В паутине чужих миров

Размер шрифта: - +

Глава 23

 

Глава 23.

 

Через несколько секунд я открыл глаза и тут же увидел Василия, который удивлённо вертел головой, осматривая то новое место, куда мы попали. Первое, на чём сконцентрировалось моё внимание, оказалась точно такая же колба, такой же аппарат, один в один похожий на тот, который перекинул нас в новый мир. Так же и «помещение», остановка в одной из транспортных межзвёздных артерий полностью копировало предыдущее, отличаясь от него только размерами. У меня даже голова немного закружилась от открывшегося простора.

- Смотри…

Василий так был взволнован увиденным, что взял меня за руку. Но я уже и сам заметил то, на что он хотел мне указать. Длинными рядами метрах в пятидесяти от нас в воздухе висели продолговатые, удлинённые капли, похожие на какое-то застывшее блестящее желе, коричневого цвета. Впрочем, как я скоро заметил, желе это жило своей особой жизнью. Внутри каждой капли что-то шевелилось, и каждое движение вызывало дрожь, волны, которые перекатывались зыбью от остроконечной вершины к округлому низу. Кое - где на поверхности капель появлялись выпуклости, в которых угадывались лапы и демонические морды. Те, кто был заключён внутрь инопланетных камер, отчаянно пытались выбраться наружу, но стенки тюрьмы прочно удерживали в заточении своих узников. Возле каждой из гигантских капель без всякой видимой опоры висели небольшие дощечки из светлого металла.

Загипнотизированный зрелищем, Василий, а следом за ним и я, направился к бесконечным рядам пугающих и причудливых, явно не природных образований. Вблизи «капли» оказались намного больше, чем мне виделось издалека, и внутри у них действительно находилось… что-то живое. Возле ближайшего пластичного мешка, всё же напоминающего своей формой дождевую каплю, мы остановились. Я смотрел на то, что находилось внутри, словно сквозь довольно прозрачное и в то же время тёмное, но одновременно жидкое и грязно-серое стекло. Знакомый мне дейнотерий, довольно крупных размеров, пытался отчаянно вырваться наружу, находясь в каком-то странном, вяжущем движения растворе. Он, то поднимал, то опускал короткий хобот, видимо, призывая неслышным криком себе на помощь собратьев. Его ноги неустанно находились в движении. Наверное, до смерти напуганному зверю казалось, что он бежал, бежал прочь из этого страшного места, наполненного угрозой и опасностью, но на самом деле его камера прочно и статично висела в пустоте, лишь содрогаясь своей оболочкой в ответ на движения находившегося внутри пленника.

В соседней капле-камере испуганно замерла пятнистая псевдоантилопа, а рядом с ней томились в ожидании своей, наверняка, далеко не радостной участи множество других животных, как уже виденных мною, так и совершенно незнакомых. Все они были идентичны в своём строении и раскраске, выдавая представителей одного животного мира, единого природного сообщества.

- Зачем они все им сдались? – зашептал Василий, который был не в силах оторвать взор от фантасмагорического зрелища. – Зачем? Для опытов? Генных изменений? Для какого-либо звёздного зоопарка? Для переброски в новый мир? Для пищи? Зачем? Зачем?

Пока Василий собирал в большую кучу массу вопросов, на которые всё равно не смог бы ответить, я заметил неподалёку, в одной из желеобразных капель, фигуру существа, с которым сталкивался совсем недавно. Я решительно направился к нужному мне объекту, шагая уже с некоторым доверием по мгновенно образующимися под подошвами облачками - площадками.

Достигнув своей цели, я остановился. Знакомый мне далёкий предок, один из тех гоминидов, что вчера напали на лагерь, заметив меня сквозь оболочку камеры, замер, настороженно вглядываясь в мои черты. Всё его тело покрывал густой волосяной покров, мощные мышцы при виде меня напряглись, а лицо, принадлежавшее наполовину человеку, наполовину шимпанзе, с далеко выступавшими надбровными дугами, выразительно искривилось в гримасе ужаса и злости. Секундой позже гнев победил страх, и гоминид попытался напасть на меня. Однако, сделав несколько хаотичных движений, он понял, что ему не удастся освободиться от тех оков, которые его опутали, и снова замер. На его «лице» вдруг, освящённое мыслью, явственно проступило выражение надежды. На глазах выступили слёзы и он, вытянув перед собой руки, протянув ко мне. Вполне разумно палеоантроп просил освободить из адской ловушки, умолял молчаливо о помощи!

Вопреки всему рациональному, что жило во мне, руководствуясь одним мощным импульсом, исходящим от чувств, я в один миг оказался возле висящей на уровне груди нужной пластины. Выбрав символ, напоминающий свернувшуюся перед броском змею, первым делом нажал на него, начав процесс освобождения узника.

- Зачем, зачем ты это делаешь? – попытался остановить меня Василий. - Что забыл, как его собратья напали на нас?

Нужная комбинация снова пришла ко мне со стороны, вспыхнув в голове чередой светящихся символов. Торопясь, боясь потерять нить запретных знаний, которая могла оборваться в любой момент, я принялся лихорадочно активизировать необходимую для освобождения программу. На пластине, пальцем, в строгой последовательности нажал более чем десять символов, которые при прикосновении вспыхивали каждый своим цветом.

Когда я закончил, резкий и режущий слух звук заставил меня вздрогнуть. Как будто кто-то огромный внезапно, со всей силы, ударил над моим ухом по гигантскому, наполненному жидкостью бурдюку, и эта ёмкость от соприкосновения лопнула. Звук полностью соответствовал тому, что произошло. Гигантская желеобразная «капля» - пузырь, висящая в пустоте передо мной, развалилась вдруг на части, на множество маленьких капель и потёков, которые в одно короткое мгновение собрались в определённой точке вверху и были бесшумно втянуты неизвестными силами внутрь огромного резервуара. Освобождённый же узник тяжело упал на моментально образовавшуюся из ничего прозрачную платформу в паре метрах от нас.



Юрий Табашников

Отредактировано: 26.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться