Угонщица: откровения любовницы

Font size: - +

Глава 8. Мимо жанра

Переодеваясь из спортивной формы в собственную одежду в костюмерной, я всё ещё ощущала ту растерянность, которая охватила меня в тот момент, когда я услышала весть о своей «отставке» от амплуа любовной героини. Натягивая рукав толстовки, я думала. Думала о том, что послужило тому причиной. И, не поверите, но, несмотря на мою выходку в «спортзале», я всё-таки не могла убедить себя, что моя невинная шалость могла настолько разозлить генерального. Или могла? Так или иначе, после того, как он увёл куда-то режиссёра для того, чтобы сообщить об изменениях в сценарии, больше в тот съемочный день его не видела. Он как будто испарился из студии. Может, раны побежал зализывать? Ха! Ну, в любом случае, не так уж и сильно ему от меня досталось. Единственное, что могло пострадать – это его эго. Ответов на этот мой вопрос, как и на многие другие, разумеется, не было, и я почти убедила себя в том, что их, богатеев, просто не поймёшь. Но одна противная, навязчивая мыслишка всё-таки плотно засела в моём подсознании: что, если я просто для него не слишком хороша?.. Знаю, звучит глупо (ну, вы понимаете, я не страдаю заниженной самооценкой), но это многое объяснило бы – и его невпечатлительность в сценах с поцелуем, и его спокойствие во всех наших перепалках, и его относительное равнодушие ко всем моим выходкам. Но каждый раз, когда эта мысль даёт о себе знать, я вспоминаю желтые орхидеи, появление которых на моём столе вчера пробудило меня от полуночной послеконцертной хандры, и его смелое признание в том, что он был практически на всех моих концертах. Это было даже мило, жаль только, что неправда. Ну не могла же я не заметить этого мужчину за девять (!) своих концертов ни разу? Я, конечно, не пытаюсь назвать его привлекательным, но незаметным я его назвать тоже не могу.

С другой стороны, весь этот год, что я выступаю и серьёзно занимаюсь музыкой, я как-то вообще потеряла интерес ко всему остальному, в том числе, к противоположному полу (даже Антон пытался клеить меня в самом начале нашего сотрудничества, а я не сразу это осознала. И это при моём-то природном чутье! Слава Богу, он вовремя понял свою ошибку, и мы остались только в профессиональных и приятельских отношениях), а также к своему образованию - сразу после школы поступив в Московскую государственную академию физической культуры, через два года достаточно успешной учёбы, всерьёз увлёкшись музыкой, взяла академический отпуск, который тянется по сей день. Сейчас середина декабря, и уже пора решать, собираюсь ли я вернуться в вуз в следующем семестре, а мне кажется, что решать я ещё не готова. Я вообще ещё очень многое не готова решать. При всём моём решительном и боевом характере, при всей моей трезвости (или циничности?) взгляда на жизнь и на этот мир, мне начинает казаться, что я иду куда-то не туда.

Я до безумия люблю музыку, люблю писать песни и делиться ими с окружающими, и известности хочу, конечно. Но чем дольше я занимаюсь музыкой, тем меньше мне нужно что-то ещё, и это пугает. Но страх ощущается не тогда, когда я занята любимым делом, а в перерывах между концертами, записями и написанием песен. Когда отбушевал творческий порыв, когда момент вдохновения выливается в новую песню, когда отзвучали последние аккорды гитары на сцене, остаётся полная опустошённость. Именно поэтому я с таким энтузиазмом начала карьеру актрисы – в съёмочном процессе есть своя магия, да и столько ролей можно примерить на себя – может быть, какая-нибудь и придётся по нраву. А вдруг мне захочется, вдохновившись образом журналистки, которую я играла в прошлом проекте, самой изучить журналистику? Вдруг это моё? Глупая позиция, знаю. Это я так, шучу. Как можно вдохновиться образом ученицы старших классов? А вдруг мне понравится – не делать же это амплуа своим жизненным призванием?

М-да, Лена, наверное, стоит вернуться в спорт.

Во всяком случае, там мои достижения были понятны и измеримы. И никаких тебе полумер: всё чётко, ясно и по делу. И никто тебе не может сказать: «ты - плохой спортсмен», если ты бегаешь быстрее всех или раздаёшь апперкоты направо и налево, отправляя одного за другим соперников в нокаут. А вот сказать тебе, что ты плохая актриса, певица или вообще, плохой человек – может каждый, потому что мерило «хорошего» и «плохого» в таких неизмеримых вещах у каждого – своё…

Так, что это я тут развела философию?

Застегнув «молнию» на толстовке, я накинула сверху куртку и вышла из костюмерной, направляясь к выходу из студии. Когда я была уже практически у двери, то услышала позади себя торопливое:

- Лена, постой-ка! – Я остановилась, обернулась и увидела торопливым шагом спешащего ко мне Сергея.

- Да, Вы что-то хотели? – будничным тоном спросила я, негостеприимно складывая руки на груди. Знаю, Сергей не виноват в том, что сценарий меняется по сто раз на дню, но я невольно проецировала своё неудовольствие от последних изменений и на него тоже.

- Я хотел сказать, что сообщил тебе не обо всех изменениях сценария. Любовной линии у тебя больше не будет, потому что не с кем. Учителя химии в сериале не будет вообще. Но хочу предупредить тебя заранее, что с тебя хорошая песня, потому что по сценарию ты у нас начнёшь заниматься музыкой. Станешь новой школьной «звездой», - легко улыбнулся режиссёр.

Я оторопела. То есть, моя роль в сериале не уменьшается, а увеличивается? Более того, увеличивается так, что мне, как реальному человеку и музыканту, формат моей роли будет только на пользу? Ничего не понимаю. Получается, за мою выходку в «спортзале» меня ещё и наградили?

Стараясь скрыть некоторое волнение от только что поступившей информации, я задала основной интересующий меня вопрос как можно более равнодушно:

- А почему убрали любовную линию? Почему учителя химии в сериале не будет вообще? – убрав скрещение рук, я засунула их в карманы чёрных джинсов.



Инна Глагола

Edited: 28.12.2018

Add to Library


Complain