Ведда-3. В том гробу твоя невеста...

Размер шрифта: - +

37. Болейте на здоровье

Очень хотелось плакать… но не получалось. Только в груди болело и давило всё сильнее. Пару дней, он сказал. Хорошо бы успеть хоть как-то восстановиться. Бен, ну где ж тебя носит, а… что с тобой… Однако… Если подумать… если пересмотреть всю речь Стана… Учесть, что он не желал быть уличённым в сочувствии к пленнице, но что-то хотел ей сообщить… что-то сверх послания… или даже вопреки ему!

Миль сжала кулаки и стукнула ими по постели. Точно! Ведь невооружённым глазом было видно, что ему самому стыдно и невыносимо противно нести этот вздор про долг перед Городом и прочую лабуду. Но если предположить, что он желал быть ею услышанным и понятым правильно, то всё получается… Получается: Бен – жив-здоров! И под присмотром, что, конечно, хуже… А вот если про Джея он промолчал, то, значит… Джей вообще вне всяческих подозрений и свободен! Ух… камень с души если и не скатился, то всё равно – здорово потерял в весе. Воистину: «Имеющий уши – да услышит…»

Вернувшийся «нянь» несколько растерянно протянул ей маленький гибрид компьютера и телефона, выполненный стандартно, в виде браслета.

- Подарок Стана…

Ещё одно подтверждение доброй воли Третьего Командора Десанта и намёк, что информация – истинная. Миль повеселела. И подарок приняла. Но надевать на руку, как полагалось, не стала: она потому их и не носила, что все подобные нежные электронные устройства при тесном и постоянном контакте с её телом обычно жили недолго. А эта штучка могла оч-чень пригодиться…

- Слушай, там доктор… Тебе инъекцию пора делать и вообще… Ты как – драться с ним намерена? А то я ребят позову, пусть тоже развлекутся… Опять же, ставки сделаем… Да за что, уж и пошутить нельзя?! – он со смехом вернул ей брошенную подушку, поместив пухлый предмет под её спину поудобнее, так, чтобы Миль встретила врача полусидя. – А чего, если не секрет, ты ему так противилась в прошлый раз? Видать, достали тебя медики?

Миль невесело усмехнулась – не то слово…

Доктор, войдя, благоразумно остановился у порога, бережно прижимая к груди мобильную версию биосканера – то ли берёг приборчик, то ли прикрывался им от непредсказуемой пациентки…

- Смелее, док, госпожа обещала вести себя прилично. Верно, фэймен?

Доктор, склонив голову набок, дождался подтверждения, и только после этого заулыбался и подошёл к постели, на ходу разворачивая свой мини-госпиталь… Процедуры много времени не отняли, и скоро очень довольный миролюбием пациентки медик объявил, что всё идёт прекрасно, ещё две инъекции – и фэймен можно будет считать здоровой…

- Но, - тихо пробормотал он себе под нос, - в ваших интересах, госпожа, ближайшие пару дней оставаться в постели. И изо всех сил изображать воспаление лёгких. Вы ведь понимаете, что я хочу сказать?

Миль благодарно, со слабой улыбкой, кивнула. И этот про пару дней… Он, не обрадованный этим взаимопониманием, собрал свою подотчётность и на прощание печально сказал:

- Это, к сожалению, всё, что я могу для вас сделать, фэймен… Не отчаивайтесь…

Уж утешил так утешил, еле удержалась от фырканья Миль… не забыв и его чувство вины немножко обесточить…

- Так ты не расскажешь о своих контрах с законом? – хохмы хохмами, а глаза-то у Юса серьёзные.

Вот сейчас и обновим подарочек… Маленькая панелька охотно отвечала касаниям пальцев, надпись всплыла над браслетом:

«Да не нарушала я законов. Просто угораздило родиться чуть более здоровой, чем диктуют приличия Города».

- Насколько более?

«Суди сам. Видимо, просто преступно».

Он присвистнул:

- Пон-ня-атно… - парень явно расстроился. – Я-то думал, убийство там… или ещё какой пустяк. Но вот этого тебе точно не простят… Ну ты в курсе…

 

«Няньки» менялись возле её постели почему-то чаще, чем требовалось регламентом и обычным здравым смыслом. Миль только головой качала, встречая очередную «сиделку»: от каждого так и веяло мощнейшим чувством вины и безысходности. Иногда они, «отсидев» положенное, не уходили насовсем, а то и дело возвращались, находя заделье: то фрукты приносили, да в таком количестве, что есть приходилось всем вместе, чтобы те не пропадали… То цветы, то книги, то чисто дамскую мелочёвку – радуясь, как дети, если удавалось угодить, как, например, с расчёсками, которые ломались до тех пор, покуда кто-то не принёс самоделку, выточенную вручную из дерева… То игру какую-нибудь… в которую и играли зачастую сами, так как Миль с большинством популярных игр незнакома была вовсе. Миль не имела ничего против таких посетителей – взяв от каждого немножко виноватости, она облегчала груз совести на их душах, а заодно пополняла свой внутренний энергозапас. И так преуспела, что вскоре решительно покинула постель.

«Не настолько я слаба, чтобы разучиться ходить! - доказывала она как доктору, так и «няням». - А движение – жизнь! И солнце тоже!»

- Ну в самом деле – не сбежит же она через это окно, доктор! А чуть что – мы её на место быстренько вернём, никто ничего и не заметит, - убеждал очередной «нянь». – Там, за дверью, вы же сами видели, какая охрана. Без разрешения сюда даже вас не впускают.

И доктор сдался: свежий воздух – а другого здесь, на окраине Континента, и не имелось – действительно должен пойти на пользу выздоравливающей.

А уж как пошло бы на пользу солнышко… - мечтала Миль.

И когда матовое стекло, освобождая оконный проём от пола до потолка, уехало в паз, она на радостях скакнула в залитое лучами пространство, скользнула на гладком полу… и едва успела затормозить на самом краю, чтобы не вылететь вниз – под беспомощно-дружное:



Карри

Отредактировано: 25.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться