Топ-10 женских уловок, или В погоне за сенсацией

Размер шрифта: - +

Глава 16

Марат

Я слышал разное и иногда поражался, насколько жизнь может быть шутницей. Я слышал истории, достойные экранизации или увековечивания на бумаге. Не на десяток статей, а на сотни книг хватило бы. Переплетение судеб, роковые случайности, тайны – пожалуй, нигде больше нет такого скопления невероятных историй, как в колонии.

И вот в копилку, кажется, добавится еще одна.

Когда мы все устроились за столом, молчавший до этого Александр Венедиктович спросил:

- Ефимовна вам уже рассказала местную сказку?

- Старая ведьма! – не смогла промолчать Регина.

Илона выглядела… Какое бы слово правильное и цензурное подобрать? Наверное, обескураженной. Она молчала, черт возьми, уже минут десять и только хлопала глазами. Я был удивлен не меньше, но так открыто старался не показывать. Только бросил на Игнатьевича взгляд, приподняв бровь, на что старик едва заметно пожал плечами.

Это, конечно, хорошо, что с нами решили поделиться местной байкой, но в ответ, наверное, придется раскрыть себя. Хотя Регина довольно проницательная женщина, думаю, она уже догадалась, что я ни хрена не художник, но о большем не хотелось говорить.

- Тогда я продолжу, - не обращая внимания на реплику Регины, сказал Александр Венедиктович. – Но, - поднял он вверх указательный палец, - сначала расскажите, что узнали от Ефимовны.

Говорить пришлось мне, потому что Илона до сих пор не проронила ни звука. Может, у нее шок? Я уже начинаю волноваться за нее.

Неужели журналистская чуйка не вопила все это время? Понятно же было, что эта творческая компания что-то скрывает. Возможно, Илона и догадывалась о чем-то, но не знала, в какую сторону бросаться со всем своим журналистским любопытством.

- А бабка в своем репертуаре, - снова с ехидством сказала Регина, когда я передал наш разговор с Ефимовной. – Говорит, да не договаривает. Как будто после прелюдии к сексу не переходит.

- Какое поэтическое сравнение, - наконец-то отмерла Илона. – Только я не поняла, вы тут с какого бока?

- С самого прямого, - продолжил Александр Венедиктович. – Та женщина в восемнадцатом году, которая забрела в глухую карельскую деревню, родила близнецов. Не спрашивайте, откуда мы все это узнали, потому что тогда придется застрять здесь на сутки. Не один год мы по крупицам собирали информацию, отделяя правду от вымысла. Так вот, двух мальчиков отдали в разные семьи. Один остался в той же деревне, где и родился, а родители второго уехали в Петрозаводск. Конечно, вместе с ним. У них были разные фамилии, и они вроде бы никогда не должны были встретиться, но судьба распорядилась иначе. В году тридцать шестом молодой парень по имени Филипп решил оставить родную деревню и перебраться в город. И как вы думаете, в какой? Да, именно в Петрозаводск. Тогда как раз началось строительство завода, из многих деревень туда начали съезжаться на работу. Дешевая рабочая сила. Но знаете, в чем самая ирония судьбы? Два парня с разными фамилиями и одним лицом оказались на стройке. Тут достоверно неизвестно, но думаю, что любопытство заложено в человеческой природе. И братьям, хотя тогда они наверняка не знали о родстве, стала интересна причина такого сходства. В этой деревне, где живет Ефимовна, оставались те, кто помнил. И два брата стали искать клад.

- Стоп! – прервал я Александра Венедиктовича. – Вы так рассказываете, как будто были там. В вашей истории прозвучало лишь несколько предположений.

- Молодой человек, так вы бы не перебивали, а слушали дальше.

Регина не язвить дольше десяти не может. Ладно, послушаем.

- Опустим историю их поисков. Как вы поняли, ничего они не нашли. Помните, что были тридцатые, за что угодно можно было попасть под сталинские репрессии, так что поиски информации были проблематичными. А потом грянула война. Кстати, до войны еще оба брата женились. У одного, как вы помните, его звали Филипп, родилось двое сыновей с разницей в два года – Леонтий и Венедикт.

Тут, конечно, последовала драматическая пауза. Мне не составило труда сложить дважды два. Тем более имена довольно редкие. Искоса посмотрев на Илону, заметил на ее лице проблеск понимания.

- То есть, - медленно сказала она, - Леонтий Филиппович и ваш отец…

- Да, - кивнул Александр Венедиктович, - Леонтий мой дядя.

- Охренеть! – не выдержала Илона.

- Не пристало так выражаться интеллигентной девушке, - поморщилась Регина.

- А вы? – посмотрел я на нее. – Неужели родственница второго брата?

- Какой догадливый молодой человек. Второго брата звали Игнат. Первый ребенок у него появился в очень нежном возрасте. Если быть точнее, то в тридцать седьмом году. Это был мой отец. Жена Игната умерла в сороковом от брюшного тифа, и дедуля долго жил бобылем. Только в пятьдесят восьмом снова женился, наверное, решил, что стоит скоротать с кем-то старость. Сорок лет для мужчины еще не возраст, вот он Толика и заделал, - кивнула Регина на Игнатьевича. – Дядя и племянница почти ровесники.

- А как Диана Ивановна и Виктор Васильевич затесались в вашу компанию? – спросил я, когда все замолчали.



Юлия Еленина

Отредактировано: 15.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться