Хроники Або

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 47. Астра и ночные бдения

Астра очнулась и, аккуратно пошевелив руками и ногами, убедилась, что ничего не сломано. Это внезапное пробуждение, пожалуй, было даже лучше многих других, например, после того как она разрушила маяк, и уж точно лучше пробуждения после похорон Ириса.

Пролежав в постели, несколько минут, до нее дошло, что она в темной больничной палате. Мысли текли медленно и вязко как густой кисель. Она спустила ноги с кровати, нашла домашние туфли. На прикроватной тумбе стояла кристальная лампа.

Не снимая колпака, Астра подошла к зашторенному окну чуть отодвинула бархатную алую занавесь. В небе низко весел полумесяц. Поправляя волосы, Астра обнаружила на голове бинты и вспомнила, как пропустила волну. Эта атака была похожа на удар жердью в висок. И упасть Астра умудрилась на камни головой. Дальше все поплыло, после первого же падения, способность концентрироваться совсем оставила ее. После произошло нечто-то странное. Уши заполнила безумная какофония звуков, а потом наступила блаженная тишина, будто утро в деревне, и она уснула, сладко как в детстве. Астра готова была спорить, что пролежала без сознания всего несколько минут, но на дворе если не ночь, то поздний вечер.

Оперившись на подоконник, она вгляделась в ночь, в снежные вершины, горы Рогервик, в окна соседнего крыла замка. Этот вид до того вдруг умилил ее, что Астра замерла и долго, чувствуя слезы в горле, вслушивалась в колыбели Дрем, их приносил ветер с соседнего балкона. Колыбели отнесли ее в еще более раннее детство, когда она оставалась у Розы, в зимние красные закаты, в голубые рассветы и серые зыбкие ночи.

«Не выронив слезинки век не свековать». — Всплыла в голове присказка Николая, и Астра отвлеклась от старых воспоминаний.

Белые розы в хрустальной вазе — первое, что она увидела, когда сняла с кристалла колпак. Ощупывая бинты на голове, прислушалась. В Лазарете тихо. Наверняка их оставила тетя Роза, значит, семейство Эклундов уже успело посетить Рогервик. Накинув на больничную рубаху свой расшитый золотом синий халат, оставленный на вешалке у кровати, Астра подошла к розам надеясь увидеть письмо, но в цветах не оказалось даже записки.

Оглядевшись, она узнала место, где ее положили: в единственной отдельной палате, обычно все лежали в общем зале Лазарета. Палата в сравнении с общим залом казалась совсем крохотной, на четыре кровати.

Оказавшись здесь, она не слишком удивилась, скорее всего, Круг добился для нее особенных условий, к тому же вместо четырех в палате было всего две кровати, и Астра была в полном убеждении, что вторая койка пуста.

Не смотря на то, что письма от Розы не оказалось, Астра села и погладила бархатные прохладные лепестки, испытывая радость и огромное облегчение. Дуэль, которой Астра так долго боялось, случилась и оказалась совсем не страшной.

«Вот интересно, чем занимаются сейчас Ларс с Николаем? Наверное, скоро зайдет Олаф, он все время крутится в Лазарете. — Она слегка улыбнулась. — Надеюсь, теперь Янков перестанет ругаться с Артуром… — и, потирая бинты на лбу, вспомнила о сестре. — Надеюсь, Нора смогла успокоить родителей…»

За ширмой кто-то пошевелился. Астра медленно, стараясь не шуметь и не привлекать внимания, отодвинула занавеску, скрывающую вторую кровать и ее владельца.

Было слишком темно и, чтобы разглядеть, кто там, ей пришлось поднести кристалл ближе к кровати. На боку лежал человек, укрытый наполовину. Широкая больничная рубашка задралась к лопаткам, обнажая страшные шрамы на спине, будто из его кожи по живому вязали ремни. Астра машинально отвернулась. Прихватило дыхание, стоило ей представить, какой вид имела спина, пока раны были свежими. Потребовалось время на осознание, ее сосед, никто иной, как Нильс Оберг.

Овладев собой, она подошла и осторожно тронула его плече, но Нильс не просыпался. Одновременно с этим послышался голос сзади:

— А, проснула-а-ась. — В палату заглянул Белояр. Его тон не понравился Астре. — Велина, пора. А ты, пойдем со мной.

Астра вышла за господином доктором, встретив у процедурной Велину с корзинкой, наполненной склянками. Медсестра сочувственно и с доброй улыбкой, провела Астре по руке, и ушла в палату, позвякивая стеклом.

В процедурной Белояр усадил Астру на крутящийся пуфик, а сам задержался у шкафа с пузырьками из темного стекла.

— Который час? — спросила она.

— 9:40. — Доктор был неприветливее обычного. Это Астру насторожило.

— Господин Корт, расскажите, что произошло? Почему я в одной палате с Обергом?

— Будешь тут правила устанавливать? — неожиданно взорвался Белояр. — Ты в той палате, в которую я тебя определил, и тут все происходит, так как я определяю. Знаешь почему, девочка? Потому что это мой Лазарет!

— Я не это имела в виду… — На минуту Астра потерялась, доктор уже протягивал капли в крошечной рюмке, не давая ей опомниться. Она выпила горькую жижу. От капель сердце затрепетало, как пташка в крошечной клетке и добавила. — Господин Корт, если Вы здесь все определяете, то потрудитесь дать разъяснение, почему я, молодая и не замужняя девушка, должна жить в одной комнате с посторонним мужчиной и притом не самых порядочных нравов?

Белояр считал секунды по карманным часам, потом приложил пальцы к запястью Астры, отвечая:

— Тут тебе не Адреанопль… Никто не собирается обхаживать тебя и нечего выделываться! Я поступаю соответственно указаниям Нистрома. — Белояр задумался. — Пульс хороший, но есть что подлатать. Когда я говорил тебе беречь сердце, это значило, что его нужно было беречь, а не влезать в бессмысленные дуэли.



Нао Хольм

Отредактировано: 12.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться