А ведь Полина могла бы подписать тот отказ, выйти на свободу, а потом бороться за сына. Но она знает, что Глеб не поверит в её добровольное согласие, что отказ принесет ему мучения. И выбирает мучиться сама, лишь бы сын не усомнился в её любви. Мне кажется именно таких женщин называют святыми.
А ведь Полина могла бы подписать тот отказ, выйти на свободу, а потом бороться за сына. Но она знает, что Глеб не поверит в её добровольное согласие, что отказ принесет ему мучения. И выбирает мучиться сама, лишь бы сын не усомнился в её любви. Мне кажется именно таких женщин называют святыми.
