Веле Штылвелд и Игорь Сокол: Под двойною звездой

Размер шрифта: - +

Веле Штылвелд и Игорь Сокол: Синдром aqua alien, Нф-рассказ

1.
На Атлантическом побережье всё случайно и началось… Сначала заговорили о странном звёздном дожде… Как раз шли августовские Леониды, и загадать на падающую звезду было привычным делом…. И звёзды таки падали… И влюблённые загадывали на счастливые дни и годы вперёд… И было от того благостно. Бесконечно благостно и прекрасно…

Затем из портов приписки вышли «морские охотники» американских ВМС, и в прессе заговорили о всплывающих странных капсулах. Были они похожи на разорвавшиеся ежистые каштановые капсулы от зрелых плодов и на плаву напоминали минные корсетки времен Первой Мировой войны, которыми была напичкана далекая от сих изумрудных курортных лагун Балтика. Поэтому и сейчас на всякий случай были вызваны тральщики, и эти полумины, полукорсеты были отбуксированы в отдаленную акваторию Гудзона с надеждой оптом взорвать… И на беду, по привычному военному головотяпству лихо взорвали…

После этих взрывов повсплывали небольшие приборы со странным неумолкающим зуммером. Зуммер был неукротим ни на миг, и, после того, как эти приборы, наконец, выловили, их тут же тщательно загерметизировали в специальных звукопоглощающих боксах, но…

Когда и это было сделано уже с соблюдением всех правил научного такелажа, оказалось, что прошедшие через боксы-поглотители приборы, тем не менее славно запели в головах прибрежных жителей и отдыхающих. Из этого пения местные музыканты насочиняли румбы и танго, всяческие синглы и прочие хиты однодневки, не осознав, что тем самым перебрали на себя некую сонарную информацию, прибывшую на Землю из глубин далекого космоса…

Военные всполошились и не напрасно. Потому что вслед за этим в акватории падения минных корсеток стали обнаруживаться сначала небольшие, а затем всё большие стаи розовых на рассвете дельфинов. Впрочем, пели они как обычные голубые дельфины, но подпушка брюшная у них всё время меняла расцветку с белой на розовую, а с розовой на фиолетовую, которая постепенно остывала до белой. Вот вроде бы и всё.

Так что к падению следующих Леонидов прибавились только стаи розовых на рассвете дельфины, которых стали почему-то именовать aqua alien – «акваалиенсами» и вскоре изловили… Сначала военные, затем ученые, затем держатели дельфинариев, затем промысловики…. Консервы из тушек «аква_алиенсов» прослыли отменным деликатесом, так что от всей этой перепитии остались в памяти только песни….

…Прошло ещё несколько лет. И стало особенно худо. Оказалось, что розовобрюхие на рассвете дельфины все до единого поголовно самцы, обреченные на гордое одиночество. И потомства от них так больше и не было найдено во всем мировом океане. А вот в дельфинарии на восточной окраине Пальм Бич потомство розовому пришельцу подарила синяя дельфиница, которая была помещена с ним в один водный вольер. Никто толком так и не понял всей радости отца, поскольку сразу после рождения розового младенца тот внезапно и скоропостижно скончался. Видно, в том и состояла его отцовская миссия. И никто на это не обратил бы никакого особого внимания, если бы Дольфик не запел тем странным полузабытым зуммером, о котором уже порядком забыли.

К тому же Дольфик был брюшком розовым уже не только на рассвете, а почти всегда, кроме минут волнения. Волновался же он только тогда, когда к нему прикасались человеческие детки с церебральным параличом. В такие минуты он словно напрягался до тихого фиолетового свечения, после чего у детей получался эффект санирования парализованных конечностей, который закреплялся порой на несколько дней, недель и даже месяцев. С тех пор Дольнику стали поклонятся и за деньги благодарных родителей отстроили внешне бронированный аква-апартамент, приблизится к которому не могли не только злоумышленники, но даже алчные к подобным штукам военные.

В таких условиях и прожил Дольфик несколько лет. Как вдруг однажды, при подготовке нового представления для малышей День рождения дельфина, новый аранжировщик записал попурри из тех танго и румб, которые появились в качестве отголосок таинственных космических зуммеров. И это сработало в Дольфике на генетическом уровне.

Как только прозвучали первые аккорды новой фонограммы, как Дольфик выплеснулся из воды, завис над бассейном. А затем стал раскачиваться над ним, как над некой дивной виртуальной колыбелью своей древней инопланетной памяти, словно говоря этим странный речитатив, которым он цепко пронзал мозги своих дрессировщиков, концертмейстеров и зрителей:

«Я всегда успею во вчера, даже в самом отдаленном завтра…»

Он непременно пел эту песню дальнего космического скитальца, а затем плюхался в воду, после чего на несколько минут уходил на глубину. Вот тут-то уже всполошились держатели дельфинария, коим Дольфик приносил баснословные барыши. И они решили тайным образом пересечься с военными, которые не заставили себя долго ждать…

…Пьерфенс Блу прибыл в дельфинарий к вечеру и предложил Дольфику погонять розовый шарик. Как только Дольфик озорным образом поддел его любопытным носом, как тут же шарик распался на два полушария и превратился в цепко присосавшиеся к голове дельфина парочку наушников на присосках…

Час за часом ученые работали над биометрией Дольфика. Альфа-ритм, бета-ритм, гама-ритм…. Алгоритм был привычным… Вызвать радость… Получалось… Вызвать сострадание… Получалось… Вызвать агрессию… Не получалось… В глазах Дольфика наблюдалась какая-то странная неземная боль…. Опять серия испытаний… И опять боль… Опять серия испытаний…

И через 24 часа Дольфик впал в транс. В таком трансе киты выбрасываются на берег… И касатки… И дельфины… И снова киты… Во всех океанах планеты… Из бассейна Дольфик мог выброситься только амфитеатр для зрителей. Но его удержала пружинная сетка-рабица. Ученые умы отступили… Представление отменили… У детей, съехавшихся на представление с разных уголков земли в глазах появились крупные недетские слезы…



Веле Штылвелд

Отредактировано: 13.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться