Вилка и ложка

Размер шрифта: - +

Глава 3

 Платок нереально парил, от чего настроение было слегка испорчено. При попытки одеть головной убор по-новому, завязав кончики на макушке, получила резкое замечание от мужа. Переживает, как бы своим видом не привлекла внимание полиции нравов. Внутри теплело чувство несвободы, которое становилось более унизительным, после строгих слов любимого. 

В воздухе ощущался дух весны - щебетание птиц, синее небо, чистый горный воздух. На обочине дороги распустилась черешня. Проезжаем один из самых старых городов в мире - Хамадан. Здесь живут потомки персов, азербайджанцы и луры. Могила великого целителя Авиценны находится тоже здесь. В Иране верят в то, что даже после смерти люди излучают свет и энергию. Стоит только помолиться у могилы одного из самых великих, как желания начнут исполнятся. Возле усыпальницы ученого и мыслителя всегда толпы. 

Новые места и виды поднимали настроение и отвлекали от навязчивой идеи завязать платок иначе. Хотя так хотелось приоткрыть шею и дышать поглубже. Со временем я очень хорошо подружусь с этим полезным головным убором. Особенно он хорош для тех, кто живет где-то в пустыне. Покрывать голову иранок учат с детства. Все маленькие девочки только и мечтают быть похожими на маму, поэтому носят его чуть ли не с рождения. 

Очередная остановка возле исторического места. Вдалеке виднелась каменная плита с выбитыми на ней клинописными надписями на древнеперсидском, нововавилонском и новоэламском - письма Ганджнаме, адресованные из прошлого в будущее. Оставили их после себя два персидских царя в узком живописном ущелье с водопадом - отец Дарий и сын Ксеркс. Они не только хорошо управляли своими владениями, но еще и заложили фундамент, чуть ли не в прямом смысле, древней персидской литературной традиции. Долгое время местные, позабыв древние языки, думали, что там зашифровано местоположение сокрытых сокровищ. Пришлось ждать несколько поколений для того, чтобы европейские ученые, попавшие впервые сюда в девятнадцатом веке, смогли перевести текст. Оказалось, что там всего лишь рассказ о величие древних правителей.

 Перекусили и снова в дорогу. Впереди бордовые горы, а между ними темно-серое шоссе с желтой разделительной полосой. Направляемся в Исфахан, едем в гости к другу. Иранцы называют этот город любя "половиной мира". Когда здесь писали книги и читали стихи, Колумб еще не доплыл до Америки.

Наслаждаюсь слегка суховатым, но прохладным воздухом самого красивого иранского города. Не спеша прогуливаемся по вечерним улицам вместе с другом. Высокий молодой парень учился вместе с мужем в Киеве. Вместе они пережили много историй. А после нашей совместной поездки в Тбилиси, много теплых общих воспоминаний осталось и у меня. Рядом проносятся машины, загрязняя из без того нечистый воздух. Незаметно подошли к старинному мосту Хаджу. Сквозь подсвеченные арки доносилась тихая музыка и смех. Здесь любимое место молодых художников, музыкантов и всех романтиков.

Когда-то шах Абасс II приказал построить необычный пешеходный мост с галереями, где он смог бы спокойно пить вино и писать стихи. Тогда река Зайенде неслась через город бурным потоком. Архитектор постарался и воплотил все свои накопленные знания и желания шаха в реальность. Сейчас вместо воды было лишь песчаное дно покрытое трещинами. Реку перекрыли специально, чтобы напоить соседний район. С одного и другого конца моста виднелись его два охранника  - скульптуры львов.

Сверху на одном из них весело протирал штаны маленький хулиган. Друг не упустил случая и с возмущением уточнил:

- Мама этого ребенка знает, что льву пятьсот лет? 

Он обратил внимание на другую кошку на противоположном конце и попросил присмотреться. Меняя положение, ищу взглядом льва. Вдруг глаза напротив сверкнули. Удивительно, может это просто сила мысли? Но нет, как оказалось позже, сила знаний архитектора.

На цыпочках, чтобы не разбудить родителей друга, пробираемся к нему в комнату. Согласно семейным традициям в Иране, если дети еще не женились или не вышли замуж, живут в отцовском доме. Попивая припрятанное вино, вспоминаем наше путешествие в Грузию. Практически со всеми друзьями, с которыми меня знакомил муж, сразу находила общий язык и чувствовала родную душу. У иранцев она широка. Под эйфорию нахлынувших эмоций, наш исфаханец вытащил сантур и начал играть. Его любовь к народной музыке явно продлевала жизнь инструменту.

Приятель рассказал историю о том, как впервые летел в Киев поступать. Игра на сантуре помогла переждать долгие проверки пограничного контроля в аэропорту Борисполь. Первые восемь часов в Украине он видел только заснеженные поля, улетающих и прилетающих пассажиров и струны народного музыкального инструмента. С ним еще человек сем таких же студентов - ждущих, когда отдадут документы.  

Исфаханское утро было перенасыщено солнцем. За круглым столом сидел папа друга и пил кофе. Без единой седины, худощавый, с живым острым взглядом в глазах.  Когда-то он учился в Лондоне, сейчас управляет своим заводом. 

"Вам нравится в Исфахане?" - уточнил отец на английском, подавая руку для пожатия. Пришлось делиться вчерашними впечатлениями. Он слегка улыбнулся и ответил, что этот город полон чудес. Иранская архитектура имеет шесть стилей, последний из них исфаханский считается самым искусным. Взяв листок бумаги и ручку, принялся рисовать схему моста и объяснять принцип постройки. В те времена, когда река еще текла через мост, с одной стороны вода заходила шумным потоком, а с обратной - выходила тихо и спокойно. Вот почему шах так любил там отдыхать. Секрет волшебства прост - в сам мост встроена деревянная дамба. Светящиеся глаза львов оказались также всего лишь игрой ломаных лучей падающего света. Теперь всё стало ясно. Всё-таки наука это свет в будущее. 

Главная площадь Имама была пуста. Не то, чтобы нам так сильно повезло - просто утром иранцы очень любят поспать. На ногах были только извозчики карет со своими лошадями. Они пили чай, болтали и ждали первых клиентов. И ими оказались мы. Захотелось прокатиться с колокольчиками по самой большой площади в мире. Мужчина в защитной белой маске быстро запрыгнул на свое рабочее место и прикрикнул двум рябым кобылам. Его лицо показалось знакомым - точно видела в какой-то передаче о путешествиях. Всю дорогу нашей прогулки думала о нелёгком труде мужчины. Внимание отвлекла иранка, которая позировала парню возле главных ворот для игры в поло. Две огромные скульптуры по бокам очень напоминали мужской фалес. Яркий платок, силиконовые розовые губы и лакированная обувь заставляли задуматься о том, как всё-таки Запад влияет на Восток. А когда-то все было совершено наоборот. В кахвехуне собирались не только, чтобы выпить кофе, а ещё и послушать стихи, которые часто записывали прямо на стене. Каждый европейский путешественник мечтал увидеть сказочную Персию.



maksinota

Отредактировано: 18.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться