Сможет ли бабочка пролететь сквозь золотое кольцо?

Name: Сможет ли бабочка пролететь сквозь золотое кольцо?
Author: София Зингерман-Мориц

София Зингерман-Мориц

Содержит нецензурную брань. Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.

Ограничение: 18+

В тексте есть:рефлексия, любовь с первого взг..., путешествие и любовь

Читать

Мне нравится 14

Рейтинг:
14

28 889

Текущий рейтинг:
#60348 в Любовные романы
#1511 в Приключенческий роман

Полный текст 159 стр.

Публикация: 11.01.2026 — 11.01.2026
Конкурсы: Маршрут построен

Добавить в библиотеку

Аннотация

Аннотация к книге "Сможет ли бабочка пролететь сквозь золотое кольцо?"

2002 год. Ледяная Москва.

Полла Амаева, блестящая и своевольная скрипачка, сбежала из лондонской золотой клетки, чтобы покорить мэтра Гольденберга. Она верит, что ее талант взломает любые двери. Но Россия встречает ее не аплодисментами, а колючим ветром Шереметьево, ненавистью в глазах таксиста и пониманием: здесь ее лицо и происхождение — опасный ярлык.

Руслан Орлов, бывший вышибала с армейским прошлым и грузом потери брата, выброшен жизнью на обочину. Ему нужны деньги на лекарства матери, и он ненавидит все, что напоминает о войне, которая его сломала. Его новый работодатель — та самая «чужая», чей народ он винит в своем горе.

Их насильно сводит обстоятельства. Она — избалованная аристократка искусства, видевшая зиму на рождественских открытках. Он — грубый уличный боец, знающий, что такое выживать. Им предстоит опасное турне по заснеженным городам России, где путь на концертную сцену лежит через придорожные кафе с бандитами, провинциальную пошлость, материнское горе и звонкую тишину равнодушия мэтра.

Это история о двух изгоях, запертых в салоне дорогой иномарки. Об упрямстве, которое сильнее страха. О музыке, которая должна пробиться сквозь стену предубеждений. И о том, как в ледяном аду русской зимы можно отогреться только чужой, такой же одинокой душой.