Академия Теней: Исповедь лисьего проводника

Глава 21.1.

Открыв дверь в его комнату, я вошла и замерла.

Свитки лежали повсюду, мебель была слегка сдвинута. Элан навис над столом, перед какой-то картой, а рядом с ним стоял незнакомец.

Одетый в роскошный парчовый бархат. На голове — изящная корона, недвусмысленно демонстрирующая его статус.

Император.

Элан устремил на меня взгляд, и мужчина, стоявший рядом, повернулся. Его взгляд — серьёзный, оценивающий — скользнул по мне сверху донизу. Я почувствовала себя бабочкой под лупой. Нет — под микроскопом, который ищет изъяны.

Элан не дрогнул. Он уверенно приблизился, взял мою руку и приложил её к своим губам. Но его взгляд задержался на свежих царапинах и покрасневшей коже на запястье.

— Кто посмел? — его слова были тихими, но полными угрозы.

Стыд лихорадочно окрасил мои щёки. Говорить о произошедшем, о таком унижении, было немыслимо. Я молча уставилась на пол.

Незнакомец сделал элегантный шаг в нашу сторону. Каждое его движение было исполнено врождённой уверенности.

— Неужели ты не соблаговолишь познакомить нас, Элан, со своей прелестной возлюбленной? — его голос прозвучал как бархат, но в глубине отдавала ледяная насмешка. — Мы сгораем от любопытства лицезреть ту, что смогла пленить сердце наследника столь… стремительно.

Элан сжал мою руку — хватка была нежной, но решительной. Он ощущал дрожь, пробегавшую по мне. Его голос, чистый и уважительный, прорезал напряжённую тишину.

— Отец, позволь представить тебе ту, кто завладел моим сердцем. Это Элира.

Пауза. Его взгляд скользнул по моему лицу, словно пытаясь передать мне хоть каплю спокойствия.

— Элира, перед тобой Император Аэлиан Первый, мой отец, правитель империи.

Воздух сгустился. Я замерла, ощущая, как земля уходит из-под ног. Передо мной — сам Император. Отец Элана. Те глаза, которые могли одним взглядом погубить меня и Киро, сейчас были обращены ко мне с хладнокровным, непостижимым интересом.

С необыкновенной грацией император сделал ещё один шаг в мою сторону.

— Элира, — произнёс он, и моё имя в его устах прозвучало словно приговор. Или благосклонное прощение. — О вас ходили разные слухи… Подобная стремительность моего сына стала для империи неожиданностью.

Его взгляд задержался на моей повреждённой руке, и в его глазах мелькнуло что-то непонятное — не то презрение, не то любопытство.

— Я надеюсь, вы понимаете, насколько велика ответственность, которая лежит на тех, кто стремится завоевать сердце наследника престола?

Элан, не отпуская моей руки, вступил в диалог. Его голос прозвучал уверенно и спокойно, создавая для меня защитный барьер:

— Элира, без сомнения, обладает даром понимать людей лучше всех, отец. И я верю, что её скромность и благородство станут достойным украшением нашей империи.

Справившись с волнением и собрав все силы, я сделала скромный, но уважительный поклон, стараясь, чтобы дрожь в коленях осталась незамеченной.

— Простите за мой внешний вид, Ваше Величество. Очень приятно с вами познакомиться. Я не хочу вас разочаровать.

— «Разочаровать» — слово, полное ожиданий, дитя моё, — произнёс он, и его уста изогнулись в едва заметной, лишённой тепла улыбке. — А я предпочитаю иметь дело с фактами. Мой сын сделал выбор. Пока что это единственный факт, который у меня есть. Всё остальное — лишь предположения и субъективные ощущения.

Он медленно прошёлся передо мной. Роскошная одежда издавала шелестящий звук, скользя по каменному полу.

— Скажи мне, Элира, что, по-твоему, значит — «не разочаровать» Его Величество? Будет ли достаточно просто послушания и скромности? Или, может быть, нужно выставить напоказ какие-то тайные таланты, которые оправдали бы столь стремительный взлёт твоего положения?

Он остановился и посмотрел на меня своим ледяным взглядом. Теперь понятно, в кого у Элана такой взгляд.

— Меня не интересуют придворные игры в скромницу. Меня интересует, что ты представляешь собой на самом деле. И что в тебе увидел мой сын, чего не вижу пока я.

Элан напрягся, его пальцы слегка сжали мою руку — знак поддержки.

— Я… — мой голос едва шевельнулся. Собрав волю в кулак, я посмотрела императору прямо в глаза. — Рассказать о том, что увидел ваш сын во мне, Ваше Величество, я не смогу. Это его личное. Что же касается меня… я могу сказать, что учусь. Учусь соответствовать, быть достойной. И докажу это не пустым словом, а поступками.

В мыслях проскочила едкая ирония: «О да, Элиана, уже доказала — нападением на Моргану».

— «Доказать поступками», — повторил он, и в его взгляде промелькнула искра, которая могла быть как насмешкой, так и любопытством. — Это смелое заявление. Доказательства в нашем мире часто требуют высокой цены. Готов ли ты за неё заплатить, Элан? — Он перевёл взгляд на сына.

— Без сомнений, отец, — тут же, твёрдо и без колебаний, ответил тот.

Император одобрительно кивнул, его взгляд ненадолго задержался на моей руке.

— Что ж, время всё рассудит. Оно — самый справедливый судья. Но пока… — он помолчал, взгляд его стал острым, — позволь мне предложить тебе первый совет, дитя. При дворе ценят не только доброту, но и умение защищать себя. И, судя по тому, как выглядит твоя рука, тебе есть над чем поработать. Тот, кто причинил тебе боль, должен понести наказание. Всегда. В противном случае твоя мягкость будет воспринята как слабость, а слабых здесь не терпят.

С этими словами он повернулся к столу с картами. Элан мягко коснулся моей спины, и его губы на мгновение прикоснулись к моей руке.

— Присядь, послушай, — тихо прошептал он. — Всё будет хорошо. Просто доверься мне.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и опустилась на край его кровати. Пальцы сжимали бархат платья в отчаянной попытке ухватиться за что-то реальное. Элан направился к отцу, его фигура обрела прежнюю прямоту и уверенность.