А Баба Яга (не) против!

18

Да, приятно было оказаться дома, в уютной квартирке на третьем этаже. Приятно пить кофе на любимой кухне. Приятно сидеть на любимом диване.

- Сима, - вкрадчиво нашёптывал внутренний голос. – Сима, тебе шестьдесят пять. И тебе это надо: печь кирпичная, изба лесная с окнами незнамо куда, медведи рычащие, кот наглющий до предела. Оно тебе надо?! Вот сидишь ты в тепле, в светле, в уюте, дети, внучата…..

- А как они там без меня? Капитолина сбежала. Васька не кот в сапогах, сам кашу себе не сварит. Изба загибается уже явно не одно столетие. Владения Змеюка этот разоряет. Коровёнка в плену горынычевом мается сердешная. Потапыч без дела слоняется. Волк без твёрдой руки в разбой подастся. Патрикеевна совсем в лису-мошенницу превратится. И в лесу ж, поговаривают, порядка нет.

- Сима, шестьдесят пять тебе, жизнь кончилась. Куда тебе…

- А кот сказал, что Яга я в самой поре. До трёхсот ещё жить да жить, да добра наживать.

- Куда тебе… Не вывезешь… Загнёшься раньше времени… Какие триста! Ты что маленькая, в сказки верить… - шептал кто-то в мозгу.

- А кот? А Медведь? А Горыныч корову обещал вернуть?

- Ну что ты, как маленькая, Симочка, - не унимался мозговой нашёптыватель.

Глаза у Симы начали слипаться. Мысли начали путаться. Дрёма окутывала волю….

- Ку-ка-ре-ку! Ку-ка-ре-ку! Царствуй лёжа на боку! – проорал кто-то в самое окно на кухне.

- Ку…ка…ре…ку… - еле слышно прошептала Серафима.

- Какие кукареку? – Серафима резко подскочила, аж, где-то в середине головы заломило. – Какие ещё кукареки в центре города.

Серафима потрясла головой. Пошурудила слегка влажные после ванны волосы. Самое время феном укладывать.

- Это ж кто мне тут мозги-то дурит? Кто мне нашёптывает? – изумилась Серафима Степановна.

- Никогда я работы не боялась. Ишь, тыыыы… Дрёма подколодная. И до города добралась.

Серафима начала резво одеваться. Схватила фен, расчёску и принялась с остервенением приводить волосы в порядок. Как без причёски-то аккуратной в торговый центр заявиться.

- Да и Яга я ещё совсем молодая. За внешним видом надо следить. А то прилетит Горыныч, а я растрёпа растрёпой.

Фыркнула:

- Ишь, ты, Горыныч прилетит…

- Нечего рассиживаться, дел столько до отъезда, не переделать. Где тут у меня ежедневник новенький в столе валялся. Уже лет пять пылится в ящике, думала, не пригодится, а оно вон как выходит.

Серафима вытащила новенький ежедневник. Смахнула с него невидимую пыль для проформы. Отыскала ручку. Стержень писать не хотел. Раскрутила. Выбросила старый, вставила новый.

Открыла первую страницу и вывела почти каллиграфическим почерком: Яга Серафима Степановна. Год 202… (какой-то год). Хроники.

- Вот так и буду всё писать. И будет история Яги Нового времени. Детям и внукам в наследство оставлю. Им потом продолжать. В курсе дел во владениях должны быть. А не как я: куда ни кинь, всюду клин. Знаний о ягишной жизни никаких.

- Сначала дела и закупки!

Серафима озаглавила несколько страничек. Изба. Кот. Огород.

Подумала. Добавила: чистящие, моющие, подарки, продукты, лекарства.

Ещё одна страничка оказалась названа оригинально: интернет.

- А что? Надо подумать, какую информацию из интернета вытаскивать вечером буду. Знаниями запасусь. А то как с дороги опять съеду, и ни электричества тебе, ни бензина для машинки, ни интернета, соответственно.

Долго скрипела ручкой в ежедневнике Серафима Степановна, пытаясь упомнить всё, что понадобится. Списки составляла на совесть. Знала, никто там ей не помощник, если сейчас забудет что-нибудь.

Первые страницы ежедневника оказались быстро исписаны, добавлены и справа налево, и сверху вниз. Кружочки, схемки пошли, квадратики, восклицательные знаки и вопросы, жирно обведённые по несколько раз.

- Ну, я как на Северный полюс собралась. Полюс не полюс, а за каждой мелочью не набегаешься.

- Всё! Готово! Закупаться поеду! Сначала туда… Потом туда… И сюда заехать… И тут не забыть…

Два часа на списки улетело, Серафима и не заметила.

Сумки, пакеты прихватила. Сгодятся для чего-нибудь.

- Там в магазинах тоже пакеты дают. Да мне ж под это всё грузовик надо! Как же я с машинкой своей управлюсь?

- Не дрейфь, Сима! Всё получится! – убеждала себя Серафима Степановна, закрывая в подъезде входную дверь на три ключа.