Академия Теней: Исповедь лисьего проводника

Глава 21. Моргана.

Немного приведя себя в порядок, мы с Леми направились к ней в комнату. Лис, заметно оживившись после недавнего унижения в роли плюшевой игрушки, проскользнул за нами хвостиком. Его зелёные глаза блестели в предвкушение.

Её комната была просторнее: кровать шире, два шкафа вместо одного. На подоконнике я заметила необычное растение — живое, с мясистыми листьями и зубастыми пастями на концах. Хищная тенещёлка. Болотная редкость, питается мелкими грызунами. Достаточно редкое, чтобы стоить целое состояние. Интересно, откуда у Леми такие связи?

Киро прыгнул на подоконник, и одна из пастей тут же щёлкнула в его сторону, целясь в нос. Лис отдёрнул морду с видом оскорблённого аристократа, но тут же вернулся — дразнить. Его хвост нервно подрагивал, а в глазах плясали бесенята.

Мы с Леми тем временем болтали о преподавателях и новопоступивших адептах.

— Эх, ты же видела, кто в этом году на ритуалистику поступил? Просто красавцы! Правда, теперь все без ума от Морганы — она наконец-то свободна.

Я не любила поддерживать сплетни, но тут мне стало искренне интересно.

— А у неё… кто-то был разве?

Леми посмотрела на меня как на наивную дурочку.

— Ну да, Каэлан же был с ней! Они должны были пожениться после окончания академии. Ты не знала, что ли?

Пазл начал сходиться — с ледяным, отрезвляющим щелчком. Так вот почему Моргана смотрела на меня с такой ненавистью. Вот откуда этот взгляд — как будто я украла что-то, принадлежащее ей по праву. Может, это она пыталась меня убить? Символ змеи и луны на кинжале. Её дом. Её ревность. Её мотив.

От мрачных мыслей меня отвлёк звук — лис лапой дразнил тенещёлку, провоцируя её на щелчки. Он успел подключить уже вторую лапу и поочерёдно атаковал каждую из голов, словно играл в смертельную чехарду. Растение щёлкало пастями в бешеном ритме, но поймать юркого духа не могло.

— Кстати, — вздохнула Леми, продолжая копаться в шкафу, — у меня в последнее время стала пропадать одежда. Видимо, кто-то из мальчишек пакостит и подсылает свою нежить.

Я бросила взгляд на Киро, который и ухом не повёл, продолжая провоцировать бедное растение.

«Это ты, пушистый вор?» — мысленно спросила я.

Понятия не имею, о чём она, — ответил он, даже не обернувшись. Но кончик его хвоста предательски дрогнул.

— А вот и платье, — объявила Леми, доставая из чехла нечто потрясающее.

Я замерла.

Платье было из густого бархата цвета спелого граната. Глубокий V-образный вырез — спереди и сзади — подчёркивал изящество линий. Тонкая золотая вышивка, изображающая виноградные лозы, придавала ему изысканности и роскоши. Рукава-фонарики и плавные линии силуэта создавали впечатление одновременно элегантности и соблазнительности. Оно было… опасным. Как оружие.

— Ты просто обязана его примерить, — настаивала она. — Я его уже давно купила.

Но в её словах слышалась едва уловимая нотка печали. Словно она покупала его для чего-то, что так и не случилось.

— Оно такое дорогое, Леми. Ты уверена? — мне стало неловко.

Она отмахнулась рукой, и её грусть рассеялась.

— Ничего страшного! Когда ты станешь королевой, ты отправишь мне целую гору таких же нарядов!

Королевой. Слово резануло, как нож. Я не собиралась становиться королевой. Я собиралась сбежать на Север, найти хвосты Киро и исчезнуть. Но Леми этого не знала.

Она приблизилась к сундуку и распахнула его, обнаружив внутри настоящую кладезь шёлка и парчи.

— А вот ещё… — добавила она, — держи, для тебя мне ничего не жалко!

Я взяла платье и, пока погружалась в прохладную шелковистость бархата, она подобрала к нему туфли-лодочки и маленькую сумочку, расшитую таким же золотым узором.

Платье оказалось на удивление лёгким, а бархат — приятно прохладным. Я подошла к зеркалу.

В отражении на меня смотрела совсем незнакомая девушка. Ярко-рыжие волосы, обычно беспорядочно выбивающиеся из причёски, теперь струились по бархатным плечам, создавая образ роскошных медных прядей, оттенявших насыщенный гранатовый цвет. Карие глаза, обычно полные серьёзности, сверкали глубже, в них играли золотые блики, отражённые от вышивки. На щеках — румянец волнения. Стройная фигура подчёркивалась плавным силуэтом, а глубокий вырез на спине привносил нотку дерзости.

Я медленно повернулась перед зеркалом, и шёпот бархата был похож на аплодисменты. Даже я сама не ожидала, что это платье так преобразит меня — особенно учитывая, какой неряхой я была при поступлении.

Именно про это платье я и говорил.

Я встретила его взгляд в отражении зеркала. Киро сидел на подоконнике, оставив растение в покое, и смотрел на меня с редким для него одобрением. Его хвост медленно покачивался из стороны в сторону.

— Ой… — прошептала Леми, и в её голосе прозвучала неподдельная радость. — Тебе… тебе оно очень идёт. Правда. Оставь его себе, — решительно сказала она, мягко отталкивая мою руку, когда я попыталась снять платье. — Тебе нужно выглядеть на встрече с императором презентабельно.

— На встрече с… что? — я замерла с застёжкой на плече.

— А ты собираешься стать невестой официально, даже не представ перед Его Величеством? — с изумлением спросила Леми.

По коже пробежала волна ледяного холодка. «Надеюсь, этой встречи не будет никогда, и мы сможем поскорее покинуть академию».

Поговорив ещё немного с Леми — обо всём и ни о чём, — я ещё раз выразила благодарность за её щедрый презент. Собрала свои «пожитки» и направилась в свою комнату.

Но стоило мне приблизиться к двери, как я остановилась.

Перед моей комнатой стояла Моргана.

Она нервно постукивала каблуком, не находя себе места. Её роскошные локоны, украшавшие изящное платье, создавали впечатление, словно она готовилась к торжественному приёму, а не к неформальной беседе у чужой двери.

— Здравствуй, Моргана, — поздоровалась я первая.

Она вздрогнула — явно не ожидала моего появления сзади, — но моментально собралась. Её взгляд пробежал по мне с головы до ног, и на лице возникло необычное выражение: нечто вроде зависти, перемешанной с нескрываемым отвращением.