Тени Прерии

О сколько нам открытий чудных...

Устраивали базовый лагерь на заранее подобранном, еще с орбиты, месте. Обрывистый берег почти пересохшей речушки, но с бьющими на дне ледяными ключами. С воздуха будущую стройку надежно прикрывали свисающие сверху длинные ветки выросших на краю обрыва деревьев, по земле путь преграждали непроходимые заросли кустарника, оплетенные какой-то чрезвычайно колючей, но вкусной ягодой. Непроходимыми они, правда, были только для тех, у кого нет рук, способных держать кусачки для колючей проволоки, а так – девятнадцать пар лапок мигом превратили эти чащи в весьма запутанный лабиринт, в котором новые хозяева перемещаться могли совершенно свободно, а вот незваным гостям пришлось бы очень солоно.

Бочаг под обрывом, правда, оказался занят несмотря на то, что сканирование никого не обнаружило. Недовольный хозяин выкопался из ила на дне глубокой ямы, где пережидал полуденный зной и, шевеля длиннющими усами, приплыл посмотреть - кто тут устроил столько шума, и не сгодятся ли незваные гости на перекус. Помимо вызывающих почтение усов, имел он пару сотен килограмм живого веса и усаженную острыми зубами пасть. Загиб этих милых зубок внутрь заранее обрекал на провал любые попытки вырваться.

Самый мелкий из всех купающихся – Коржик, вполне пришелся рыбке по вкусу, во всяком случае, из порскнувшей, при появлении опасности во все стороны ребятни, выбрали именно его. Ухватив жертву за ногу, усач утащил ее под воду, но тут на него разом бросились все остальные. Да так шустро, что не дали Седому выстрелить, просто покрыв своими телами это плавающее бревно.

Агрессор голыми когтями и зубами был расчленён на филейную часть, костяк и так и не отцепившуюся от ноги несостоявшейся жертвы голову, с шикарными усами и удивленно выпученными глазами. Было с чего удивиться, его, короля речки, разобрала на запчасти толпа ребятни, да еще со скоростью и эффективностью стаи пираний, оприходующей забредшую в их тихую заводь корову.

Несмотря на то, что вниз по течению неспешно поплыло громадное кровавое облако, никаких новых хищников в заводь не явилось. То ли их тут больше не было, то ли они решили благоразумно держаться подальше, но дальнейшее купание в бочаге было признано безопасным и, после установки ультразвуковых «занавесей» выше и ниже по течению, веселье было возобновлено.

Коржику же обработали кучу мелких дырочек на лодыжке, залили все жидким бинтом, утерли слезки разочарования в жизни – он ведь единственный не поучаствовал в общем веселье, и подарили в качестве моральной компенсации уцелевшую голову с усами и зубами. А вот ротозеи проводившие сканирование и те кто должен был вместо купания следить за обстановкой, на собственной шкуре узнали, что из ветки дерева, под которым и происходили все драматические события, получается замечательно гибкое средство вразумления. После чего почесывая пострадавшие места отправились варить тройную уху из глушенной плохо отрегулированной завесой рыбной мелочи (еще пара «горячих» им в карму) и виновника переполоха.

К вечеру организация базового лагеря была благополучно завершена. В глинисто-песчаном обрыве отрыта целая система тоннелей, спальных и общих мест, «гнездышек» одиночек и весьма глубоких общих хранилищ и убежищ. Не обошли вниманием и «мелочи» - вынутый изнутри горки песок образовал вполне приличный пляжик. Сделали заодно и парочку подводных выходов на случай неприятностей и для любителей поплавать, которых тут большинство.

Отрыли также коптильню, в которую уже в сумерках загружали кабанятину, тщательно проверяя, чтобы мышца была обязательно прикрыта слоем пленок – в этом случае еда может храниться очень долго, даже просто подвяленная на солнце. В отдельном отнорке также заложили коптиться усатую голову и остатки рыбного балыка.

Часть энтузиастов начала было месить глину, чтобы лепить горшки, но эта инициатива была пресечена самым решительным образом. Седой собрал группу вместе, дабы напомнить для чего они вообще тут находятся, пока все окончательно не превратилось в пикник.

- Что ж, поздравляю, первый день нашей экскурсии на данную планету завершен. Кстати, поскольку мы с момента высадки общаемся исключительно на языке местных жителей – кто ответит мне какие языки здесь распространены и каково первоначальное значение имело слово «экскурсия»?

На последней фразе лес рук превратился в чахлую рощицу, если не сказать в три сосенки.

- Ну давай, Кнопка.

- Самым распространенным языком Прерии является русский, поскольку именно переселенцами из этой страны были сформированы первая и вторая волны колонизации. Большая часть новоприбывших, вполне понимает и может выразить некоторые мысли на «всеобщем». Это общепланетарный язык, происходящий от синтетического языка международного общения – «бэйсика». Старожилы кроме русского, как правило, никакими другими языками не владеют.

Лектор забавно качнулась с носков на пятки, сделав паузу для желающих задать вопросы, которых не последовало и, шмыгнув носом, продолжила.

- Русский на Прерии распространен в нескольких диалектах, в первую очередь это, разумеется, «разговорный», образовавшийся как некоторое упрощение от «русского письменного» или «литературного» языка. Аналогичным происхождением может похвастаться и «канцелярит» - язык официальных документов, сообщений и некоторых средств массовой информации. Вторым по массовости употребления после разговорного является диалект эмпатического общения или, как его называют аборигены, «мат». Местные специалисты, правда, считают его частью «разговорного», но данный диалект, несмотря на очень малый словарный запас, позволяет выражать не только эмоции, но и донести до собеседника практически любые мысли. Более того, в кратких притчах, так называемых анекдотах, довольно часто рассматриваются варианты установления контакта с иными цивилизациями именно с использованием данного диалекта.