Академия Теней: Исповедь лисьего проводника

Глава 17. Лицом к лицу с бездной.

Перед решающей битвой — словесной, магической или какой там ещё задумало его темнейшество, — я решила вздремнуть. Пара часов сна, чтобы перезагрузить голову после дня, который выжал меня досуха. Стянула сапоги, рухнула на кровать и закрыла глаза.

Лис куда-то свалил. Оставил меня наедине с мыслями, а они, как назло, упрямо крутились вокруг одного имени. Каэлан — Элан. Его холодный взгляд, который почему-то зажигал во мне странный, предательский огонь. Его голос — низкий, с хрипотцой, занозой сидевший в голове. Стандартный набор девушки, попавшей в беду. И беда эта носила чёрный камзол с серебром.

Проснулась я оттого, что почувствовала чужое присутствие. Нет, в комнате никого не было. Но на стуле, аккуратно сложенный, лежал новый наряд.

Не Лемины обноски. Не мешковатая форма. Тёмные штаны из мягкой, но плотной ткани, удлинённая рубашка с глухим воротом — строго, закрыто, ни намёка на лишнее. Но когда я надела, ткань обняла тело так, что силуэт угадывался без лишних вопросов. Качественно. Дорого.

Я привела себя в порядок, заплела две толстые косы, вплетая в них сапфировые лепестки — те самые, что остались от букета Крипа. Движения успокаивали, выметали из головы лишнее. Руки работали, а мысли текли ровнее.

Лилии всё ещё стояли в вазе. Живые. Яркие. Я каждый день подпитывала их каплей своей магии, и они отвечали мне — свежим ароматом, распустившимися лепестками. Надо бы пересадить их, дать пустить корни. Расти свободно. Как и мне самой. Когда-нибудь.

Я едва успела затянуть последнюю шнуровку, когда в дверь осторожно постучали. На пороге стоял парень с острыми чертами лица и короткой стрижкой. Взгляд пустой, но цепкий.

— Я Готар. Мне поручено тебя сопроводить.

И всё. Ни объяснений, ни имён. Просто «сопроводить».

Мы шли не в учебные корпуса и не в библиотеку. Мы углублялись туда, куда обычных учеников не пускали — в личные апартаменты преподавателей и знатных гостей. Коридоры здесь были шире, тише, факелы горели ровнее. Воздух пах не пылью и старостью, а чем-то дорогим — сандалом, наверное. Или тёмным деревом.

Готар остановился перед неприметной массивной дверью. Ни гербов, ни рун — только тёмное дерево и кованые петли.

— Жди здесь, — бросил он и растворился в полумраке коридора.

Я осталась одна. Воздух вокруг сгустился, стал плотным и тихим. Дверь передо мной бесшумно распахнулась сама, словно приглашая войти. Или заманивая в ловушку.

В комнате было просторно. Ничего лишнего. Камин с синими поленьями, два кресла, большой стол у стены. И он. Стоял спиной ко входу, глядя на огонь. Без парадного камзола — только чёрная рубашка, расстёгнутая у ворота. Свет пламени играл на его коже, подчёркивая мускулистые контуры плеч и шеи. Он казался… другим. Менее официальным. Более опасным.

— Закрой дверь, — бросил он, не оборачиваясь. Голос холодный, как всегда.

Я повиновалась. Дверь захлопнулась с мягким, но окончательным щелчком. Мы остались одни. Тишина. Только треск синего пламени.

Он повернулся. Медленно, словно давая мне время рассмотреть его — и давая себе время рассмотреть меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, по косам с сапфировыми лепестками, по новой одежде. В серых глазах, подсвеченных синим огнём, мелькнуло что-то, похожее на одобрение.

— Тебе идёт.

— Спасибо. — Я старалась держаться так же хладнокровно, но голос предательски дрогнул. — За наряд. И за… спасение на обряде.

Он шагнул ближе. Я заставила себя не отступить.

— Не благодари. Я действовал в своих интересах. — Он сделал ещё шаг. — Твоя магия… — Пауза. Он словно подбирал слова, что для него было редкостью. — Сегодняшнее слияние. Оно не было запланированным.

— Я понимаю, — прошептала я. — Свет и тьма не смешиваются.

— Ошибаешься. — Он сократил дистанцию до предела. Я почувствовала холод, исходящий от него, — или это был жар? — Смешиваются. И когда это происходит, рождается нечто… большее. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Никогда.

Его взгляд — ледяной, но в нём горело что-то живое. Голодное. Моя магия, всё ещё помнящая то сплетение, отозвалась внутри глухим теплом.

— Я знаю, кто ты, Элира. Моя семья столетиями уничтожала таких, как ты. Я знаю, что твоя сила — не просто светлая. Она — противоположность всему, что есть здесь. И всё же… — Его пальцы скользнули по моей щеке тыльной стороной. Ледяное прикосновение, но кожа под ним загорелась. — Она откликается на мою.

— Я мог бы тебя уничтожить. — Его голос стал тише, почти шёпот. — Один приказ — и от тебя останется лишь пепел.

Дышать стало больно, но я не опустила глаз.

— Но ты не сделаешь этого.

— Почему? — В уголках его губ дрогнула усмешка.

— Потому что я тебе интересна. Потому что наша сила вместе — это нечто новое. И ты жаждешь это постичь.

Он замер. Взгляд стал пронзительным, изучающим каждую чёрточку моего лица.

— И правда. Сегодняшнее ощущение было… особенным. Я словно почувствовал начало чего-то, чего не понимаю. Чего-то, что не даёт мне покоя. Ты не можешь себе представить, насколько это было прекрасно. И мне хочется ещё.

Он отступил на шаг, давая мне глоток воздуха.

— Я вижу, что твоя магия откликнулась на меня. Мы можем использовать это. Союз. Никто не посмеет тебя тронуть: ни охотники, ни ректор, ни… назойливые поклонники.

В его тоне, когда он произнёс последние слова, проскользнула едва уловимая, но ощутимая нотка раздражения. Крип. Он говорил о Крипе.

— Союз, — повторила я, пробуя слово на вкус. — На каких условиях?

— На взаимной выгоде. Ты получаешь жизнь и защиту. Я — доступ к магии, которую никогда раньше не встречал. И да… — Его взгляд снова упал на меня, полный странного, открытого интереса. — Я очарован. Очарован тобой, твоей силой, твоей дерзостью, той глубиной, которую я сегодня в тебе разглядел.

Его рука потянулась к моим волосам. Он нежно, едва касаясь, провёл по сапфировому лепестку, вплетённому в косу.