150 миллионов лет от земли

18

Девушка бросилась к сержанту на руки. Вся в песке, причёска на голове превратилась в сноп, бедняжка даже не могла плакать, дрожала, как замёрзший котёнок. Ей повезло совершенно случайно, но она всё видела в упор и это ужасно. Возможно, она никогда не сумеет переварить вопиющие кадры. Однако она выжила и сейчас для неё ничего не может быть главнее.

- Сиди здесь! Сиди здесь, поняла?! Я только сбегаю, посмотрю, что с доктором. Может, ему нужна помощь! Потом я вернусь к тебе, обещаю! Ты поняла?! Поняла меня?! – кричал сержант девушке. Она часто кивала, крупно дрожала и отрывисто дышала, постоянно всхлипывая.

Сержант осторожно подбегал к ящеру, по пути перезаряжая пистолет. Последний магазин, но надо быть готовым к моменту, если ящер вдруг вскочит на ноги.

Не вскочил. Ящер был предельно мёртв.

Даже мёртвым он был страшен. Он лежал поперёк коридора, огромен, как скальная глыба, занял весь проём, голову запрокинул к спине, к сержанту были повёрнуты длинные задние ноги с растопыренными птичьими пальцами. Чешуя идеально чистая, даже отверстий от выстрелов не было видно на нём.

Доктор лежал ничком. Рубаха на его спине раскраснелась и несла чёткие отпечатки зубов, возможно из груди кровь сразу впитывалась в песок, оба ботинка отсутствовали, под действием центростремительных сил штаны у доктора слетели до колен и сержант воротил глаза от большого голого старческого зада. Старик обделался уже мёртвым, возможно ещё во время швыряния. Если у старого человека на улице вдруг спадают штаны, то у прохожих эта сцена несомненно вызовет неловкую усмешку, но когда это случается при таких обстоятельствах, то подобный курьёз просто не хочется замечать. Одна нога в колене у доктора была слегка согнута в неестественную сторону. Скорее всего, это была не единственная сломанная кость.

Рядом огромная зубастая голова хищника. Глаз открыт, но его на половину прикрыла мутная плёнка, какая имеется у птиц. Близость этой головы пугало, её смерть не казалось реальной. Затаившейся угрозой в притворной смерти казалась она.

Сержант нагнулся над телом. Доктор не дышал. Возможно, он умер сразу. Выплеск адреналина спадал, и начинало приходить уничтожающее похмелье, а с ней и реальность, как головная боль. «Проснуться бы», - требовал обескураженный разум. Но это случилось, сколько не пытайся пробудиться, это случилось.

Водитель с парнем тоже уже возвратились. Они стояли по другую сторону ящера на безопасном расстоянии и наблюдали за сержантом.

Сержант не винил их. Не имея оружия, на их месте, он и сам бежал бы сломя голову, пока ящер не перерезал всех, одного за другим.

Сержант глянул на них и покачал головой, то есть, уже ничего нельзя сделать.

- Хороший был человек, - водитель.  – Похоронить бы его треба.

- Ты чё, спятил! – крикнул парень. – Надо убираться от сюда!

Но водитель игнорировал его, он обращался к сержанту.

- Юра, не по-христиански це, похоронить треба.

На этот раз, когда время для храбрости уже прошло, храбрость вдруг заговорила в парне.

- Ты чё, дебил, не понял, - заорал он, - ноги надо от сюда делать, как можно скорее!

Точнее это был апогей трусости, но настолько наглой, что переходила в наступление на ближайшее окружение. У парня паника, настоящая отчаянная паника, но водитель и так уже был переполнен презрением на парня, и последнего наезда стало достаточно, чтобы лить через край. На сегодня этому бывалому мужику выпало пережить много эмоций и на их выражение уже не оставалось сил. Без всякой прелюдии, водила размахнулся и врезал-таки парню по зубам.

Парень шлёпнулся задом на песок. Сержант ожидал, что студент испугается, и забьётся в угол, как мышь, но ошибся. На удивление, парень ловко вскочил на ноги, подлетел к хохлу и лихорадочно схватил его за грудки. При этом его прорвало на такую плеяду ругательств, что за их количеством и оглушительным темпом нельзя было внятно понять ни одного вменяемого слова. Кулачного боя не вышло, это у водилы кулак – бейсбольная бита, а у парня пальцы слишком тонкие, не познавшие на своей жизни, что такое молоток и гвоздь и уж совсем не приспособленные под ударный инструмент. Зато парень был на целую голову выше водилы и возможно, голова была единственный орган, который он в своей жизни активно использовал. Этой головой, а точнее, лбом парень со всего маху врезал водителю по лицу. Водитель пошатнулся, но попятиться не дал ему держащий за грудки Парень. Он продолжал орать мужику прям в глаза. Оглушённый неожиданным нападением, водитель находился в замешательстве. Наверное, высокий рост и внезапный наезд с жарким гонором были единственными приёмами защиты, которые парень по личному опыту утвердил для себя, как приемлемыми для уличной жизни. Парень набрал размах для нового боя головой, но ударить ему не получилось. Сержант перемахнул через мёртвого ящера и очутился аккурат в этот момент между парнем и мужиком. Он без труда отцепил лёгкого парня от громоздкого мужика и отшвырнул его на песок.

На второй бросок парня не хватило. Продолжая жарко ругаться, он перешагнул через хвост динозавра и торопливо зашагал по коридору к выходу. Девушка, стоявшая в полном оцепенении, даже не попыталась его останавливать, но и ей досталось всё равно. Торопясь мимо, непрестанно ругавшийся парень вдруг яростно крикнул ей: «Не трогай меня!» словно она от него что-то хотела. Перепуганная барышня только отскочила в сторону и, дрожа тростинкой, провожала его блюдцеподобными глазами.