Уингримский волшебник

Глава тринадцатая. Возвращение

- Что-то ты, братец, заспался. Не пора ль вернуться на этот свет?

- Свет?.. - я уже начал забывать: что это такое. Слишком давно я его не видел, а теперь он исчез даже из снов... Да и сон ли это был? Больше походило на смерть. Но разве от нее пробуждаются?

Я попробовал вдохнуть, но тут же закашлялся. Изо рта и из носа посыпалась едкая черная пыль. Наконец, немного отдышавшись, я разомкнул веки. Перед глазами все плыло: каменный потолок, факелы, какие-то лица. И в них не было ничего пугающего, наоборот... Кто-то вытер мне пыль с лица.

- С возвращением тебя! - произнес до боли знакомый голос.

- Лопоух, ты что ли? - спросил я, непонятно, чему больше удивляясь: своему чудесному воскрешению, или тому, что знакомый мне голос вовсе не был голосом кролля.

- Не узнаешь? - черты лица, склонившегося надо мной, понемногу обретали резкость. На меня глядела пара веселых, с хитринкой глаз по бокам огромного носа картофелиной. Для полной картины не доставало только кружки пенного пива возле губ.

- Аин!? - не поверил я своим глазам.

- А кто ж, по-твоему? - подмигнул он мне. - Мир тесен. Особенно здесь, где одна единственная узкая дорожка соединяет две его части: привычное, которое, казалось бы, никуда не денется, но вдруг уходит в прошлое, оставляя о себе неожиданно светлые воспоминания; и будущее, теряющееся в неизвестности. На ней мы и встретились вновь. Думаю, не случайно. Кстати, благодаря этому, я наконец могу попросить прощение, что так внезапно исчез тогда, в первый раз... Однако на то имелись причины. Может я, как ты сейчас заметил, и был лопух лопухом. Но теперь еще по совместительству главнокомандующий, и боюсь, в этом качестве мне упрекнуть себя не в чем. Ибо сегодня мы победили, многоуважаемый Джим Дорбард. Прости, что я на “ты”. Ведь, осмелюсь думать, мы друзья. Так что не стесняйся обращаться ко мне так же.

- Хорошо, - кивнул я, с трудом приподняв голову. - Я тоже рад, очень рад нашей встрече. Но как ты попал сюда?

- Сначала спроси: как ты сюда попал. Ну и заставил ты нас поволноваться, братец. Будто в воду канул! Хотя, на самом деле, едва так и не случилось. И чего тебя туда понесло?! Поначалу все среди убитых моров искали, переживали, что подстрелили в неразберихе, когда ты оказался у них в плену. А не найдя, вовсе отчаялись. И тут твой мохнатый друг говорит: я, мол, знаю, где он может быть, этот если и побежит прятаться, то уж точно куда не надо. Двинулись мы по Озерному тоннелю, хотя, сознаюсь, очень нам туда не хотелось. С каждым шагом отчего-то жуть пробирала, к тому ж факелов, вроде, хватало, а дальше носа ничего не видели. Если не кролль, повернули бы назад. Он, кстати, тебя и нашел. Лежал ты на самом краю, мертвец мертвецом. Подумали, будто, и правда, умер. Ан нет, чему я, признаться, искренне радуюсь.

- Ему не привыкать. Только старые шишки зажили, он себе новых наставил, - посетовал объявившийся рядом Лопоух, щурясь от непривычно яркого для него факельного света.

- А сам-то ты цел? - поинтересовался я.

- Как видишь, на своих лапах бегаю. Правда, твои друзья чуть меня не растоптали. Когда перед ними противник, никого другого вокруг они не замечают. Да я вовремя успел спрятаться и, пока все не кончилось, не вылезал. И тебе не следовало...

- Ладно, - перебил его Аин. - Поговорить надо о многом, а сил у нашего друга маловато. Поэтому позволь ему спокойно подкрепиться, а я, так и быть, поведаю вам тем временем нашу историю, думаю, будет небезынтересно. Прости еще раз, Джим, что многое, о чем мог рассказать сразу, тогда, в замке, от тебя скрыл. До недавнего времени это составляло военную тайну. Да и сейчас, только по дружбе и из большого доверия к вам... Слушайте. Помнишь книгу из уингримской библиотеки, которую мы с тобой разглядывали?

