Вязь времен-1. Игра воображения

Размер шрифта: - +

5. Под крышей дома своего

Мы управились даже быстрее - через четверть часа, внимательно оглядевшись, Генрих объявил, что мы на месте.

-Не ждут ли нас и здесь неприятности? - задумчиво осматриваясь, проговорил Шметтерлинг.

-Именно здесь - нет, не ждут, - со странной усмешкой успокоил его Генрих.

-Откуда вы знаете? Чьи это вообще земли? - встряла я, поеживаясь. Места, надо сказать, были в высшей степени бесприютные.

В полутьме летнего вечера слабо угадывались контуры полуразрушенной крепостной стены, заросшей невысокой, но весьма бурной растительностью. За аркой ворот начиналась широкая аллея, и если приглядеться, на другом ее конце можно было обнаружить мрачное темное строение…

Тут мой наемник в очередной раз меня удивил.

-Эти земли мои, - даже как-то виновато сознался он, почесав переносицу.

-Ва-аши?.. - глаза романтического поэта ощутимо полезли на лоб вместе с треуголкой. Ну, еще бы, трудно было себе представить что-либо более романтичное, чем местность, в которой мы очутились. Она так и просилась в какую-нибудь мрачную балладу в средневековом духе. Однако было абсолютно ясно, что Генрих чувствовал себя уютно в этой странной обстановке.

-Ну что вытаращился, малый? - неприязненно обратился он к Шметтерлингу, - Помоги госпоже спешиться, и прогуляйся вон до той сторожки. Если там живут еще старики, скажи, что приехал барон.

-А если они спросят, где он? - поэт продолжал обалдело хлопать глазами и явно до сих пор ничего не понимал.

-Во-первых, они ничего не спросят, а во-вторых, ты просто проводишь их сюда, - тон Генриха стал усиленно вкрадчивым, что свидетельствовало о крайней степени раздражения.

Все то время, пока мои спутники столь продуктивно пререкались, я мысленно ругательски себя ругала. Опозорилась я капитально, просто дальше некуда. Это же надо было сочинить такую складную биографию, не заметив множества деталей, указующих прямехонько в противоположную сторону. Теперь-то я перебирала их со знанием дела, попутно сгорая со стыда. Конечно, манеры, знание обстановки при дворе герцога, недоумение мажордома, фрау Лизелотта, теперь вот еще замок, земли, и прочая, и прочая, и прочая...

-Госпожа, нам придется подождать всего несколько минут, - прервал мое самобичевание Генрих, - Я наконец-то объяснил этому идиоту, что от него требуется, и весьма надеюсь, что Якоб соображает получше, хоть и старше раза в три.

-Кто есть Якоб? - от расстройства я даже выразилась по-немецки не совсем правильно.

-Здешний привратник...- Генрих откликнулся немедленно, а моей оговорки вежливо не заметил.

Мне оставалось только понимающе кивнуть. Никогда бы не подумала, что в таких местах водятся привратники...Впрочем, как и любая другая живая душа. Однако очень скоро послышались шаги, и к нам подошел высокий старик в сопровождении все такого же удивленного Шметтерлинга. Честное слово, если бы мне не сказали, что это привратник, я бы приняла его за хозяина замка - столько неподдельного величия было в его походке и осанке. Старик оглядел нашу разношерстную компанию, и не теряя достоинства, склонился перед Генрихом:

-Добро пожаловать домой, господин барон. Мы с Ильзой уж и не думали дожить до вашего возвращения, - тут в его голосе зазвучали слезливые нотки, и только в этот момент я поняла, что он очень стар - гораздо старше, чем показался вначале.

-Ладно, ладно, старик, ты крепче, чем думаешь, - улыбнулся Генрих, хлопнув привратника по плечу. Похоже, сцена приветствия пробудила в нем какие-то ностальгические чувства.

- Прошу вас, господа, быть моими гостями, - обратился он в следующее мгновение к нам. Правда, смотрел в этот момент на меня и, похоже, именно меня просил быть своей гостьей в первую очередь. Его глаза светились в темноте, как у кошки, каким-то лунным светом... Я очень ясно сознавала, что он мне нравится, но в первый раз подумала, что он может быть иногда недосягаемо красивым... И смотреть на женщину так, как будто она уже принадлежит ему. Отгоняя наваждение, я светски улыбнулась:

-Представьте же нас, друг мой.

-В самом деле, это упущение с вашей стороны, - осторожно поддел Генриха пиит, по-прежнему опасавшийся выступать в открытую.

-Ты прав, парень, - отозвался Генрих, стряхивая оцепенение и нехотя отводя от меня взгляд, - Якоб, мой бывший учитель, теперь хранитель останков моего наследства. Позволь, старик, представить тебе нашу гостью из России, графиню Корсакову.

Представить остальных он даже не попытался - и откуда только взялось "сословное самосознание"? От Якоба я получила очень почтительный, но все же не такой низкий поклон (оно и понятно, хозяин - прежде всего). Затем старик пригласил нас пройти в замок.

Мы торжественно прошествовали по аллее и остановились перед крыльцом. По-моему, Якоб просто давал нам время осмотреться, словно заправский экскурсовод.

Мои спутники в полном составе принялись бдительно озираться по сторонам, стараясь рассмотреть в вечернем полумраке возможные опасности. Я же, будто завороженная старинным строением, смотрела только на грубую каменную кладку его стен. Мне внезапно показалось, что дом - живое и весьма одинокое существо…Именно так, тоской и одиночеством веяло от темных окон и поросшего мхом крыльца, на которое так давно не ступала нога хозяина. Я потрясла головой, одновременно отругав себя за сентиментальность. Можно подумать, передо мной и вправду не старый замок, а брошенная хозяином собака…



Katarina Kravcova

Отредактировано: 15.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться