Тридцать дней лета

Размер шрифта: - +

Глава шестнадцатая

Холодно.

Кто это утром, ещё и так рано, открыл окно? Лиза терпеть не могла спать на сквозняке, она во сне часто роняла одеяло, а потом так промерзала, что даже горячий душ не помогал. Нет, в спальне всё должно быть наглухо заперто, и никак иначе…

Одеяло и вправду свалилось вниз – Лиза рядом нашарить его не смогла. Только какое-то тоненькое покрывало, больше напоминающее простыню, но им укрываться – себя не любить. Какое всё-таки свинство!

Будильник звенит… Дядя, что ли, новый купил вместо того, чтобы просто принести батарейки? У него плохое чувство юмора. Знает же, что племянница терпеть не может всякую крылатую живность, а будильник у него кукарекает вместо того, чтобы просто пищать или, в крайнем случае, противно звенеть.

Ну не кукарекать же!

Нет, терпеть это было невозможно.

Лиза с трудом открыла глаза и от неожиданности едва не взвизгнула. Зато воспоминания о прошедших полутора неделях моментально вспыхнули в голове, не заставили долго себя ждать…

- Соколов! – требовательно позвала она. – Ты где?

- Тут, - донёсся глухой голос откуда-то из-за шторы, разделившей комнату на две части.

- И что ты там делаешь?

- Сплю, - Владимир приподнял край ткани и взглянул на Лизу.

- Почему там?

- Ты ж сама говорила, чтобы не смел к тебе моститься, - усмехнулся Соколов. – Вот, потому лежу тут… А что?

- Лучше б ты не проявлял инициативу, - прошипела Лиза. – Может быть, мне б спокойнее жилось… Ну, что ты смотришь? Забери это!

"Это" удивлённо моргнуло и подошло поближе, чтобы узнать, что за крикливая женщина требует согнать его с кровати. Лиза подтянула к себе тонкое покрывало, надеясь, что оно сумеет хоть как-нибудь защитить её от наглого петушиного посягательства, а птица, кажется, испытала ещё больший интерес.

Устроившись у Лизы на ногах, петух клюнул на пробу её в коленку, попал по одеялу, принял, очевидно, решение, что оно того не стоит… И сунул голову под крыло.

- Володя! – севшим голосом прошептала Лиза. – Забери его, пожалуйста! Сними с меня эту жуткую птицу!

- Он же ничего не делает. Смотри, какой милый, - поразился Владимир. – Чего ты его боишься?

Лиза взглянула на петуха. Когда она была за забором, а они прогуливались по дороге, ничего страшного. Но, глядя на мощный клюв, который петух старательно прятал, девушка представляла, как он старательно выклёвывает ей глаза, и от этого становилось дурно.

А уж если перечислить все те инфекции, которые может разносить петух, и вовсе никаких нервов не хватит! Лиза даже думать об этом не хотела, ей уже по умолчанию было дурно. Ну почему в деревне так легко ко всему относились? И кто в очередной раз совершил диверсию и запустил эту бомбу замедленного действия в их дом?

- Знаешь, мне кажется, тебе достаточно один раз его погладить, и страх пройдёт. Ты ж держала курицу в руках…

- Курица не клевала меня!

- Он просто не мог сориентироваться.

- Это тупая птица, Володя! Она не может сориентироваться? Она просто постоянно хочет есть. Она сорит. Это тебе не кот, который пойдёт в лоток или назло залезет в тапок, петух просто делает что хочет и где хочет!

Владимир вздохнул. Кажется, он был не в настроении переубеждать Лизу в том, что она неправа, потому, вместо того, чтобы продолжать увещевать девушку, протянул руку и осторожно погладил петуха. Очевидно, Соколов совершенно не боялся его, потому медлительность в движениях появилась исключительно с целью не испугать Елизавету.

Та же сию секунду промоделлировала опасную ситуацию: петух испугался, принялся бежать и врезался в неё, полусидевшую в кровати. А потом просто так, без лишних предупреждений, выклевал ей глаза! Мама в детстве часто рассказывала ей эту страшилку, чтобы Лиза не лезла к курам на даче, вот она и пугалась теперь любого их вида. К тому же, её едва не заклевала соседская живность.

- Попробуй погладить, - настаивал Соколов. – Просто переступи через свой страх, вот и всё…

- Я не хочу переступать через свой страх, - упёрлась Лиза. – Почему я должна? Он – страх, не петух, - мне нравится, он мне дорог и ценен. И я не собираюсь отказываться от него только потому, что меня уговаривает некий совершенно ненадёжный мужчина.

Соколов закатил глаза.

- Лиза!

Произнёс он это чуть громче, чем прежде, и петух моментально вскинул голову.

- Володенька, - взмолилась Лиза, - проси всё, что хочешь, только забери с меня эту птицу!

- Да не надо уж так, - молниеносно отреагировал Соколов. – Сниму, конечно, если тебя так пугает…

И вправду, он больше не стал возражать, а легко подхватил петуха и поплёлся на улицу – в том же виде, в котором и спал.

Лиза вздохнула. Странно как-то. Раньше Владимир обязательно полез бы целоваться, и она, наверное, не стала б отталкивать не только из-за петуха, а и потому, что самой приятно. А он предпочёл спокойно забрать птицу и удалиться, нарушив их привычные правила общения. От этого стало как-то не по себе. За прошедшую неделю с лишним она привыкла к неравнодушию с его стороны…

А тут вдруг такая спокойная реакция!

Было слышно, как Соколов с кем-то разговаривал, и Лиза понимала – вряд ли с петухом, он не напоминал человека, который будет болтать с безмозглой птицей. Петух же совершенно точно не отличался особенным интеллектом, более того, Елизавета могла гарантировать: там мозгов кот наплакал! Лучше б к ним в дом и вправду коты или собаки залезали, их Лиза не боялась.

Она выбралась из кровати, завернулась в покрывало, чтобы не светить перед деревенскими подаренным дядей пеньюаром, и выглянула на улицу через открытое окно, но источник шума уже не застала. Владимир вышвырнул птицу за забор, хлопнул калиткой и направился обратно к дому.



Альма Либрем

Отредактировано: 03.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться