траумберги?- я попытался вернуть его к первоначальной теме. - Ну, точно не скажу, господа, славянская она или валашская,- задумался Ганс. - Может быть даже венгерская или трансильванская. Но её название - Носферату, а по нашему - вампиры или вурдалаки. Ну тут уж мы со Струэнзе не могли дальше сдерживаться, и как по команде, оба, разразились неудержимым хохотом. Вот, значит, чего боялись извозчики с вокзальной площади! Вот чего страшился тот молодой гуцул, отказавшись от двойной платы. В действительности всё дело было в примитивной, простонародной сказке. Мы хохотали до слёз, едва не надорвав животы. Вокруг простирался превосходный сельский вид, а тёплый ветерок обдувал нам лица и волосы. Я ехал к своей любимой невесте, и вообще всё мне казалось прекрасным в этом лучшим из миров. - Да уж,- сотрясаясь от смеха, произнёс Струэнзе. - Говорил же я вам, Людвиг, что чем примитивнее, необразованнее народ, тем богаче и красочнее их мифология. - Смейтесь, смейтесь, молодые господа,- в голосе Ганса послышалась злоба и раздражение. - Ваше право не верить. Но я долго живу на свете. И я вам говорю, благородные господа, в замке Траумбергов, точно обитают вампиры, ожившие мертвецы проклятые Богом. - Ну а в местном озере, конечно плещуться ундины. В соседнем лесу, обитают какие-нибудь тролли... или как они у вас тут зовутся,- насмехался Струэнзе. Ты что же, милейший, решил что мы, два образованных, благородных человека, офицера, поверим в твои сказки. На дворе давно уже девятнадцатый век, а в вашей глуши время будто-бы остановилось. - Вот я и говорю, благородные господа, ваше дело верить или не верить. Только все в округе знают что Траумберги прячут где-то в подвалах своего замка, тайный склеп, и там в гробу, покоится до времени, их предок - живой мертвец. И вот, раз в двадцать или тридцать лет он пробуждается, выходит из склепа и начинает пить кровь живых людей. Многих невинных христиан убьёт он пока не насытится. А как напьётся крови то опять забирается в свой гроб и засыпает на долгие годы. Эту историю все в нашей округе знают. - Тут мы вновь невольно рассмеялись. Старый Ганс так старался пересказывая местную легенду, что даже своему голосу попытался придать зловещую таинственность. Нехотелось обижать старика, но вся эта история выглядила невероятно дикой и примитивной. - А скажи-ка, братец,- неунимался Струэнзе. - Отчего владельцы замка прячут его в подвале а не уничтожат, если уж он такой опасный? Убили бы его серебряной пулей, или вогнали осиновый кол прямо в сердце. Вроде бы так обычно с ними поступают? - Ну этого я не знаю, милостивые государи,- старый Ганс пожал плечами. - Может быть не могут его убить, ведь он уже мёртвый. А может и не хотят. Ведь он хоть и нежить, да всё же родственником им приходится. Да и не трогает он своих. Пьёт кровь только у графских слуг да крестьян местных. Или... там прохожего человека ночью встретит, бродягу какого-нибудь. Тут им и конец. - То-то, братец, ты и боишься нас прямо в замок вести. - Время позднее, благородные господа, скоро уж и темнеть начнёт. А мне ещё назад ехать, да по пустой дороге. Вот и хочу я, до темноты, как можно дальше от чёртого замка отъехать. Я хоть и старик уже, да тоже хочу ещё пожить, шнапса да водочки попить. - Эх, бедняга Ганс,- поддел я старикашку,- напугался до смерти собственной сказочки. Выпий шнабсу, старик, и дело с концом. Ни один оживший мертвец не будет пить кровь пьяного человека. Вампиры как и собаки очень не любят пьяных. Старик лишь разочарованно крякнул и стал сильнее погонять лошадей. -Э-э-эх, благородные господа, значит всё-же не верите. Напрасно, господа, я сам кое-что помню. Мне тогда всего