Закончен школьный роман...

Размер шрифта: - +

Часть первая. Главы 8-10

Часть первая

8

– Ты должна быть ослепительна, неотразима, великолепна!

Естественно, все, что принадлежало Денису, обязано сверкать и поражать воображение.

– А может, лучше купишь себе бриллиантовую булавку для галстука!

Денис мгновение приходил в себя, сраженный наглыми интонациями, а потом не очень-то вежливо посоветовал:

– Расслабься, Ника! Возможно, у тебя что-то стряслось...

Ника вовсе не относилась к разряду ярых противников вечеринок, шумных, многолюдных, бестолковых. Иногда она и сама была не прочь оказаться среди пестрой, слегка пьяной от веселья и свободы толпы. Ника тоже заражалась всеобщим приподнятым настроением и чувствовала себя беззаботно и раскованно. И предложение Дениса не воспринялось бы ею так враждебно, если бы не последующие инструкции и оценивающий, наполненный гордостью взгляд.

Наблюдая за обиженно надувшейся Никой, Денис перестал сердиться и примирительно произнес:

– Ну, извини, если я что-то не так сказал. Ты всегда неотразима. Каюсь. Тебе не надо об этом дополнительно напоминать, – его речь, действительно, стала похожа на льстивое, тайно-расчетливое мурлыканье. – Так ты пойдешь со мной?

Ника согласилась, хотя теперь уже без особой симпатии думала о предстоящей вечеринке, и сразу всплыли в голове все ее отрицательные стороны: у Дениса непременно найдется парочка-троечка друзей, которые будут рассматривать Нику сальными, противными глазами, а в подходящий момент начнут нести гнусные пошлости и пробовать распускать руки. Лучше бы там не появилось никого знакомого. Да разве такое возможно? И Ника на всякий случай предложила:

– А нельзя ли эту вечеринку переделать на двух человек?

Но, пожалуй, она зря настраивала себя так пессимистично. Полумрак, невыносимо громкая музыка, множество совершенно неизвестных людей, весьма довольных происходящим, да и всей остальной своей жизнью, и поэтому так по-особому милых и доброжелательных. Ну что еще нужно для того, чтобы почувствовать себя ошеломляюще раскованной, свободной от комплексов и занудных проблем? А говорят, трудно попасть в другое измерение! Да вот же, пожалуйста! Здесь все не как в обычной жизни. И свет другой, и люди другие, и звук другой. Его ни слышишь, как всегда, а ощущаешь, он такой весомый, материальный, что иногда хочется раздвинуть его руками.

Ника танцевала, смеялась, целовалась с Денисом, мило улыбалась его приятелям. В противоположность музыке, они, наоборот, стали сейчас нереальны, неосязаемы, словно тени. Вроде и видишь их, а потрогать не можешь, пальцы ощутят пустоту. Лишь немногие представали из плоти и крови, те, с которыми приятно поболтать о пустяках, похихикать над остроумными шутками и даже потанцевать. Особенно один был хорош, хитро поглядывающий на Нику глубокими, спрятанными в тени длинных ресниц, темными глазами.

Как замечательно, что он всегда оказывался поблизости! И когда к Нике подошел грузный и весьма противный парень, тоже один из знакомых Дениса (она не раз за вечер ловила на себе его напряженный взгляд), и вздумал пригласить ее на танец, а сам Денис так не вовремя куда-то запропастился, Ника имела возможность, потянув за руку темноглазого милашку, торопливо и облегченно воскликнуть: «А меня уже пригласили!» И они славно потанцевали, дурачась и выделываясь, а наконец-то объявившийся Денис долго о чем-то разговаривал с тем самым толстяком, от которого так поспешно удрала Ника.

Ника никогда бы и не вспомнила о столь незначительном происшествии – стоило ли обращать на него особое внимание? Тем более, что этот парень не стал для нее такой уж неприятной новинкой, пару раз она видела его и раньше. Но несколько дней спустя позвонил Денис и слабым, несчастным голосом сообщил, что заболел, очень соскучился и безмерно страдает и, конечно же, безвременно уйдет из жизни, если Ника срочно не примчится к нему и не окажет первую помощь.

И Ника помчалась.

Денис открыл дверь. Вид он имел не очень-то болезненный. Ника шагнула через порог.

– Ты все придумал! – с укором воскликнула она. – Ничем ты не болеешь!

– Болею, болею! – поспешно заверил Денис. – Даже температура с утра была.

Он взял Никину ладонь и приложил ее к своему лбу. Ника, немного замерзшей на улице рукой, почувствовала жар, возможно, обычное тепло человеческой кожи, усиленное неестественным холодом ее пальцев.

– Но не в этом дело, – продолжал Денис, горячими руками отогревая ее озябшие ладони. – Я, действительно, очень-очень соскучился. А может, и вправду умер бы, если бы не увидел тебя.

Ника улыбалась. Что бы там ни говорила Лада насчет ласкового, но коварного мурлыканья, но Ника с удовольствием готова бесконечно слушать тихие, жаркие, нежные слова, легким дыханием чувствуя их на своем лице, на своих губах.

И вдруг в сладкую, манящую песнь ворвался посторонний звук, уничтожив обычное очарование. Ника недовольно и встревожено повернула голову.

В дверном проеме, молча, стоял тот самый неприятный тип и смотрел странным, пугающим взглядом.

Ника смутилась и рассердилась, отстранила руки Дениса, слишком откровенные движения которых не предназначались для чужих глаз. Но Денис упрямо привлек ее к себе и шепнул в самое ухо:

– Он уйдет сейчас.

Он, действительно, ушел, бросив пару обычных слов на прощание, а Ника, всего один раз поцеловавшись с Денисом, тоже засобиралась, сославшись на репетицию и на свое обязательное присутствие там.

Я вечером зайду, если закончим не очень поздно. Или завтра. Завтра обязательно, – отговаривалась она.

Ника больше не могла даже целоваться, ей казалось, кто-то наблюдает за ними, пялится бессовестно и нагло, и под этим унижающим взглядом самые нежные ласки становятся неприятными и постыдными, раздражают и злят.



Эльвира Смелик (Виктория Эл)

Отредактировано: 12.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться