Академия Ады - I I. Высшая оценка

Урок 47. De Profundis - 4

Вечерело, и по полу кабинета скребли когтями длинные черные тени.

Тристан смотрел на отца, в разделенное на две части лицо. Его исполосовали десятилетия, опалило и обуглило пламя, но то, что проступало под истерзанной плотью, оставалось таким же твердым, могучим, цельным. Человек из камня, несгибаемый и не ведающий сомнений, - идеал, недостижимый для Тристана. Отец представлялся ему скалой, о которую разбивались все его порывы, надежды и стремления.

Удастся ли пробить в ней трещину, или снова лишь разобьет кулаки в кровь?..

Потребовалось все присутствие духа, чтобы заговорить.
- Отец, мне нужно... необходимо, чтобы вы открыли мне, в чем именно заключается наша миссия, а главное, когда мы наконец начнем воплощать ее в жизнь.

Вот так, без преамбулы, с разбегу в прорубь.

- Значит, - Веларес-старший усмехнулся краем рта. - Ты требуешь от меня отчета?

Отступать поздно.
- Мне жаль, если вам так показалось. Я просто больше не могу, не в силах выносить этой неопределенности.

- Поэтому я должен открыть тебе тайны, от которых зависит будущее мира и жизни людей, наших соратников?..

Тристан вскинул голову. Неужто ему не доверяют?
- Вы сомневаетесь, что я скорее умру под пытками, чем выдам ваш секрет?

- Под пытками! - Отец фыркнул. - Есть люди, обладающие таким могуществом, что после светской болтовни за чашкой чая будут знать о тебе больше, чем ты сам. Я умею запирать свой разум, а вот молодняк... Впрочем, не только в этом дело. Готов ли ты? Вот в чем вопрос.

- Моя жизнь - ваша, если она нужна вам.
Тристану было от нее так мало толку, что жертва, право, невелика.

- Юнцы всегда готовы пожертвовать жизнью, ведь в глубине души убеждены, что бессмертны. Врать не буду - последнее время ты меня не слишком впечатляешь. Боюсь, то изнеженное существование, что я тебе обеспечил, сделало тебя слишком мягким. Такое дело, как наше, не терпит слабости и сомнений.

Кресло отца отползло в сторону, к окну. Теперь глазу открывалась лишь обожженная половина, и с трудом верилось, что перед тобой живой человек, а не головешка, управляемая противоестественными силами. Впечатление настолько неприятное, что Тристан обошел отца по кругу, будто невзначай.

- Так дайте мне шанс показать вам, на что я способен!
Нетерпение жгло его изнутри. Он жаждал испытаний, опасности так, как пьянчуга жаждет приложиться к бутылке, рвался к ним, как Сесил - к куирросу.

Казалось, что приготовился абсолютно ко всему, включая приказ прыгнуть в пасть храпиуса. Но следующая реплика отца застала врасплох.

- Ты знаешь сына нашего конюха, Хьюга? Ронни, Лонни, что-то такое.

Тристан знал Родни - чего никак не ожидал, так что того знает отец. С тех высот, на которых обитал лорд Веларес, было сложно разглядеть маленьких людей. Даже что творится с родными и близкими он не всегда замечал...

- Да, конечно. Приятный юноша, - Родни помогал в конюшне своему отцу, чье место рано или поздно займет. Неизменно услужливый, веселый, он не раз готовил Тристану коня для верховой прогулки, запрягал лошадей в упряжку и так далее. - Всегда интересуется вашим здоровьем.

- Как любезно с его стороны... - Взгляд сбоку, пронзительный и быстрый. - Убей его.

Что?! Отец произнес это таким спокойным, будничным тоном, что Тристан сперва подумал, будто ему послышалось.

- Но почему, отец?! Что случилось?

- Тебе нужны доводы? - Единственная бровь изогнулась недовольной дугой. - Моего слова недостаточно?

- Достаточно, конечно, но... - Разум отчаянно подыскивал объяснения. - Я просто пытаюсь понять, может, есть другой способ? Родни как-то угрожает успеху нашей миссии? Он что-то узнал? Я мог бы стереть ему память, припугнуть...

Отец устало вздохнул.
- А ведь тебя даже не просят принести в жертву, скажем, Сесила, или предмет твоего обожания! О подобном я не мечтаю, хотя, безусловно, это было бы эффектным жестом с твоей стороны – «Вот, отец, смотри, я отринул мелочные привязанности и готов к настоящей борьбе». Или к этому мальчишке ты тоже питаешь нежные чувства, с твоей извращенной тягой к плебеям?

- Нет, конечно, - Тристан вспоминал о Родни лишь тогда, когда видел перед собой. - Но...

Для отца вопрос был, похоже, решен. Он перешел к инструкциям:
- Естественно, я не предлагаю нестись и разрывать мальчишку на куски. Спешки нет. Подумай, распланируй все так, чтобы сошло за несчастный случай. Это тоже будет показателем - твоей находчивости. Разумеется, окружной судья вынесет то заключение, что скажу я, но разговоры нам не нужны. В целом, задание ерундовое, ребенок бы справился!

Голова всё кружилась, словно Тристан с разбегу налетел на стену.
- Мне было бы намного легче, если бы вы открыли, в чем Родни перед вами провинился, - Он почти умолял.

Отец покосился на него с выражением, подозрительно напоминающим презрение.
- А ты все колеблешься, виляешь! Между тем наша миссия потребует решимости, стальной воли. Готовности приносить жертвы. Даже его отец поплакал бы и смирился, если бы я пояснил, что так нужно для величия нашего рода.

- Сомневаюсь, - Тристан пробормотал себе под нос, но его услышали.