Академия драконов: искусство превращений

Глава 13. Герцог Алансон

– Не дури, Алекс! – Дэвид неодобрительно поцокал языком. – Этим демаршем ты ничего не добьешься, только настроишь против себя его величество. Не понимаю, зачем тебе это.

Мой кузен герцог Дэвид Реймс был из тех, кто не любил плыть против течения. И мою нынешнюю затею не осуждал, нет – просто не понимал.

Заседание Государственного совета, членами которого мы оба являлись, было назначено на три часа пополудни, и нам уже было пора выезжать во дворец. Собственно, я и сам понимал, что мое выступление ничего не изменит – полтора десятка напыщенных ослов в париках всё равно примут то решение, ради которого и собираются. Но это не значило, что я мог промолчать.

Мы прибыли во дворец вовремя – автор законопроекта маркиз Бланмарше как раз взял слово.

– Полагаю, никому из присутствующих не нужно объяснять важность предлагаемой мною меры, – сказал он и обвел взглядом сидевших за овальным столом членов совета. Но наткнулся на мой скептический взгляд и вздохнул. – Ну, что же, тогда я повторю всё то, что уже изложил в сопроводительной записке. Бюджет Верландии уже который год имеет отрицательное сальдо. И если мы ничего не сделаем для исправления ситуации, то страну ожидает невиданный прежде кризис. Поэтому введение дополнительного налога представляется весьма разумным.

Я уточнил:

– Налога, который будут платить только крестьяне, торговцы и ремесленники?

Бланмарше не уловил в моем вопросе подвоха и подтвердил:

– Да, именно так, ваша светлость!

– Но если речь идет о благополучии всей нашей страны, то разве не правильнее будет, если бремя уплаты налогов вместе со своим народом разделит и аристократия? – вежливо поинтересовался я.

– Но это немыслимо, ваша светлость! – запротестовал маркиз. – Дворянство испокон веков было освобождено от этой повинности! И если мы поступим в соответствии с вашим предложением, то, тем самым, уравняем себя с чернью.

– Ну, что же, – не стал спорить я, – есть и другой вариант. Если у нас нет возможности увеличить доходную часть бюджета, то мы, по крайней мере, можем сократить расходную. Насколько я понимаю, основная статья расходов – это содержание королевского двора? Так почему бы нам не подумать, на чем мы можем сэкономить? Если его величество соблаговолит отказаться хотя бы от пары приемов в год, полагаю, этого будет достаточно.

Члены Совета возмущенно загалдели, но выступить против меня открыто никто не решился. Тем более, что все прекрасно понимали, что мой единственный голос ничего не решит. Так оно и случилось.

И когда вечером я ужинал с его величеством, тот строго попенял мне на мое неразумное поведение.

– Ты ведешь себя как мальчишка, Алекс! Человеку в твоем положении не пристало руководствоваться эмоциями. Зачем настраивать общество против себя? Придворные должны увидеть в тебе моего преемника, а не бунтаря, угрожающего их благополучию. Подумай об этом!

Дядя никогда не мог понять моего отца, ради любимого дела отказавшегося от трона – ему казалось это ребячеством. И во мне он пытался пробудить совсем другие качества, прежде всего – чувство долга перед своей страной. При этом он упорно старался не замечать, что именно этого – чувства долга – с избытком было у другого его племянника – Дэвида.

– Тебе следует снова жениться, – твердо сказал он после десерта.

Я стиснул зубы, чтобы сдержаться и не нагрубить королю. И выдержав паузу, ответил:

– Простите, ваше величество, но нет – я слишком хорошо помню, чем закончился мой первый брак. Бедняжка Агнесс не выдержала влияния моей магии и сошла с ума. Вы хотите, чтобы это повторилось?

– Агнесс была слишком слабым магом, – раздраженно возразил дядя. – Мы не учли этого, когда выбирали тебе невесту. Да, это была моя ошибка, но сейчас мы можем учесть ее и подобрать тебе магически одаренную девушку. Неужели ни одна из барышень, что были представлены ко двору в этом сезоне, не тронула твое сердце? А может быть, нам стоит поискать тебе будущую жену из монарших семейств соседних стран?

В нарушение придворного этикета я позволил себе первым подняться из-за стола. Я не хотел продолжать этот разговор. Прошло уже пять лет, но мне до сих пор снились кошмары по ночам. И пусть наш брак с Агнесс был браком по расчету, чувство вины перед ней так и не оставляло меня.

– Дядюшка снова настаивал на женитьбе? – сочувственно спросил Дэвид во время верховой прогулки на следующее утро. – Мне кажется, тебе давно пора было внять его совету. Он хочет, чтобы ты обзавелся наследниками, и династия Алноров продолжилась. Он мечтает вырастить из тебя будущего короля, а ты отчего-то противишься этому.

Я покосился на него и пустил лошадь галопом – не хватало выслушивать нравоучения еще и от кузена. Но Реймс не отставал.

– Дядюшке давно следовало понять, что на роль короля куда больше подходишь ты, а не я, – крикнул я, когда мы снова поравнялись.

– Не говори ерунды! – отмахнулся Дэвид. – По праву этот трон должен был принадлежать твоему отцу, и раз уж у его величества так и не появилось сыновей, то разве странно, что он хочет передать корону тебе? Ты – сын его старшего брата, а я – всего лишь сын младшей сестры. Да, во мне тоже течет кровь Алноров, но формально я – не Алнор, а Реймс.

Обычно я наслаждался утренней прогулкой, но на сей раз вернулся домой в весьма скверном расположении духа.