Адепт(ка) факультета боевых искусств

Глава восемнадцатая, в которой Севара Кеора становится слишком много

Когда я собиралась идти на занятия, проснулся Кайрос. Ушастый сладко зевнул, томно потянулся в постели, потер глаза и встретился с моим грустным завистливым взглядом. Я тоже хотела понежится в кровати, еще немножечко поспать, так как после того, как меня из мира сновидений так грубо вытолкнул один циничный бог, я не смогла уснуть, впрочем, у меня на это не было времени, потому что… Потому что в тот момент я внезапно вспомнила, что я – первокурсник факультета боевых искусств и у меня есть домашнее задание, которое вчера по понятным причинам забыла выполнить. 

Домашнее задание… Сколько боли в этом слове. Я думала, что, окончив Академию магии и стихий, смогу забыть это страшное словосочетание, но оно настигло меня бумерангом. Я всё утро из-за этого не спала! В моей душе снова проснулся страх невыполненного домашнего задания! 

Какой позор! Мрак, как я могла забыть? Когда я обучалась в Академии магии и стихий на факультет темных сил, то изучала многие темы наперед. По результатам я была лучшая на потоке. В Академии меня почти никто не видел, зато все знали. Все знали леди Миар.

Впрочем, пролистав учебники, внимательно их прочитав, я успокоилась. Многое из того, что задали, я помнила и знала. Учить приходилось основные законы, заклинания и щиты боевой магии, так как с ней мое предыдущее обучение никак не было связано. Я знала, какое заклинание будут плести темные маги, когда на Виллинских равнинах встретят, например, болотного шатуна, но что будут использовать боевые маги… Я представляла довольно смутно.

- Ты уже уходишь? – Кайрос откинул одеяло, зевнул, прикрыв рот ладонью, и весело подмигнул хмурой мне. – Я буду тебя ждать. Уже скучаю!

- Это не радует, - скривившись, буркнула я, осматривая комнату и вспоминая, все ли я взяла на занятия, но мой взгляд раз за разом натыкался на радостное лицо ушастого. – Не улыбайся так счастливо. Будь добр, позлорадствуй надо мной, когда я выйду из комнаты. Настроение портишь своей радостной эльфийской рожей.

- Я принц троллей! – обиженно поправил меня Кайрос. – Я тебе об этом уже говорил.

- Хорошо, - я пожала плечами. – Эльфийский тролль, кто ж спорит?

В меня неожиданно полетела подушка. Снаряд был перехвачен и с помощью магии отправлен обратно с двойной силой, прямо в лицо одного ушастого. Кайрос увернуться не успел и, став жертвой подушки, был повален на кровать, на которую я посмотрела с особой тоской.

- Кто бы мог и мне дать на денёк другой отгул? – я вопросительно уставилась в потолок. - Когда у нас уже будут выходные дни? Я так устал.

- Хм? Это только начало семестра, недели даже не прошло, - искренне удивился ушастый. – На втором курсе будет еще сложнее. Ты уже ноешь?

Я возмущенно фыркнула и с негодованием уставилась на Кайроса. Посмотрела бы я на него, если бы ему во второй раз пришлось учиться в Академии, которую он уже как бы окончил. Удовольствие так себе. Впрочем, Кайроса же здесь на второй год оставили, ему приходится повторять всё изученное заново. Неудивительно, что он так спокоен, пропуская занятия.

- До второго курса еще дожить надо.

- Думаешь, не дотянешь? – Кайрос резко сел на кровати и серьезно сказал. – Я заметил, что ты плохо, нет… Скорее ограниченно и не очень ловко используешь боевые заклинания. Для мага это может обернуться весьма плачевно. Хотя мечом ты орудуешь великолепно, магическая практика точно бы не помешала. Если ты согласишься, мы бы могли проводить вместе дополнительные занятия и...

- Нет, - не раздумывая, отказала я. – Никаких дополнительных занятия. Особенно с тобой.

- Если ты не научишься использовать боевые заклинания, трудно будет сдать все зачеты в конце года. Тебя могут не взять на второй курс, хотя… - Кайрос задумался, придирчиво меня осмотрел и кивнул своим мыслям. – Хотя если не хочешь, не надо. Я могу договориться с директором. Тебя легко зачислят в следующем году.

- Сдался мне этот второй курс.

Всё равно я надолго не планирую оставаться в Академии магии и стихий.

Я подошла к столу, из ящика достала нужные бумаги и снова оглядела комнату. На этот раз вроде ничего не было забыто, все вещи аккуратно сложены и взяты.

- Послушай, раз ты всё равно не торопишься на занятия, поможешь тогда расчесать мне волосы. Я руку не могу поднять. Больно. - Кайрос тоже подошёл к столу и протянул мне расческу. Синие глаза ушастого завораживающе мерцали на свету. Складывалось такое впечатление, что если я ему здесь и сейчас откажу, эти бездонные сапфировые глаза наполнятся слезами. Эльф расплачется от обиды и несправедливости. – Пожалуйста.

- Ты уже нанес мазь? – в свою очередь заботливо осведомилась я.

- Нет.

- Блокирующих магию браслетов нет, - я посмотрела на руки ушастого. – Значит, свободно пользоваться магией можешь?

- Да, - с опаской ответил Кайрос. – К чему ты клонишь?

- Нанеси мазь, чтобы рана быстрее затянулась. Природа тебе дала дар, ну, так используй его: сделай себе прическу сам с помощью магии. В чем проблема? Тебе же сто девяносто восемь лет, веди себя соответствующе. Не маленький ребенок уже. А мне надо идти на занятия. Если опоздаю, опять накажут. Я не собираюсь снова отдуваться: мне вдоволь столовой хватило.

Последнее предложение я договаривала, выходя из комнаты, оставляя ушастому любоваться моей спиной. Кайрос ничего не успел сказать, я ему не дала такой возможности, дверь уже была захлопнута с другой стороны. Выдохнув и обрадовавшись, что ушастый не стал меня преследовать, я оглядела коридор, в котором помимо меня оказался еще и Севар. 

- Давно не виделись, - улыбнувшись, я помахала дракону рукой. – Как спалось? Прости, вчера я хоть и обещал подождать, но сбежал. Ты же не злишься? 

Не ответив на мой вопрос, Севар прошел мимо меня, лишь наградив очередным равнодушным взглядом. Особо не удивившись, почти уже привыкнув к такому поведению, я лишь усмехнулась.

Я, в принципе, и не рассчитывала, что он ответит, поэтому и не обиделась. Хотя какое-то неловкое чувство всё же осталось. Я пообещала Севару угостить его медовухой, но вот вопрос: как понять, принял ли мои извинения дракон или обиделся, если он ничего не говорит? Можно ли рассчитывать его молчание за согласие? Или так Севар выражает своё недовольство?