Академия Чародеев. Тайна правящего дракона

Глава 8.2

Ледяной солёный ветер едва не сбил с ног, заставив торопливо закутаться в мантию и порадоваться, что сегодня я надела тёплую, с меховой подкладкой и капюшоном. Но последний натягивать не стала, всё равно слетит.

Сцилла представляла собой приморский городок на склоне, больше похожий на большую деревню. Массивные деревянные дома, практически никаких заборов, внизу большая пристань с крохотными отсюда лодочками и корабликами побольше, в центре города, хотя центр здесь определить было проблематично, белокаменная мэрия с высокой, этажей в пять, башней с часами.

А на горизонте... невозможная красота. Тёмно-серый, блестящий в лучах осеннего солнца Эгитарский океан, пронзающие его чёрные каменные острова, на одном из которых возвышалась суровая и внушительная военная крепость Раделии, а на ярком голубом небе тонкие, просвечивающие насквозь белые облака.

Справа, через широкий и глубокий пролив Таэхая, тянулись тёмные сине-зелёные холмы Норбёрна, самой южной страны Северного союза.

И вот у них, в отличие от нас, запрет на появление драконов не вводили, напротив, северные страны крылатый народ уважали и любили, а потому сейчас затаившая от восторга дыхание я могла наблюдать за одной из самых удивительных картин этого мира: полёт дракона.

Прекрасно видимый даже с такого расстояния, значит, ужасно большой и сильный, чёрный, но переливающийся золотыми всполохами, величественный, гордый, сильный и попросту изумительно прекрасный.

У меня не было слов. Закинув голову, я не замечала ни ветра, ни холода, с искренним восторгом и улыбкой наблюдая за тем, как дракон закладывает крутой вираж и падает вертикально вниз. Только, кажется, приземлялся он не в Норбёрн, а в океан...

– Красивый, правда? – внезапно раздался добрый и тёплый мужской голос за спиной.

Вздрогнув от неожиданности, обернулась и увидела старичка из местных. Не очень высокий, с морщинистым узким лицом, из-под светлых, низко опущенных бровей на меня весело поглядывали мутные серо-голубые глаза. Седая волнистая борода лежала поверх старенькой и поношенной, но добротной коричневой дублёнки из кожи и овечьей шерсти. Из овчины же была сделана и его шапка, закрывающая уши и лоб.

В руках пастуший посох, а метрах в тридцати за его спиной гуляли безразличные ко всему овцы.

Должно быть, он видел, как я из портала вышла, вот и подошёл поздороваться.

– Да, – я улыбнулась, не скрывая восхищения, и снова повернулась туда, где видела дракона, – часто вы их видите?

– Да уж каждый день не по одному разу, – хмыкнул старичок, вставая рядом, и вдруг указал пальцем туда, куда я и так смотрела, рассказывая. – Этот среди остальных выделяется. Самый большой. Остальные все океаном прилетают, а этот всегда со стороны империи нашей.

Ого! Значит, летает настолько высоко, что сигнальные маяки его не замечают, потому что просто до высоты его полёта не достают!

– Ого! – повторила я уже вслух с искренним уважением.

– Понимаешь, да? – мужчина голову повернул, одобрительно на меня посмотрел и снова к океану повернулся, продолжив. – Прилетает раз в несколько дней уж, поди, месяца два. Не знаю, что у него за дела на севере, но к нашим деткам заглядывать не забывает.

А вот это заставило резко повернуть голову на старичка и переспросить:

– К вашим деткам? Так... нельзя же.

И услышала лишь:

– Смотри.

Я посмотрела, очень вовремя повернув голову.

Он упал с неба не камнем – громадной скалой! Лишь перед самой водой расправив крылья и проскользив над ней с громким шелестом и плеском поднимаемых волн! Огромных!

Разместившийся на склоне город огласил визг! Детский! Многочисленный и восторженный! Обернувшись на звук, я со смехом обнаружила, что на холмике недалеко от нас прыгают со вскинутыми руками и искренней радостью на лицах дети. Штук двадцать, а то и больше.

Ответом на веселье детей стал подозрительно похожий на смех рёв, от которого задрожала земля! Земля задрожала!

И тут дракон выпустил огонь! Невообразимо огромное горящее облако, от которого зашипел и вспенился океан! Не думая и не тормозя, он влетел в него и сиганул вверх, поднимая языки пламени за собой!

Дети от восхищения и радости находились на грани обморока. Я и сама смеялась, сдерживая желание по-детски попрыгать и похлопать в ладоши.

Это было изумительно! Удивительно! Сказочно прекрасно! Никогда в жизни ничего подобного не видела!

– Всегда к деткам заглядывает, – посмеиваясь, повторил старичок с удивившим меня теплом и признательностью в голосе. И, помолчав, добавил со вздохом: – Хороший дракон.

И столько всего таилось за этими двумя словами...

– Хороший, – я с широкой улыбкой наблюдала за тем, как существо с поразительной для его размера лёгкостью набирает высоту, весело порыкивая. – Интересно, кто он?

И стоило только мне озвучить этот вопрос, как что-то изменилось. Неявно, неуловимо, просто появилось какое-то незнакомое мне ощущение глубоко в груди... странное и неопределяемое, ускользающее...

Дракон сделал взмах мощными крыльями, поднимая себя ещё выше, и вдруг стремительно повернул голову на город.

С такого расстояния не было видно его глаз, но... меня бросило в жар. В тёплой мантии на ледяном ветру я стала задыхаться! Гореть изнутри! Мне воздуха не хватало!

Что это?!

– Жутко, согласен, – совершенно неверно понял моё состояние старик, когда тяжело и хрипло задышавшая я дрожащими руками попыталась развязать тесёмки мантии. – Как подумаешь, что эта громадина может с городом сделать... и гарнизон ей никак не помешает.

Да, не помешает, такой дракон может одним выдохом оплавить и каменную крепость, и Сциллу вместе с холмом, на котором она стояла.

Не сказав больше ни слова, старик развернулся и побрёл к своим овцам. Тяжело и неровно, будто нехотя улетел на территорию Норбёрна дракон. Разбежались дети.

А я так и стояла, тяжело дыша, сжимая дрожащими пальцами мантию и не понимая, что только что произошло.