Адепт(ка) факультета боевых искусств

5

На мгновение трудно было сделать даже вдох. У меня дрогнули руки. Слабо, но они задрожали. Кончики пальцев похолодели, когда темное заклинание стало формироваться у меня в ладонях. Плетение появилось само. Когда я поняла, что хочу создать его, заклинание уже наготове искрилось у меня в руках. Хотелось уничтожить мага, превратить его в пепел! Как он мог сравнивать меня с собой?! Он, который убивал людей, использовал запретные заклинание, создавал Восставших!

Как я могла быть такой, как он?

- Замолчи! – я подняла руку, приготовившись атаковать.

- Защиту устанавливал я. Если ты атакуешь, моя магия отразит твое заклинание. Ты не навредишь ему, - Севар находился позади меня. Он встал вплотную, так, что я чувствовала, как спокойно поднимается и опускается его грудь при каждом вдохе и выдохе. Его руки опустились мне на плечи, и дракон тихо выдохнул. – У тебя руки дрожат. Прицел будет не точным. Не волнуйся.

Движения дракона были уверенными, твердыми, решительными. В них чувствовалась сила, которой подчинялись и которую признавали. Сила, как шторм, сносила препятствия на своем пути. Безумного мага стала обвивать магия смерти. Из его носа и глаз хлынула кровь. Маг закашлялся, отступил, упал навзничь, а магия смерти продолжала разъедать его ауру, из которой золотыми солнечными нитями уходила магия, по капле уходила жизнь.

Рядом зашевелилось тело девушки. Рука, что душила ее, остановилась. Девушка замерла на полу. Ее глаза уставились куда-то вверх, а потом медленно закрылись, словно она снова уснула. Через пару мгновений тело стало гнить, чернеть, скрючиваться. Белая кожа стягивалась, открывая кости, тело осыпалось, превращаясь в черный песок и растворяясь в воздухе. Маг больше не мог поддерживать магией заклинание подчинения. И Восставшего не стало. Нежить потеряла своего хозяина и исчезла.

- Как ты? – холодно спросил Севар. Я видела, как он уже заключил темного мага в магический кокон. Мужчина бился в конвульсиях, вырывался из пут, но куда ему тягаться с наследником Огненных долин? – Если чувствуешь слабость, ты можешь уйти. Я сниму магическую завесу с комнаты и…

- А ты не ранен? – перебила я и придирчиво осмотрела с головы до ног дракона. Тот выглядел почти так же, как и до сражения. Только пара прядей темных волос опустились на лоб дракона, делая его образ не таким уж и идеальным. – Этот маг больше не человек. Тьма поглотила его. 

- Он успел повредить только щит. Не более.

- Это хорошо, - я широко улыбнулась.

Я стряхнула с плеча Севара невидимые пылинки и повернулась к схваченному магу. Тот извивался в путах и кричал раненым зверем. Маг выпучивал глаза, проклинал нас с Севаром, угрожал, обещал отомстить, уничтожить весь город. Под действием магии смерти с него медленно стала сползать личина. Сначала черные волосы сменили цвет, стали густыми, каштановыми волнами распустились на грязном полу. Фигура мага стала заметно тоньше. Одежда оказалась ему велика. Грубые с мозолью ладони преобразили, из рукавов показались тонкие запястья и длинные пальцы. И лицо… В последнюю очередь личина исчезла с лица, показывая на свет резкие, но приятные черты, бледные губы, сведенные к переносице аккуратные брови и абсолютно черные, без белка глаза.

С каждым мгновением, с каждой новой появившейся, не прикрытой личиной деталью моя улыбка гасла. В голове одновременно появилось так много мыслей, домыслов, что в висках сильно заколотило. Я прикрыла глаза, пытаясь избавиться от боли, но она ярким цветком раскрылась в моем сознании. Я сжала зубы, смотря, как в оковах мучился маг. Как он так же, как и я, страдал от боли.

- Тебя ждет такая же учесть, - невидящие глаза девушки безумно вертелись, глядя то в одну сторону, то в другую. – Личина тебя не спасет. Меня не спасла. Ты же поэтому ее надела, чтобы сбежать от него? Чтобы он не нашел тебя?

Девушка снова засмеялась. Она вздрагивала от каждого своего слова, словно тело и разум жили отдельной друг от друга жизнью. Девушка всхлипнула, заплакала, но через рыдания проскальзывал безумный смех. Страшный смех, от которого у меня дыбом встали волосы и неприятные мурашки покрыли кожу. Я передернула плечами. Этот хохот не хуже молота бил по слуху и отдавался ужасом во всем теле. Я сделала шаг к обезумевшему магу. Но крепкие руки схватили меня и не отпустили.

- Не трогай меня.

- Тьма съедает ее, - равнодушно произнес Севар. – Это опасно.

- Думаешь, он защитит тебя? Нет, он отвернется, - неожиданно черные глаза уставились на меня, и последние слова она вскрикнула, надрываясь, изо всех сил. – Нельзя верить, нельзя… Нельзя верить! Нельзя! Нельзя!..

Она заплакала. Слезы прочертили прозрачные дорожки по бледному лицу и смешивались с кровью. Тьма разъедала ее, сжигала. Ей никак нельзя было помочь. Она умирала, оставляя после себя серый пепел и эхо безумного хохота, звучащего в каждом углу темной комнаты. Я стояла и безучастно смотрела на то место, где мгновение назад лежала девушка. Я чувствовала, как тяжелеют на моих плечах ладони Севара. Как его руки обжигают через ткань. Находясь спиной, я могла представить, как между бровей у дракона появилась небольшая складка. Я ощущала, как дверь в комнату кто-то пытался выбить с помощью атакующего заклинания.

Все это я чувствовала, ощущала, видела, но… 

На удивление, пять шагов, отделявших меня от серого пепла, я проделала легко. Севар отпустил меня, снял защиту и бесстрастно смотрел, как я осторожно носком сапога сметаю то, что осталось от безумного мага. Пепел складывался в невысокие горки, а на полу отчетливо проявлялся знакомый мне с детства символ. Его я не раз видела в книгах, в храмах, во снах, не раз я рисовала его сама.

Изящная маска одновременно смеющегося и плачущего человека.

Маска, отражающая светлую и темную сторону.

Маску, которую носил Двуликий.

Двуликий.

- Ты побледнел. Что с тобой? – голос Севара, казалось, раздавался откуда-то издалека, из глубины тьмы, но я все-таки услышала и даже зачем-то ответила.