- Как же нет! - отозвался я ядовито, насколько позволял мне набитый рот. Предложенное угощение из гномьей походной провизии не шло ни в какое сравнение с пресной, склизковатой рыбой, какой снабжали мой подземный стол кролли. В еде низкорослые воины знали толк не хуже, чем в драгоценностях и оружии, и даже в военной кампании ставили ее по значимости не ниже последнего. За что я сейчас был им очень благодарен. Дурнота и ужас от недавно пережитого отступили. Я будто снова почувствовал вкус жизни, какой она должна быть.

- Язык, на котором книга была написана, я, как и ты, конечно, не понял. Но вот карта... Едва я ее увидел, как почувствовал, что наступает конец моей спокойной, размеренной жизни. То, что потаенно жило во всех нас, передаваясь с кровью от предков потомкам, вдруг пробудилось. Для этого оказалось достаточно просто на картинке увидеть легендарную Найтландию, покинутую страну, в которую не один век мечтает вернуться наш народ. При первом знакомстве со мной ты, небось, подумал: что это за коротышка ко мне подсел, на гнома похожий. Теперь видишь, что не ошибся тогда? Ведь я, действительно, самый настоящий гном. И мои сотоварищи - тоже.

- Я в этом и не сомневался, - кивнул я. - Как только ваш отряд показался из-за поворота, я подумал, будто время вдруг вернулось вспять на несколько веков, и ожило изображение, виденное мной по дороге на стене одной пещеры. Вы были как две капли воды похожи на тех воинов...

- Приятно слышать, - улыбнулся Аин. - Я боялся, что в нас, теперешних, осталось слишком мало от былых хозяев подземной страны. Давно покинув ее, мы перестали жить вместе, единым народом, как тогда. Всех, кого - куда, разнесло по белу свету. И мы тихо жили, каждый в своем уголке, ничего не зная друг о друге и постепенно забывая даже: кто мы сами-то есть. Мне, как ты знаешь, посчастливилось обосноваться в Вингреме. Жизнь там сладкая и беззаботная, что и говорить. И желудок всегда было чем набить. Этому приятному занятью я в основном там и придавался. Жил, можно сказать, припеваючи, ну, и припиваюче, конечно. Да вот только в те редкие часы, когда я выходил за ворота, вырываясь из пестрой, веселой суеты в тишину и простор по ту сторону городской стены, меня вдруг охватывало какое-то волнение. Я пытался заглянуть вдаль, но что увидишь, стоя в низине, окруженной холмами и туманом, за которыми даже высокие пики гор не всегда видать. А вот замок просто не давал мне покоя. Уж не знаю, почему он так манил к себе; и в то же время ноги прирастали к месту, как только я его видел. То, что слышал о нем, я тебе поведал сразу же, еще пока мы сидели за столиком. Ты ведь и сам, наверно, убедился тогда из моего рассказа, что никто из горожан толком про замок ничего не знал, и даже не слишком интересовался, чего нельзя было сказать обо мне. И вот, повстречав как-то в кабачке симпатичного чудака-незнакомца, сразу вызвавшего во мне доверие, - ведь это был ты, мой друг, - я вдруг подумал: а почему бы нам совместно не провернуть эту маленькую авантюру с визитом в заброшенный замок и не обследовать его. А заодно, конечно, проверить: правда ли россказни о его полных погребах. Что из этого получилось, ты помнишь. Пока я изучал содержимое подвала, ты извлек на свет нечто куда более ценное, перевернувшее мою жизнь, за что я тебе безмерно благодарен. Ты и представить себе не можешь: что значит для меня и для нас всех эта карта. И самое главное, пока ты спал, мне удалось расшифровать, каким годом она датирована. Конечно, у нас сохранились собственные карты, но после всех случившихся здесь катаклизмов от них было мало толка. А эту, видимо, составили сразу после тех событий. На ней не только отмечено: какие ходы оказались завалены и затоплены, но и в каких местах поселились всякие опасные твари. Погляди сам... - тут Аин сделал виноватое лицо. - Да простится мне сей неблаговидный поступок. Будем считать: я ее не украл, а просто одолжил. И как только все закончится, она возвратится на свое законное место, - с этими словами он протянул мне ту самую книгу, раскрытую на той самой памятной странице.



Алексей Мурашкин

Отредактировано: 05.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться