Академия им. И.Г.О. Эльф, девица, месть и... птица

*1.4*

*1.4*

Пока выбиралась, радовалась: хорошо, что мягкое. В телеге, кроме меня были только пушистые покрывала в скатках и два мои сундучка. Я одна в Академию. И дядька, который имени не назвал, выходит тоже туда, раз я с ним прямо еду?

Сундук, в котором, уж не знаю с чьей доброй руки, оказался бабулин подарочек, тоже сдвинулся. Но крышка больше не пыталась открываться, а кукуха — старинный крылатый почтарь — выглядывать.

Мне только семь исполнилось, а Ягода Костянична, едва солнце встало, ступой примчалась и давай поздравлять. Мол, тебе уже семь, девка справная, замуж пока нельзя, но кукуха должна быть. И что блюдцы с яблоком — это бесье диво и непотребное разорение, так что без надежной кукухи никак. Ни письмо написать, ни голосовое отправить, ни орательное.

Главное, каждый год приезжает и просит, чтоб я ей кукуху показывала, потому что она вроде как по наследству не только мне, но и моим дочкам.

Даже тишком в дороге не избавиться. И не соврать, что потерялась. Кто ягине хоть раз врать пытался, знает — язык узлом завязывает в один миг.

Кукуха уже тогда была страшна, а сейчас и подавно. Да и стыдно. Будто мне сто восемнадцать, а не восемнадцать. Чудо-почта кругом, а я с кукухой. Хоть бы эта птичь уснула опять. Мне из-за этого подарка чп-ларец не купили. У сестер у каждой есть, у Нежата тоже есть, а мне…

— А у тебя кукуха, — отговаривался батюшка.

Сестры, как всегда, дразнились, но если попросить — одалживали. По чп-ларцу не только почту слать можно, там канал ясновидения с новостями, потешные байки, веночки-болталки по интересам, заказать еще разное можно. Без батюшкиного ведома не закажешь, но хоть посмотреть.

— Эй, вымученица, — обернулся возница, — вон твое ИГОГО живьем. Глянь, как блещет!

Я даже привстала, прикипев глазами к накрытому радужной чашей, чуть выпирающему вверх холму, увенчанному высокими в цвет неба башенками. Смотрела, пока за деревьями не скрылось. @

— Скоро будем, — пообещал дядька.

Чтобы пройти чар-полог, только один день есть. Причем выехать в этот же день нужно, а прибыть до того, как солнышко садиться начнет. И никого не волнует, долго ли тебе ехать или коротко. Потому и чары нужны обязательно до границы.

Озерный край от Тридесятого далеко, конному две недели ехать. Но не дальше, чем из Восточного Салтаната, где джинны живут, или с Буян-острова, там еще морем сразу. К нам всего ближе Заповедная Куща. За ней и как бы вокруг — Ясноградское княжество, самое большое из Тридевятья. Оттуда к нам диковинки всякие везут вроде блюдец с ясновидением, ларцов чудопочты, негасимых светцов, постирай-корыт и другое разное, полезное и интересное.

Княж-градов с землями разных много, помельче. А из больших за Пустопольем, за рекой Смородой — каганцарство Горынь. Там живут горыны, драконы-оборотни, и хлебы вкусные делают, особенно темный, кирпичиком, так и зовется — смородинский. Чернолесье есть, Навье царство и Светлый эльфийский лес. Или Благословенный. По-разному пишут. Это еще дальше, чем в Тридесятое. Так дальше, что у нас, когда ругаются, к навьим или в этот лес отправляют, еще и кривой дорогой.

Ехали. Я снова подремать успела, обнимая книжицу, и во сне видела себя настоящей выученицей, а не как дядька-возчий с подначками дразнил. Обоз растянутым по дороге хвостом сворачивал к виднеющемуся в другой стороне поселению, тому самому Перепутью, отдаляясь, а наша телега вдруг встала.

— Ох ты ж… Ну и дела.

— Какие дела? — распереживалась я, но уже сама разглядела шильду на столбе, вколоченном прямо посреди дороги, что сворачивала к скрытой тут за далеким лесом Академии, только краешек видно было.

— Объезд.

— А долго? Через эту Втустепь? — разнервничалась я, когда разглядела, что на шильде написано.

— Добрый крюк, — почесал в макушке дядька.

Ох…

Вот стыдобище будет опоздать. Еще горше, чем если не примут. Батюшка и так потратился, путевые чары это вам не огород полить. А я еще проспала и обоз задержался…

В совершенно чистом небе над телегой гулей набухало мелкое темное облако.

— Давай без сырости только, успеем, — грубовато утешал возчий.

Я кивнула и постаралась успокоиться. Получалось плохо.