четырнадцать лет было, совсем ещё мальчишка, но забыть такое... Пятьдесят лет назад это случилось, тогда мертвец последний раз пробуждался. Страшное время наступило, даже сейчас вспоминать страшно. - И что же ты помнишь? - Если честно то мало,- признался Ганс. - Я в то время уже постоянно в городе жил, и работал младшим приказчиком в книжной лавке. А в деревне, куда мы с вами едем, жил мой дядька Вальтер со своей семьёй. И вот, как-раз в то время пропала его старшая дочь Элиза, хорошая, роботящая девушка, уже на выданье. Искать пришлось не долго. Нашли её рядом с домом на сеновале, лежала она, бедняжка, в одной ночной рубашке и с разорванным горлом. Несчастный мой дядька тогда, от горя, чуть ума не лишился. И тут его младшая, десятилетняя дочь Гертруда стала рассказывать то что она видела в последнюю ночь перед исчезновением сестры. По её словам, стояла уже глухая темнота и все взрослые в доме спали глубоким сном. Ей же почему-то не спалось. Внезапно она почувствовала сильный страх. Гертруда стала звать Элизу что лежала на соседней кровати, хотела её разбудить. Но её сестра, наработавшись за день, спала очень крепко. Вдруг она почувствовала что в их комнате сильно похолодало. Малышка Герти завернулась в одеяло с головой и попыталась заснуть. Пролежав так некоторое время, она, к своему ужасу, услышала как кто-то снаружи начал тихонько царапаться в оконное стекло. Замирая от ужаса она всё же набралась духу и, высунув из под одеяла голову, посмотрела в окно. То что увидела моя маленькая кузина было ужасно. За окном, прижавшись лицом к стеклу, стоял, как она сказала, мёртвый дядя, и царапал стекло ногтями. Когда её спросили, почему она решила что тот человек был мёртвым? Малышка сказала что дядя этот точно неживой так как лунный свет кое-где просвечивал сквозь него. А ещё он выглядел очень бледным и страшным. Лицо у него было как у куклы, с застывшей, злобной улыбкой. Герти, будто-бы парализованная от страха, не могла ни рта открыть, ни пошевелиться. А у мертвеца стоявшего за окном внезапно вспыхнули глаза. Он протянул вперёд руку и стал, своими длинными, белыми пальцами делать призывные, манящие движения. Словно как звал к себе. На соседней кровати вдруг заворочилась и застанала Элиза. Затем она встала и как-будто зачарованная, вышла на середину комнаты и стала раскачиваться подобно маятнику вперёд-назад, вперёд-назад. Герти уверяла что её сестра продолжала спать и все эти странные движения делала во сне. Глаза её были закрыты. А потом Элиза, так-же не просыпаясь, вышла из комнаты. Загремели запоры входной двери и сестра, распахнув её шагнула в зловещую ночь. -Вот такую историю, благородные господа, рассказала маленькая девочка. Всё это я лично от неё слышал. После этого случая Герти стала панически бояться наступления ночи и начала заикаться. Я тогда вместе с отцом специально приезжал на похороны Элизы. Там я увидел как трепещут от страха все жители деревни. И я, благородные господа, собственными глазами видел как, прежде чем забить гроб и опустить в могилу, в сердце бедняжки Элизы вбили осиновый кол. А теперь я вас спрошу, милостивые государи, способна ли маленькая деревенская девчонка, десяти лет от роду, выдумать всю эту историю? Мы со Струэнзе, за неимением сколько-нибудь вразумительного обьяснения, предпочли промолчать. -Вот-вот, вурдалаки существуют господа, и этим демонам ночи плевать на то верите вы в них или нет. В любом случае ваша кровь прекрасно для них подойдёт. - Ладно, старик, хватит нас пугать!- возмутился Струэнзе. Между тем мы уже вьехали в деревню. Я много раз был здесь, ещё в детстве, когда вместе с отцом приезжал в гости к графу, на Рождество и Пасху. Интересно что у этой деревни не было названия. То есть, когда-то она, как и все другие, имела название, но потом его прочно забыли за ненадобностью. И действительно, для обитателей замка она была просто "деревня", для жителей округи как и города Крумлова она называлась"деревня у замка" а сами жители деревни говорили "здесь" или "у нас". Последний раз я был здесь чуть более двух недель назад. Теперь же меня неприятно поразила совершенно непривычная тишина царящая в округе. Проехав через всю деревню я заметил на её улицах только двух-трёх человек. Казалось что даже собаки тут больше не лаяли. - Да, народ здесь теперь рано запирает двери на ночь,- сказал Ганс в ответ на мой немой вопрос. - Боятся все, думают что ЕГО нынешнее пришествие будет ещё кровавее чем прежние. - Это ещё почему?- удивился Струэнзе. - Так ведь он целых пятьдесят лет спал. Почитай в два раза больше чем в прежние времена. Раньше то он приходил раз в двадцать-тридцать лет. Так что проклятый вурдалак теперь должен быть страшно голодным,- старикашка мерзко засмеялся оскалив гнилые зубы. - Ну и гадкий старикан,- шепнул мне Струэнзе. - Понятно что всё это бред. Только у меня от его россказней всё равно мороз по коже. - Вот, благородные господа, мы и приехали.- Ганс кивнул на высокий деревянный забор выкрашенный в зелёный цвет. За забором виднелся большой, двухэтажный дом, обычной для этих мест постройки. Рядом находились какие-то хозяйственные строения и конюшня. Я знал что перед нами постоялый двор местного жителя Гюнтера Шлоссе. Но на Струэнзе это заведение произвело удручающее впечатление. - Ну и куда ты нас привёз?-недовольно спросил он Ганса. - Это постоялый двор, благородный господин. Здесь вы найдёте всё необходимое и переночуете. А уж с утра за вами пришлют кого-нибудь из замка. Вот, кстати, и хозяин идёт. -В распахнутых воротах появился сам господин Шлоссе. Это был высокий, дородный мужчина лет пятидесяти с прямой осанкой и совершенно лысой, крупной головой. -Добро пожаловать, господа офицеры,- произнёс он с профессиональным радушием. Увидев меня сразу заулыбался. - О, господин барон, снова к нам приехали? Значит вам не удалось уговорить этого старого пьяницу отвезти вас прямиком в замок? Понимаю. Уже вторую неделю как по вечерам сюда никто и носа не смеет сунуть. Вот такие дела, господин барон. - И не дожидаясь от меня ответа, он крикнул белобрысому пареньку. - Эй Михель, возьми у господ чемоданы. - Паренёк сразу бросился помогать Алоису который выгружал наш богаж. - Ну прощайте, благородные господа,- получив обещеную плату, Ганс засунул деньги запазуху. - Извиняйте, если что не так. Но дальше я и шагу не сделаю. Развернув свой экипаж он стал поспешно погонять лошадей, нещадно их нахлёстывая. - Желаю вам, господа, благополучно пережить эту ночь!- прокричал старикашка на прощание. - Что это, чёрт возьми, лавка по продаже чеснока?- с удивлением спросил Струэнзе. - Вы видите это, Людвиг? - Действительно, дом куда Михель с Алоисом тащили наши чемоданы выглядел очень необычно. Множество связок чеснока висели над дверью, окнами, свешивались с крыши чем-то напоминая гирлянды на рождественских ёлках. Только их назначение было гораздо более зловещим. - Боже мой! Людвиг, да они действительно верят в эти бредни! - Вот именно. По местным легендам, дорогой Олав Христиан, чеснок нужен для того чтобы отпугивать нечистую силу и прежде всего вампиров. - Невероятно, да мы с вами похоже прямиком попали в средневековье!