Властелин Пустоты

Эпизод 2 Глава 10

Мир вокруг стремительно темнел, теряя четкость очертаний, будто в воздух поднялась плотная пыль. Солнце померкло, ветер на высоте ста косых саженей на мгновение стих, словно запутавшись в тонких и крепких сетях, а потом ударил с удвоенной силой.

Смерч недовольно рыкнул и снизился, пытаясь уйти от урагана.

«Мне не справиться со стихией, - в сознании Марики раздались глухие слова дракона. – Мне нужен отдых».

«Что ты предлагаешь?» – мысленно отозвалась воительница, нервно озираясь по сторонам. В отличие от Смерча она ничего не могла различить дальше вытянутой руки.

«Здесь недалеко есть пещеры, - ответил Смерч. – Там и переждем непогоду».

Конечно, Лиассину такая перспектива вряд ли понравится, но…

«Хорошо, - легко согласилась Марика. Она привыкла во всем доверять своему дракону. – Делай, как считаешь нужным».

Смерч резко пошел на снижение.

- Ну и что это значит? – иронично произнес чародей за спиной всадницы. – До Карк-Дарота еще достаточно далеко. Или ошибаюсь?

- Именно поэтому мы остановимся здесь, - отрезала Марика. Ей не нравилось отчитываться за свои действия. – Смерч устал. Ему нужен отдых, - отчеканила она и чуть тише добавила: - Как и нам…

Лиассин промолчал. Всадница облегченно вздохнула. Сейчас она была рада, что сидит к нему спиной и не видит недовольной физиономии черного мага.

Дракон опустился возле высокого утеса. Вся отлогая стена была покрыта мелкими норами и просторными пещерами. Смерч терпеливо ждал, когда его хозяйка и чародей спустятся со спины. Только потом он устроился возле прохода и, прячась от непогоды, накрыл свою голову громадными крыльями.

Очутившись в темной пещере, Марика тут же споткнулась о выпирающий камень и непременно упала бы, не подхвати ее надежная рука Лиассина.

Навершие посоха вспыхнуло, заливая желтым мертвенным светом окружающее пространство. Марика взглянула на чародея и заметила на его лице легкую улыбку.

- Совсем забыл, что в темноте ты ничего не видишь, - иронично произнес черный маг.

Он выпустил ее руку и легким мановением посоха разжег в центре пещеры магический костер. Сам же удобно устроился возле пламени и достал из-за пазухи Маятник. Голубая капля на тонкой цепочке, словно слеза неведомого великана лежала на раскрытой ладони Лиассина и источала слабый слегка мерцающий свет.

Женщина подошла ближе и засмотрелась на артефакт приносящий обладателю абсолютную власть. Чародей не расставался с ним ни на минуту, постоянно носил при себе, и выкрасть Маятник у него не получалось. С самого начала она пыталась использовать Лиассина, чтобы с его помощью заполучить этот артефакт, а потом хотела избавиться от мага. Власть должна быть безграничной и единоличной. Союзники могут предать, а если их нет, то и всадить в спину нож будет некому. Но чародей оказался совсем не глуп, хоть и молод. Где-то на самом краю подсознания он знает, что не может ей доверять, в глубине души чувствует ее коварство. И чтобы заполучить реликвию Марике придется постараться развеять все сомнения Лиассина, воспользовавшись всеми женскими уловками, а там… Там будет видно.

- Что ты планируешь дальше? – Она села рядом с магом слегка коснувшись его плечом. – Продолжишь служить Медегме?

Чародей бросил на женщину косой взгляд.

- Возможно, - сухо ответил он. – Но сейчас нам надо быть в Карк-Дароте.

- Хочешь встать во главе армии?

- Сомневаешься? – с вызовом ответил чародей и спрятал Маятник за пазуху.

- Напротив. – Голос Марики стал тихим и низким. Всадница не отводила взгляда от серых глаз волшебника. – Думаю, только ты и сможешь…

На лице Лиассина появилась самодовольная улыбка и Марика поняла, что выбрала верную стратегию.

«Честолюбивый глупец», - подумала она и нежно провела ладонью по его лицу.

Во взгляде чародея отчетливо читалось изумление, он что-то хотел сказать, но женщина не дала произнести слов, накрыв его рот своими губами.

Марика планировала лишь легкий поцелуй, но маг притянул ее к себе, крепко сжав в объятиях. Мысли в голове всадницы перемешались, потеряли четкость, истаяли. Тело отзывалось дрожью на каждое прикосновение. Хоть как-то оправдать такую реакцию она могла лишь тем, что у нее давно не было мужчины. Наконец отбросив все противоречия, женщина отдалась накрывшей ее страсти.

***

За окном шел крупный снег, мороз не скупясь, разукрасил все стекла причудливыми узорами, в которых детское воображение без труда угадывало образы невиданных зверей, хрустальных замков и очертания далеких звезд.

Соседские мальчишки, разделившись на две группы, с упоением играли в снежки, прячась за высокими ледяными баррикадами. Лиассин наблюдал за местной детворой сквозь небольшие промежутки стекла еще нетронутые дыханием инея. Однако же, присоединиться к веселой забаве сверстников желания не было. Каждый раз эти мальчишки пытались его избить, а буквально вчера им это все-таки удалось, когда он возвращался домой из хлебной лавки. Первым делом они вырвали из его рук сумку и вытряхнули все ее содержимое на мокрый снег, безнадежно испортив посыпавшиеся из нее булки. Лиассин вернулся домой с разбитой губой и припухшим носом и тут же получил розгами от собственной бабки за то, что посмел вернуться без хлеба. Убеждения в том, что он не виноват, не подействовали – она и слушать не стала. Так и проходило детство Вартери: с самого рождения лишенный материнской ласки он совсем не имел друзей, а родную бабку ненавидел и боялся пуще огня.

За окном послышался мерный цокот и громкий лошадиный храп. Лиассин разглядел очертания вороного коня и сидящего на нем одетого во все черное всадника. Лицо незнакомца скрывал широкий капюшон. Раздался хриплый голос, но различить слов Вартери не смог.



Анна Рейнер

Отредактировано: 06.08.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться