Вайлетфилд Ралфс

Font size: - +

Глава 54. Луч надежды.

Фредерик больше не совершал никаких действий: он, остолбенев на месте, лишь продолжал взглядом провожать Роберту, которая спустя пару минут уже исчезла из виду. Тут же развернувшись, он уныло побрёл к своему автомобилю, уже в сотый раз жалея о том, что не догнал женщину. Неужели он опять потерял её? Судьба предоставила ему такой шанс, а он посмел им не воспользоваться… Нет. Он не допустит этого во второй раз и разыщет её, во что бы то ни стало…

Тем временем Берта уже ступила на порог особняка Юнгов: её всё ещё трясло, и она никак не могла совладать с нахлынувшими эмоциями. В этот день в доме не было спокойно: шумная суматоха напоминала о том, что подготовка к грядущей свадьбе шла своим чередом.

— Наконец-то! — воскликнула Люси, сразу же заметив Роберту; она было двинулась ей на встречу, но мистер Маккой тут же преградил ей путь.

— Милая сестрёнка, мне нужно поговорить с моей женой, — учтиво улыбнулся мужчина, при этом бросив грозный взгляд на оторопевшую Берту. — Пройдём со мной.

Берте ничего не оставалось, как повиноваться мужу. Поднявшись наверх, Кристофер грубо подтолкнул бедняжку к входу одной из комнат. Захлопнув за собой дверь, он сверлящим взглядом уставился на женщину, которая испуганно попятилась к стене.

— Я от тебя такого не ожидал, Роберта Маккой, — угрюмо прошипел мужчина. — Как ты посмела?

— Посмела что? — нахмурившись, возразила Берта.

— Уйти утром из дома, никого не предупредив. Да это высшая степень неуважения к мужу! Я хотел уже сквозь землю провалиться, когда моя сестра спросила меня, почему я пришёл позавтракать один!

— Я всего лишь хотела прогуляться и подышать свежим воздухом. Это разве запрещено?

— Изволь, Роберта, но ты не имеешь права распределять своё время так, как заблагорассудится тебе! Ты обязана давать себе отчёт в том, что я твой муж! И когда мы в гостях, ты даже с дома не должна потыкаться без моего ведома!

— Кристофер… Я тебя не узнаю… — пролепетала Берта. — Ты ведь раньше так себя не вёл…

— Это ты непозволительно себя ведёшь! — воскликнул Маккой, приближаясь к женщине.

— Я знаю… Я знаю, в чём дело! Тебе противно осознавать то, что я тебя никогда не любила! Я вышла за тебя замуж только в знак благодарности за то, что ты спас жизнь мне и моей не рождённой дочери! Я считала, что тобой двигали только благочестивые чувства, и никак не ожидала, что всё вот так обернётся! И если ты решил досадить мне вот таким образом, то у тебя ничего не получится!

Берта была уже не в силах скрывать свои эмоции. Ей так хотелось, чтобы это был только страшный сон! В сию же секунду она закрыла глаза: всё верно, это всего лишь сон. Этого не может быть… Сейчас она проснётся, и всё закончится. Не существует никакого Фредерика Винслоу, это всё иллюзия, которую она сама себе придумала. Не существует никакой кузины Кристофера Маккоя. Всё это лишь глупое сновидение, которому скоро придёт конец…

Роберта тут же распахнула глаза, почувствовав резкую пощёчину, которая оставила обжигающий след на её щеке. Нет. Он никогда прежде не подымал на неё руку! Женщина уже начинала жалеть о том, что убежала прочь от Фреда, не дав ему ни единого шанса выговориться. А что, если она не права? А что, если он её до сих пор любит, и врать ему попросту не было смысла? Роберту разрывали противоречивые чувства.

— Где моя дочь?! — злобно прошипела женщина, потирая щёку. — Где Флер?!

Кристофер резко отстранился: он сам от себя не ожидал подобных действий.

— Играет с Кэтрин на заднем дворе… — глухо протянул он, вглядываясь в лицо жены, полное отчаяния.

— Это хорошо, — сбавив тон, ответила Роберта; она бы с радостью тут же забрала дочь и умчалась прочь из этого дома, но здравый ум тут же переубедил её: она будет действовать по-другому.

Кристофер больше не преграждал путь Берте; не медля, та быстро зашагала к выходу. Спустившись вниз, она направилась к дубовой двери с витражом, которая вела в большой зал. Именно здесь царила настоящая праздничная атмосфера: стены были декорированы шикарными украшениями из прекрасных цветов, блаженный аромат которых витал в воздухе, а белоснежные занавески дарили ощущение возвышенности и безмятежности.

— Берта, а вот и ты! — весело воскликнула Люси, расправляя листья на огромном букете из роз.

— Надеюсь, и для меня здесь найдется какая-нибудь работёнка, — пытаясь выглядеть весело и непринуждённо, проговорила Роберта. — Ведь так нельзя, чтобы невеста все дела по дому справляла одна!

До самого позднего вечера Берта с головой погрузилась в предсвадебные хлопоты: она пыталась во всём угодить кузине своего мужа и не отвлекалась ни на минуту. Ей всегда казалось, что за работой время протекает намного быстрей: Роберта с нетерпением ждала того момента, когда домочадцы уложатся спать, и она останется совершенно одна. Ею всё больше и больше завладевала довольно опасная идея: а что, если она опять улизнёт? Улизнёт поздним вечером, и только самому Богу известно, когда возвратится назад. Она опять должна его увидеть… Берте не давала покоя мысль о том, что Фредерик жив: возможно, ему нет прощенья, но всё же, есть кое-что важное, о чём он просто обязан узнать.

В доме наконец-то воцарилась полная тишина. Оказавшись совершенно одна, Роберта, окинув взглядом большой холл особняка, направилась к выходу. Женщина прекрасно осознавала, что идёт на непоправимый риск: те действия, которые она совершала, были совершенно безнравственными и недопустимыми для замужней леди. Но что она могла с собой поделать? Берта понимала, что не сможет продолжать дальше жить так, как раньше. Флер, милая Флер… Разве она не заслуживает быть по настоящему счастливой? Берта знала, что теперь будущее её дочери напрямую зависит он неё.

И вот, с опаской посматривая по сторонам, Берта приближалась к заветному зданию банка «Берклиз»: параллельная улица была абсолютно пустой, но кое-что всё-таки привлекло внимание женщины, и она ускорила шаг. Белоснежный «Франклин» в единственном экземпляре продолжал стоять на парковке; дрогнув всем сердцем, Роберта стала в нескольких шагах от него и стала ожидать: она была уверена, что этот автомобиль принадлежал Фреду Винслоу.

Женщина не ошиблась: спустя четверть часа входные двери здания отворились, и оттуда показался мужской силуэт в длинном коричневом пальто. В сию же секунду её прежнюю уверенность словно ветром сдуло: тело опять бросило в дрожь, а сердце бешено заколотилось. Теперь счёт пошёл на секунды: если она в ближайший момент не оповестит его о своём присутствии, то может утратить этот шанс навсегда.

— Фред! — пересилив себя, воскликнула Берта: этого хватило, чтобы молодой человек заметил её.

— Берта?

Тусклый свет фонаря упал на её лицо: каждый шаг давался ей с невероятным трудом.

— Берта, милая Берта, я знал, знал!

Фред тут же бросился навстречу оторопевшей женщине: им овладело огромное желание обнять её, со всей силы прижав к себе. Но, когда между ними оставалась лишь пара шагов, Берта резко отпрянула, не дав ему этого сделать.

— Берта… — опустив голову, с грустью в голосе протянул Винслоу, понимая, что сейчас не самый подходящий момент, чтобы давать волю эмоциям: они могут всё испортить.

— Фред, я… — заикнувшись, брякнула Берта. — Ты был прав, нам нужно поговорить.

— Я даже не знаю, как теперь мне смотреть тебе в глаза после всего этого…

— Сейчас не время винить себя, Фред.

— Берта, возможно, моё предложение тебе покажется странным, но… Я предлагаю тебе сесть в мой автомобиль. Это не самое лучшее место для разговоров, уж поверь мне.

— Поверить тебе… — с явной иронией в голосе протянула Роберта, подойдя впритык к автомобилю. — Что же, мистер Винслоу, в данной ситуации у меня нет иного выбора.

Он молча приоткрыл ей дверцу авто; Берта, бросив на него упрекающий взгляд, тут же заняла место спереди. «Франклин» мчался почти бесшумно; в этот момент миссис Маккой уже начинала жалеть, что решилась на эту авантюру, но было слишком поздно. Впереди показался величественный Вестминстерский мост; приубавив скорость, Фредерик свернул руль налево, тут же ударив по тормозам.

— Это моё любимое место, — протараторил молодой человек, выбравшись наружу и бросив взгляд в сторону моста. — Я часто здесь провожу время, когда нужно подумать. Здесь так тихо и спокойно… Здесь я ощущаю то, чего мне так не хватает в этой жизни.

— Что? — прищурившись, поинтересовалась Роберта.

— Умиротворение, — вдохнув свежий ночной воздух, ответил Фред.

Теперь они медленным шагом прогуливались по огромному мосту: отсюда набережная Лондона казалась особенно величавой.

— Ты его любишь?

Этот вопрос застал Берту врасплох: остановившись, она бросила ошарашенный взгляд на Винслоу.

— У тебя ещё хватает совести задавать подобные вопросы? — сквозь зубы процедила она.

— Ты уходишь от вопроса, — спокойным тоном заметил Фред, взглянув вниз на тихую и спокойную воду Темзы.

— Прежде тебе следует объясниться.

Фредерик нахмурился: он уже давным-давно похоронил память о тех мерзких событиях, но теперь ему предстояло снова их воскресить.

— Берта, возможно, ты не поверишь мне, и я не в праве винить тебя в этом… Да, я был помолвлен с Бланш Фентон, и на первых порах она была мне симпатична, но только до того момента, пока не встретил тебя. Я никогда и ничего к ней не чувствовал: она была глупой, напыщенной пустышкой, и не более того. Ты помнишь тот день, когда я тебя впервые прокатил верхом на своём Герхарде?

— Да, помню, — глядя куда-то вдаль, ответила Роберта.

— В тот самый день я вернулся в особняк Фентонов, и Бланш меня пригласила на чай… Я не мог тогда отказать ей и, ничего не подозревая, согласился на её предложение. После этого всё было как в тумане… Я больше ничего не помнил. Ты даже представить себе не можешь, что я чувствовал, когда проснулся рядом с ней в её же кровати! Я попытался выбросить это поскорее из головы. Выбросить то, чего, по сути, не было… Бланш оказалась не такой и глупой, как казалась на первый взгляд. К этому моменту, когда мисс Фентон обманула меня, она уже была беременна. И я, как последний глупец, поверил этому чёртовому письму! Я до сих пор виню себя за это. С того момента, когда я покинул тебя, моя жизнь превратилась в сущий ад. Возможно, ты мне не поверишь, но её смерть мне в некой степени принесла облегчение. Возможно, я бы и дальше продолжал жить в неведении, если бы не личная горничная Бланш: она и открыла мне глаза на всё происходящее. Оказывается, милейшая мисс Фентон была не такой уж добропорядочной: во время бала, когда мы с тобой впервые встретились, она…

— От чего она умерла? — монотонно спросила Берта: её глаза слезились, но она всё еще пыталась держать себя в руках.

— Эклампсия. Но теперь это уже не так важно…

— Фредерик, скажи мне одно… Почему? Почему ты тогда сказал, что не любишь меня?

— Я не хотел… Я сделал это специально, чтобы ты ненавидела меня! Я не хотел, чтобы ты страдала! Уж проще ненавидеть, чем всю жизнь предаваться душевным мукам!

— Фред, а ты не подумал, что этим ты мог сделать ещё хуже?

Она обратила на него свои потускневшие полные боли глаза: её губа дрогнула, и по щеке скатилась крупная солёная слеза.

— Я любила тебя, Фредерик, сколько себя помнила, — дрожащим голосом протянула Роберта. — А ты даже не попытался меня найти… Ты посмел допустить ту мысль, что я могу тебя разлюбить, даже невзирая на твой подлый поступок.

— Прости меня, Роби, прости. — Он подошёл на шаг ближе и тут же застыл, боясь, что Роберта опять отстранится. — Я никогда не найду оправданий моему глупому бездействию… Но, Роби…

— Что?

— Ты вышла замуж…

— Да, Фред, я вышла замуж.

— Ты его любишь? Только ответь мне прямо, — выдавил из себя Винслоу: он боялся ответа, как огня, но он был слишком важным для него.

— Нет, не люблю. Но я исполняю пожизненный долг перед этим человеком.

— Какой ещё долг?! — недоумевая, воскликнул Винслоу. — Это ведь несправедливо по отношению к тебе! Как можно жить с человеком, ничего совершенно к нему не чувствуя только ради какого-то глупого долга?!

— Он спас меня Фред, — вздохнув, протянула Роберта. — Спас, когда я хотела свести счёты с жизнью. Это случилось несколько дней спустя твоего отъезда, и…

— Ты хотела покончить с собой из-за меня? — его голос был полон отчаяния. — Только не говори, что это правда!

— Да, это правда, Фред, — шмыгнув носом, ответила женщина.

— Проклятье! — не сдерживая эмоций, крикнул Винслоу, тут же стукнув себя кулаком по лбу. — Господи, я даже подумать не мог… Какой же я идиот! Как я мог… Роби, милая, прости меня, я тебя умоляю!!! Чёрт возьми, я бы не смог этого пережить, если бы узнал, что с тобой что-то случилось! Прости меня, Берта, прости!!! Идиот… Безмозглый болван…

— Фред, хватит уже! Ты не виноват!

Теперь молодой человек был уже не в силах сдерживать себя: внезапно бросившись к Роберте, он тут же прижал её к себе. Вскоре её молчаливый плач перешёл в глухое рыдание, которое сотрясало её хрупкое тело. Она больше не предпринимала попытки вырваться из крепких объятий Фреда: ощущая его быстрое, тёплое дыхание, она уткнулась носом в его одежду, оставляя на ней мокрые солёные пятна.

— Роби, я больше не смогу жить без тебя, слышишь? — бормотал он. — Я люблю тебя, слышишь, люблю!!!

— Фред… — всхлипнула Роберта. — Это ещё не всё, у меня… Я…

Она хотела сказать ему о дочери, но что-то словно мешало ей это сделать.

— Маккой спас не только меня, он спас ещё… Нет… Фред, отвези меня на Дин-Стрит, прошу тебя.

Фред, отстранившись, недоумевающе взглянул на Роберту: на мгновение ему показалось, что всё начало налаживаться, но не тут-то было.

— Берти?

— Я пока не готова, — произнесла женщина.- Нет. Только не сейчас.

— Мы ещё встретимся? — с надеждой в голосе пробормотал Винслоу.

— Непременно, Фред. Ведь я люблю тебя…

Именно это Фредерик мечтал услышать от неё всё это время. Его глаза заблестели, а на лице всплыла лёгкая, слегка грустная улыбка.

Никто с них больше не промолвил ни слова; они молча ковыляли к автомобилю, счастливо улыбаясь: наконец-то в жизни каждого из них блеснул лучик надежды, надежды на то, что ещё не всё потеряно.



Vika Vi

Edited: 07.10.2017

Add to Library


Complain