- воскликнул Струэнзе, разглядывая эту выставку чеснока. - Войдя во внутрь, я скептически осмотрел обстановку. Несмотря на то что я часто бывал в этой деревне, в заведении господина Шлоссе я оказался впервые. Обстановка внутри была очень скромной. Просторное помещение представляло собой нечто подобное деревенскому кабаку. Вдоль всего зала вытянулся огромный, грубо сколоченный, дубовый стол. Вокруг него стояли, столь же грубой работы, но добротные и прочные стулья. В правой части зала возвышалось некое подобие барной стойки и несколько полок уставленных подозрительного вида бутылками. Наверняка они содержали местного разлива самогон и различные наливки. Вдоль стен этого помещения, тянулись широкие деревянные лавки служившие, по всему видимому, спальными местами. - Да, скорее всего вы правы, Олав, действительно это почти средневековье. Поэтому у меня к вам есть предложение: Если не хотите кормить здесь клопов, предлагаю оставить тут наши вещи и двинуться пешком в замок. Это недалеко, не более полутора миль, до заката успеем добраться. Струэнзе замялся, похоже он был в растеренности, было видно что моё предложение его совершенно не устраивает. - Ну же решайтесь, дружище, получите нормальный ужин, чистую удобную кровать и радушие хозяев. Или россказни старого пьяницы всё же напугали вас? - Перестаньте, Людвиг, это не смешно. Конечно я не верю во всю эту чушь, но я не уверен что нам следует, на ночь глядя, тащиться пешком полторы мили. Мы вполне можем переночевать и здесь. Хотя если вы считаете что так будет лучше, извольте, я готов следовать за вами. И тут, внезапно подал голос Алоис. - Господин капитан, я сомневаюсь в надёжности этих людей, и опасаюсь за сохранность нашего имущества. Поэтому, с вашего позволения, я до утра останусь здесь и присмотрю за нашими чемоданами. - Алоис, с нашими чемоданами всё будет в порядке, завтра их доставят в замок. В этой деревне нет воров, раньше они даже дверей на ночь не заперали,- сказал я, особенно не вникая в происходящее. - Но, господин барон, я ведь должен заботиться о сохранности вашего имущества. Моё место должно быть возле ваших чемоданов. Я более внимательно посмотрел на своего денщика. Так вот оно что! Вот где все страшные сказки старого пьяницы Ганса попали а цель. Мой бедный Алоис изрядно перетрусил. Вот откуда эти бегающие глаза и дрожащий подбородок. - Мой глупый Алоис, где твоё место решать мне. Разве ты забыл военный устав? Ты обязан следовать за своим офицером куда он прикажет. В огонь, в атаку, в адское пекло, да хоть в логово вампиров. Ты же пытаешься уклониться от своих непосредственных обязанностей, и находясь в безопасности стеречь мои чемоданы. Не выйдет, парень, ты пойдёшь с нами. Более того, ты, как рядовой, а следовательно представляющий из нас троих наименьшую ценность, пойдёшь впереди. И если на нас нападут ожившие мертвецы ты примешь на себя первый удар. Пока вампиры будут рвать твоё тело, мы сможем скрыться. Да не трясись ты как осиновый лист, я обещаю что твои родные получат благодарственную грамоту от командования. А может быть, мой бедный, глупый Алоис, тебя даже посмертно наградят медалью! Струэнзе закашлялся от смеха. - Да ладно вам, барон, бедняга сейчас умрёт на месте. Вы его до смерти напугали, разве не видите. - И действительно, бледный как смерть Алоис полностью подтверждал его опасение. И тут к нам буквально бросился владелец трактира. Перепуганный не менее Алоиса, господин Шлоссе умоляющи запричитал: - Боже мой, господин барон, Боже мой! Что за безумие вы задумали! Идти сейчас пешком в замок, это же чистое самоубийство! - Ну вот, теперь и ты будешь нас пугать? Хватит Гюнтер, мы уже достаточно наслушались сегодня сказок,- отмахнулся я от трактирщика. Но тот всё не унимался. Яростно жестикулируя он встал между мною и входной дверью словно преграждая мне путь. На помощь ему вскоре пришла жена. Фрау Магда Шлоссе, высокая, под стать мужу, крупная женщина с длинными светлыми волосами. Встав рядом с трактирщиком она окончательно отгородила от меня дверь ведущую на улицу. - Господин барон, я вас умоляю, откажитесь от своей затеи. Если вам не удобно ночевать здесь на лавке, мы с мужем готовы уступить вам свою спальню. Но невздумайте покидать постоялый двор. То что вы называете сказками, вполне возможно существует на самом деле. И если с вами что-нибудь случится, Их Сиятельство нам этого никогда не простит. Господом Богом заклинаю вас подождать до утра. С рассветом, муж пошлёт в замок Михеля, и управляющий Фриц пришлёт за вами экипаж. Не видя энтузиазма среди своих спутников я махнул рукой. Что ж придётся ночевать в этом клоповнике. Наш радушный хозяин немедленно стал собирать на стол. Алоис сразу успокоился да и Струэнзе заметно повеселел. Я же вышел во двор и закурил сигару. Воздух был чист и невероятно упоителен. Мрачная громада замка высившаяся в отдалении была расцвечена розоватыми бликами заходящего солнца. И в этом неприветливом замке меня ждала моя драгоценная Анна-Мария. Я же, находясь в двух шагах от неё, вынужден ещё на целую ночь отдалить нашу встречу. - Вот это да! Какая громадина! - Струэнзе, стоя рядом со мной, тоже разглядывал замок. - Да... В таком замке непременно должны водиться привидения, быть тайные замурованные подземелья с висящими на цепях скелетами, спрятанные в стенах клады с древними сокровищами. - Я разочарую вас, Струэнзе, но скорее всего ничего подобного там нет. Самые ранние постройки в этом замке относятся к началу ХIII века. Но он много раз перестраивался и менял свою планировку. В этот момент в ворота вьехали, друг за другом, две запряжённые лошадьми телеги. Сидящие на них крестьяне, по виду мелкие землевладельцы, осыпали друг-друга ехидными насмешками. - Уж не загнали ли вы свою лошадь, любезный господим Штютнагель? Вашу несравненную Фройляйн Мери?- насмешливо спросил один из них, мужчина с чёрной бородой. - И не надейтесь, господин Маречек, моя лошадь в полном порядке, это ваша вся в мыле,- отвечал ему здоровяк с мясистым, одутловатым лицом. - Не думаю, господин Штютнагель, что ваша лошадь в порядке. Ведь вы её так безбожно погоняли, как-будто за вами гнался целый легион чертей. - У моей лошади просто такой быстрый бег, в отличии от вашей клячи, господин Маречек. Но вот зачем вы решили завернуть к лысому Гюнтеру я не понимаю. Разве ваш дом не находится всего в трёх милях отсюда? Вот и ехали бы прямиком к себе. - А вы значит не понимаете? - Неужели вы, уважаемый господин Маречек, боитесь ехать ночью мимо Чёрного замка. Может быть вы боитесь "Зелёного дьявола"? - Никого я не боюсь, господин Штютнагель. - Вот и ехали бы к себе домой, проведали бы свою жёнушку. А то мало ли с кем она ночи проводит в ваше отсутствие. - Моя жёнушка, господин Штютнагель, ночи проводит с тем с кем ей и положено, в отличии от вашей жёнушки. Но вот зачем вы решили переночевать на постоялом дворе? Это действительно непонятно. Разве не вы, господин Штютнагель, на каждом шагу кричите что не верите в оживших мертвецов и "Зелёного дьявола"? Называете это бабскими сказками. - А это и есть бабские сказки. Но я, в отличие от вас, господин Маречек, человек умный. А потому знаю что бережёного Бог бережёт. Ни в каких вурдалаков-упырей я конечно не верю. А решил переночевать у Лысого Гюнтера потому, что хочу и дальше в них не верить. - Здоровяк которого его спутник называл Штютнагелем специально сделал ударение на окончании фразы. Так перебрасываясь сальными шутками эти двое выпрягли лошадей и с помощью Михеля поставили их в конюшню. Затем