Убрать лису

Размер шрифта: - +

Глава 14

Пока я брела к своей машине, меня посетила еще одна гениальная, но чуть запоздалая мысль. Оттого, увидев рядом с Ромкиной машиной знакомую громадину, на фоне которой Ауди выглядела игрушечной, ничуть не удивилась. Вишневский прохаживался взад-вперед и нервно выкуривал сигарету. Вот так бывает: мчалась по зову Рыжей, забыв о своем длинном «хвосте», а про меня никто не забыл. И даже хозяину успели доложить. Странно, что Денис не позвонил сразу, хотя, Вишневский мог выключить звук, дабы не беспокоили.

— Паршиво выглядишь, — мрачно констатировал он, когда засек мое приближение. Сам он, надо сказать, тоже не блистал: на голове непривычный для него беспорядок, хотя десять минут назад подобного не наблюдалось, галстук торчал из кармана пальто, ворот рубашки выглядел неаккуратно, под глазами залегли мешки.

— А ты – скотина. И что? Будем тут стоять и констатировать факты?

— Знаешь, что? — он со злостью отбросил сигарету, — Ты права.

— Еще бы, — хмыкнула я, стараясь не выдать своего удивления. Пройдя вперед, я встала напротив Андрея, по его примеру подперев свою машину, думая, что в последнее время я уж слишком часто начала удивляться.

— Я не мастер долгих и занудливых речей. Просто знай: мне очень жаль.

Жаль меня? Жаль себя? Жаль, что я их подслушала, или жаль вон того пьяного мужчину, что валялся недалеко от нас, явно перебрав с горячительными напитками? Непонятно. Но, раз смотрел он в сторону, надо полагать, жалел Вишневский все-таки дядьку.

Так как я продолжала стоять истуканом, скрестив руки на груди, Андрей сделал шаг вперед, схватив меня руками за плечи:

— Твое молчание меня нервирует, — его лицо с растрепанными волосами казалось совершенно другим, он пытался поймать мой взгляд, но я отвернулась.

— Просто не понимаю, что ты пытаешься мне сказать, — я попыталась высвободиться, но не тут то было.

— Я…

— И не припомню, чтобы у тебя были проблемы со словесным выражением своих мыслей. Но, если уж такое случилось, могу подсказать. Попробуй начать с «гадюка ты моя…» — последнее я пропела низким голосом, все еще сверля глазами угол здания справа.

Его пальцы на моих плечах начали сжиматься, причиняя боль.

— Посмотри на меня.

— Нет.

— Сеня…

— Что происходит, Андрей? — поморщившись от боли, зло бросила я, — Может, поговорим об этом?

— Что ты имеешь ввиду? — в голосе сквозило такое недоумение, что хоть сегодня можно было вручать Оскара за лучшую мужскую роль.

— Забавно… в последнее время все пытаются убедить меня, что действуешь ты исключительно в моих интересах, но я теряюсь в догадках. Быть может, ты прольешь свет? — я подняла на него глаза в ожидании ответа.

На самом деле я надеялась хоть на крупицу информации. Вишневский знал, что я его засекла с Макаром. Возможно, подслушанный разговор для него и новость, но встречу объяснить был просто обязан. Ну или нет, раз он, молча встретив мой взгляд, продолжал помалкивать.

— Кто такой Новак? — решила я развеять последние сомнения о прослушивании их милой встречи.

Ответа я, кстати, не ожидала, потому, когда Вишневский, недобро ухмыльнувшись, убрал свои руки с моих плеч и заговорил, слегка удивилась:

— Приятель из прошлого.

— Это я и так поняла. Кто он такой?

— Большего тебе знать не нужно, уж поверь.

— Я бы сказала, что думаю о доверии к тебе, но, памятуя о твоей большой обидчивости…

— Не стоит продолжать, я тебя понял.

— Вот и славно. Придется встретиться с господином Новаком лично, — улыбнулась я, наблюдая за его реакцией. Мои слова не слишком ему понравились, это точно, но возражать вслух Андрей не стал.

Вместо этого он выдал:

— Тогда я поеду с тобой.

— Хмм… не думаю, что то хорошая идея.

— Это ужасная затея, но лучше так, чем ты окажешься с ним наедине.

— Неужели это хуже, чем оказаться наедине с тобой?! — подивилась я.

— Можешь не сомневаться, — хмыкнул Вишневский, но видно было, что ему не особо смешно.

— Как он выглядит?

— Что?!

— Внешность его опиши, хотя бы в двух словах.

— Ростом с тебя, волосы и глаза темные, здоровый как бык… достаточно, или тебе нужны еще какие-нибудь подробности? — зло бросил Андрей.

— Достаточно, — порадовала я, думая, что напал на меня определенно не неведомый Новак. Тогда кто?

Я покосилась на Вишневского, порываясь спросить его о неведомом блондине, но что-то заставило меня остановиться. Думается мне, пока рано прижимать его к стенке. Если в случае с Новаком у меня была запись разговора и тут уже не отвертеться, то с напавшим на меня Альбиносом – лишь догадки, которые Андрей вовсе не обязан подтверждать. Наблюдая, как Вишневский выуживает очередную сигарету, я продолжила свой опрос:

— А как Новак связан с Макаром?

— Это уже не мое дело, солнце, и уж тем более не твое. Конечно, я понимаю, что после таких слов ты сделаешь все наоборот, но ты подумай, хорошо подумай, что пережили твои родители за те сутки, что ты практически умирала. Что пережил твой наемник… да ты хоть представляешь, что было со мной, когда позвонил Данил? — он уставился на мою изумленную физиономию и сделал вывод, — Не представляешь.

— Эм… я ослышалась?!

— Это тебя расстроит, но вряд ли. Видишь ли, я недавно понял одну вещь: иногда сентиментальность просто неизбежна. А жизнь вообще поганая штука, дорогая: как только на руках у тебя все карты, она начинает играть с тобой в шахматы, — он привычно ухмыльнулся, зло отбросив сигарету.



Саша Малинина

Отредактировано: 17.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться