Академия преемников. Кощеев не убивать!

Глава 13

– У меня есть план, – энергично объявил Полоз, по обыкновению вваливаясь ко мне вовремя.

– У меня тоже, – я спрятала руки в карманы, скромно улыбаясь и сжимая сюрприз.

Надеюсь, ему понравится. Продумывая стратегию, я категорично включила в нее Сеньку, рассчитывая, что друг будет только «за». Есть у змеев негасимая тяга к любым приключениям: от вечеринки до революции. Весьма на руку одной деятельной ведьме.

– Давай вместе. Раз, два…

– Три, – вуивр, словно фокусник, вынул из рукава плотно свернутый лист бумаги. Такой же, какой я сунула ему под нос. – Э-э-э… Схема эвакуации?

– Ага. Экстренный план спасения в случае пожаров и наводнений. С точным указанием, где бежать и куда орать, вызывая спасателей. И на десерт: пометки с расположениями камер видеонаблюдения.

– Солидно, – друг осторожно согласился. – Что это за здание?

– Отдел следственного комитета, где хранятся копии материалов всех тринадцати эпизодов.

Земля, раньше бывшая одной страной, после развала прекратила внутриведомственные сотрудничества. Поэтому преступления, произошедшие в разных странах, никак не могли попасть в руки одному следователю. Смертному. Зато Московский ковен легко загреб в свои лапы череду подозрительных трупов, поручив ее расследование доверенным лицам среди людей-полицейских. И я жуткими стараниями выяснила, куда направили абсолютно все материалы, кто их охраняет и с чем нам предстоит столкнуться.

– А у тебя что?

– Конспект по эпидемиологии и предложение отправиться на Гавайи, – убито выдохнул змей. – Ты же пропускала пары, и я решил, что нужно помочь. Послушай, ты уверена, что следственный отдел лучше, чем праздник и пиршество? Не торопись, подумай.

Уже подумала. По всему выходит, что правды не добиться без вылазки за материалами уголовных дел. Кто-то старательно подчищает следы за преступником, предварительно собрав их, как сливки в кринку. Если сборщикам придет в голову допросить азярниц, откроется охота за охотником. Меня просто прижмут через маму, велев не соваться «в дела взрослых». Матушка, конечно, осерчает и попросит Рарога тщательно следить за моими передвижениями.

А с дядьки станется погонять меня по двору академии хворостиной, как молодую безрогую телку. Позор на голову Яги.

И с бабушкой советоваться совестно. В прошлый раз старушка посыпала голову пеплом за то, что сама помогла нам советами по расследованию. Причитала, дескать, толкнула наследницу на верную гибель, и гореть ей за такое во всех Преисподнях. Сама метлой отходит пониже спины. Кощей и Руслан тоже пытаются расследовать, но у меня больше успехов, так что объединяться бессмысленно.

– Извини, друг, на Гавайи без меня, – до отбытия в мир людей нужно успеть распаковать посылку, пришедшую из Омска. – Возьми мойр, погуляй девчонок по красотам гор.

И, само собой, понадобится качественный морок. Для наложения безупречной личины ведьма обязана выпить две ложки зелья из проклятой смоковницы, да сказать Слово Полуночницы, заморочив всякого встречного. Колдуну же требуется добавить несколько капель из ягод жимолости, растущей на могиле самоубийцы. Многие чаклуны забывают про запах, на чем и попадаются, бывают битыми и снова наступают на те же грабли.

Проще всего надеть морок своего пола, нежели противоположного. И поменьше болтать, если твой голос хорошо известен омороченным. На удачу, последние три-четыре десятилетия полиция охотно набирает в свои ряды женщин и даже молодых девушек.

– Ты чего удумала? – царевич заволновался, раздраженно махнув метафорическим хвостом. Со стола посыпались пустые склянки. – Прошу прощения! Решила идти под мороком одна, без подстраховки? Рехнулась, давно черепицу на собственной крыше не перекладывала.

– Позову Фриду.

– Она вывела на субботник крылатую мелочь, – поморщился змей.

– Руслана.

– Отрабатывает пропуски у леди Мелюзины. Нет, ты окончательно потеряла кукушку в лесу. Идем вместе, ну их к псам эти Гавайи. Только колдани меня сама, я в зельях не силен.

Человеческий миллионик не изменился с моего прошлого посещения. Все те же хмурые асфальтированные дороги, стеклопакеты, соседствующие с барельефами, уличные музыканты и толпы народа. Только солнце выглядывало робко и трепетно, вынуждая прохожих стаскивать шарфы и расстегивать пуховики. Заклятье решили говорить на пороге следственного отдела, чтобы в здание шагнула пара полицейских, а вышли обычные студенты.

Прелесть профессионального морока в гибкости образа – он сам подстраивает под наблюдателя, принимая смутно знакомые черты. Особенно полезная функция там, где нужно быть достаточно известным для проникновения, но неинтересным для наблюдения. Стоит нам выйти на улицу, как товарищи полицейские – от дежурного до следователя – помотают головами и забудут, кто из коллег проходил мимо.

«Прикрыть глаза покойнику, пусть слух в толпе, заболтать молодца во хмелю», – я начала читать нараспев, переступая порог казенного здания. С той стороны входа на пол ступила нога в форменной туфле сотрудницы Росгвардии. Дверь закрылась, запуская мужчину в форме лейтенанта юстиции. Шаг, – погоны подернулись дымкой, обрастая звездами. Еще шаг, – мимо дежурного прошла пара курсантов Федеральной службы исполнения наказаний.

Равнодушный дежурный открыл было рот, глядя вслед зашедшим, но быстро потерял интерес, вернувшись к бесстрастному ковырянию старого телефонного провода.

– Налево, – негромко скомандовал Полоз.

Мимо торопливо пробежала женщина в погонах, мазнув по нам скучающим взглядом. Я же, напротив, обернулась и внимательно присмотрелась, куда она зашла и откуда вышла. Согласно плану, кабинет старшего следователя находился на втором этаже в конце коридора. По пути то и дело попадались мужчины в форме, отчего-то совсем не торопясь работать.

Двое сотрудников из младших следователей стояли у окна, предаваясь бренным размышлениям о погоде, и молча мусолили незажженные сигареты. Странно, я иначе представляла работу следственного комитета. Складывается ощущение, что морок лишний, нас и без того буквально не замечают. На всякий случай громко топнув каблуком, я на миг задержалась рядом с лентяями. Те скосили глаза на источник шума и флегматично повернулись обратно.