умывшись у колодца они прошли в трактир. Между тем уже сильно стемнело, и воздух стал ощутимо прохладнее. Дома на этой деревенской улице стояли в полном безмолвии, словно вымершие. Наш радушный хозяин поспешно запирал двери конюшни. С удивлением я обнаружил что не только трактир, но и стены конюшни были изрядно обвешаны гирляндами с чесноком. Более того: под крышей я заметил довольно толстую верёвку больше похожую на карабельный канат. Эта верёвка обвивала по периметру всё строение, и, несомненно тоже выполняла какую-то охранительную функцию. Да, суеверия прочно утвердились в сознании этих людей. Вышедший на крыльцо трактира чернобородый господин Маречек, придирчиво осмотрел запертую дверь конюшни с навешанными повсюду связками чеснока. - Ты святой водой то покропить не забыл?- спросил он у Гюнтера. Тот только отмахнулся. - Конечно не забыл, и двери и порог, и верёвку. Так что будь спокоен, целы будут и твоя Зорька и Фройляйн Мери Францева. - Да они, похоже, всерьёз готовятся к ночному визиту вампира,- сказал я, обернувшись к Струэнзе. - Странные здесь дела творятся. Будто целая деревня сошла с ума. - Датчанин замялся, потом всё же сказал. - Знаете, Людвиг, у меня всё не выходит из головы история этого пьянчуги... Ну та... где десятилетняя девочка рассказала как вампир выманил из дома её сестру. Действительно это странно. Ну не мог маленький ребёнок всё это выдумать. Ведь в этом возрасте, они что видят о том и говорят. - Ох Струэнзе, Струэнзе,- я усмехнулся. - Думаю, это обстановка на вас действует, столь угнетающе. Ну, допустим, проснулась десятилетняя малышка среди ночи. В избе темно, все спят, за окном ветер гуляет, припомнились ей страшные истории, что раннее слышала, возможно от той же старшей сестры. Ну и перетрусила она, привиделся ей со страху мертвец заглядывающий в окно и скребущий по стеклу. - Как-то слишком у вас всё просто,- задумался датчанин. - Ну а как же её сестра... В этот момент откуда-то издали раздался надрывный и тягучий собачий вой. Струэнзе встрепенулся и побледнел. Действительно, это могло показаться неким зловещим предзнаменованием. В собачьем вое слышалась тоска и смертельный страх. Я лишь пожал плечами. - А скорее всего и не было никакой девчонки. - То есть как?- удивился мой собеседник. - Да сам Ганс и выдумал зту историю. Ну может быть не он, а кто-то другой из местных, специально что-бы пугать приезжих. Ведь за хорошую страшную историю они и приплатить могут. А чтобы придать всему рассказу достоверность, придумали и эту девочку. Мол, это не я выдумал, известный всем лжец и пьяница Ганс, это рассказал невинный ребёнок что и лгать то пока не умеет. - Ну да, ну да,- буркнул Струэнзе,- что ж, действительно может быть. В зале трактира пылал камин. Это в июле то месяце! За дубовым столом сидели пять человек: Алоис, двое уже знакомых мне крестьян, мужчина лет сорока, в охотничем костюме. и ещё один пожилой толстый субьект с красным лицом. Все они выглядили очень напряженно и настороженно. Как только мы вошли, Гюнтер и Михаэль, тут же захлопнули входную дверь. Кроме большой кованной щеколды, дверь запиралась на огромный деревянный засов, больше похожий на, средних размеров, бревно. Но и это было ещё не всё. Изнутри, дверь так же удерживали два железных крюка длинной примерно в метр. Одним своим концом они крепились к железной скобе прикрученной к полу, а другим, цеплялись за стальные кольца в самой двери. Да, трактир запирался не хуже какой-нибудь крепости. И сразу бросалось в глаза то, что все эти неодолимые запоры, кроме щеколды, уснановили здесь совсем недавно.



Пучков Андрей Николаевич

Edited: 30.04.2017

Add to Library


Complain