Адепт(ка) факультета боевых искусств

1

Обычно я не помнила своих снов за исключением тех, которые были навеяны. Здесь росли высокие, с мощными темными с позолотой стволами деревья, чьи кроны вонзались в небеса. В воздухе чувствовался запах хвои и смолы. Было свежо. Вокруг меня цвели агатарисы – белые нежные цветы с фиолетовыми прожилками. Пухлые бутоны медленно качались на маленьких синих стебельках без листьев, словно море волновалось от порывов ветра, и я тонула в этом белоснежно-лазурном море, который приносил с собой запах чего-то приятного, нежного, сладкого.

Если поднять голову, я точно знала, что можно было увидеть сиреневое небо, всегда чистое, без единого облачка. Здесь всегда царил покой. Если прислушаться, можно было даже услышать стук собственного сердца, ровно бившееся в груди. Все здесь казалось невесомым, нереальным, завораживающим. Все здесь казалось волшебным, сказочным. Здесь все одновременно казалось знакомым и незнакомым. Здесь была Обитель Двуликого бога.

Я сидела на коленях среди цветом. Передо мной стоял низкий столик, на котором лежала маска. Серебристая маска, по краям украшенная черными странными узорами, звезды, словно капли слез, украшали ее с одной стороны. Двуликий носил много масок, каждый раз новую, не похожую на предыдущую. Никто никогда не видел истинного лица Двуликого бога. Он никому его не показывал. Не хотел. По этому поводу появилось уже множество различных домыслов, много слухов и легенд. Кто-то говорил, что Двуликий прячет свое лицо из-за уродства, один из богов изранил его, оставляя глубокие некрасивые шрамы на коже, во времена темных войн. Другие наоборот рассказывали, что лицо Двуликого бога настолько красиво, что хватило бы только одного взгляда на него, чтобы ослепнуть. Некоторые поговаривали, что маска – это проклятье, кто-то уверял, что Двуликий дал обет, поэтому не мог снять маску. Честно, прослужив Двуликому уже столько лет, я сама не могла сказать, какой из этих слухов правдив. Бог об этом не упоминал, да и я не спрашивала, какая разница как он выглядел? Боги не отчитываются перед смертными. Однако сейчас…

Сейчас я точно понимала… Раз маска бога здесь, то сам Двуликий без нее. Его лицо полностью открыто. Не то чтобы мне совсем не было любопытно, как выглядел Двуликий, но смотреть на бога без нее категорично запрещалось. Даже если очень хотелось, поэтому я, как только оказалась в Обители, как самый преданный последователь, до сих пор сидела на коленях и упрямо смотрела на землю под ногами. 

- Ты уже пришла? – в голосе Двуликого скользнула сталь, но тон был осторожным, даже нежным, как лепестки. Цветы и сталь – удивительно.

Рядом появились белые, как снег, начищенные до блеска сапоги. Я не услышала, как он пришёл, впрочем, как и всегда. Первое время это привычка бесшумно перемещаться меня безумно пугала, особенно, когда Двуликий подкрадывался из-за спины, прям как сейчас, но к этому я уже привыкла. Я лишь склонила голову в приветствии, отчего темно-каштановый локон скользнул по руке мне на колени.

Сапоги приблизились к столику, руки в белых перчатках аккуратно взяли маску, и я вздохнула с облегчением, впрочем, зря.

- Как ты повеселилась в борделе? – спросил это удивительный голос.

​​​​​​