Академия Ады - I I. Высшая оценка

Урок 38. Стеклянный зверинец - 1

I.

С наступлением сумерек звуки, исходившие из зверинца академии, становились совсем уж инфернальными. Тонко плакал ребенок - это подманивал жертву лурийский живогрыз. Малый дракула разражался демоническим хохотом, обеспечившим этому крошке его прозвище. 

Вдохновившись, другие обитатели зверинца присоединяли голоса к адскому хору - выли, стенали и скрежетали, кто во что горазд. Неподготовленного человека эта какофония могла бы напугать до полусмерти. Поговаривали, что один сторож-новичок, оставшийся на ночную смену, вернулся с нее поседевшим... 

...Амелия так привыкла, что едва обращала внимание. 

Из питомцев ее больше всего развлекал ворон, с давних пор поселившийся под крышей постройки. Мнения расходились, обычная это птица, или еще один злобный дух Клипота, принявший форму земного животного.

Амелия склонялась то к одной, то к другой теории. Птица была говорящая, и хотя ее лексикон состоял из отрывочных слов и фраз, уж больно кстати - и зловеще - она их применяла. С другой стороны, ворон провел много лет в Академии, а тут чего только не наберешься... 

О появлении чужака Амелию предупредил грозновой, существо интеллигентное. Пронзительный свист служил у него сигналом тревоги. Другие монстры отреагировали сразу: паффбист надулся как шар, выпустив когти и три ряда зубов, по акульи острых. Малый дракула расправил кожистые крылья, мшистый хмунгус выпустил тысячу ядовитых игл. Живогрыз выразительно облизнулся...

- Это свои, - наставительно заметила Амелия. 

Весь день она смотрела на Тристана издалека, не имея возможности подойти, поцеловать... Поэтому сразу исправила упущение, под одобрительный - так казалось Амелии - гул ее питомцев. 

- Привет, - пробормотал Тристан, когда они оторвались друг от друга. - Я подумал, что могу тебе помочь. 

- Спасибо. Я тебя не запачкала? - Она запоздало сообразила, что за час возни с монстрами основательно перемазалась. А вот Тристан, как всегда, выглядел безупречно. 

- Кр-р-расавчик! - выкрикнул ворон, прыгая по балкам у потолка. И тут же уточнил: - Вор-рон - крр-расавчик! 

- Да, ты тоже красавчик, - согласилась Амелия. - Как ты умудряешься всегда оставаться таким нарядным и аккуратным? - спросила она возлюбленного. - Ведь у тебя только что закончилась практика. И ночевал ты в Академии... 

- Это вопрос привычки и дисциплины, не более того. 

- Может, меня ты тоже сумеешь вымуштровать. Хотя у тети не вышло...

Эх, если Тристан выполнит обещание и представит ее своим родственникам и друзьям, Амелии придется здорово измениться. Не хватало только, чтобы он извинялся за ее внешний вид. 

- Зачем? По-моему, ты идеальна такая, как есть. Кстати, сегодня я тоже ночую в Академии... 

- О, значит, мы можем остаться на ночь вместе, - обрадовалась Амелия. - Побудем вдвоем...

- Р-развррат! - громко каркнул ворон, и Амелия подтвердила: - Да, и это тоже. 

В пристройке к зверинцу имелась свободная комнатка, и профессор Гамма предложил ее Амелии на те дни, когда она задерживалась здесь на дежурство. Так что тетю Амелия уже предупредила, что ночевать не вернется... 

- Давай, я тебе покажу наш зверинец. Только не подходи слишком близко к вольерам.

В состав зверинца входило несколько помещений, в основном отведенных под вольеры, разделенные узкими проходами. Материальные барьеры могли удержать лишь часть питомцев зверинца, поэтому на каждом вольере сияли руны, а профессор Гамма обновлял их по утрам своей магией.

Амелия успела подружиться с большинством подопечных. Завидев ее, монстры радостно бросались к заграждениям - кто-то хотел от нее общения и ласки, кто-то хотел ею закусить. На этих последних грозно скрипела Госпожа Жаба, восседавшая у Амелии на плече. 

Были и такие монстры, что чудились ее или игнорировали. 

Амелия подвела Тристана к вольеру, в углу которого, едва различимый для человеческого взора, притаился детеныш так называемого *катровильского привидения. 

- Я каждый раз пугаюсь, не убежал ли он, - призналась Амелия. 

Эти бледные, аморфные создания, походили то на лоскуты тумана, то на сгустки желе. Они любили тишину, простор, сквозняки и сырость, а потому селились обычно в замках и старых особняках, создавая тем дурную славу. Блуждали по пустым коридорам, юркали по чердакам, пугая хозяев стонами и страдальческими вздохами. 

- У нас дома их водится целая куча, - сказал Тристан. - Мы пытались их вывести, но куда там! Вроде безобидные, только иногда чертят что-то на полу и уж очень нервируют слуг.

- Они сами при этом пугаются еще больше, - наставительно заметила Амелия. - Катровили боятся людей, за исключением тех, которых знают долгое время.

Теории утверждали, что катровильские привидения любят места, где творились темные дела. Миазмы вины, запах нечистой совести действовали на катровилей, как валерьяна на кошек, и, может быть, потому Амелии удалось установить с малышом контакт. 

- Сперва он всех ужасно боялся, и меня тоже. Но они все-таки любопытные создания, хотя и робкие. 

Они опустились на пол рядом с вольером, на расстеленную Амелией циновку. 
- Я так иногда сижу по часу, а то и больше. Он привык ко мне и немножко осмелел.  

Говорить приходилось шепотом, еле слышно, чтобы не напугать малыша.

- Любопытно, я никогда не видел их вблизи. Хотя иногда казалось, что они ахают прямо над ухом, - Тристан покосился назад. 

- Сделай вид, что не замечаешь его, - посоветовала Амелия. - Тогда он может подойти. 

Пока они сидели в тишине, Амелия любовалась Тристаном, как часто делала в другие, менее счастливые времена. Все еще верилось с трудом, что она имеет право не только смотреть, но провести ладонью по темным волосам, закрыть глаза поцелуем, чмокнуть кончик этого прямого носа... Интересно, привыкнет она к тому времени, когда они станут седыми старичком и старушкой, и будут гулять под ручку, опираясь на палочки? Мечты, мечты...