Академия Зодиака. Тьма внутри

Глава 8. Старые связи

С тех пор как я приостановила занятия темной магией, мои успехи в зодиакальной заметно выросли, и по трансформации я стала обходить Олли раз за разом. В один из дней, измученная утренними тренировочными боями, я ввалилась в аудиторию и откровенно зевала на протяжении всей короткой лекции магистра Тальса. А когда мы перешли к практике, то закончила раньше всех, при этом выдав лучший в группе результат.

— Молодец, Ария! — чересчур возбужденно похвалил меня магистр. — Все же рекомендации магистра Лукаруса оказались не пустым сотрясанием воздуха.

— Благодарю, магистр Тальс, — ответила я и без сил откинулась на спинку стула. Кажется, еще немного и я усну прямо здесь.

— Ну это просто смешно, — прошипела Олли, с которой сегодня мы работали в паре, и, вскочив со стула, выбежала из аудитории.

— Чего это она? — недоуменно нахмурил брови Мерг.

— Должно быть, переутомилась, — отозвался магистр Тальс, выставляя отметки в табеле.

В остальном жизнь в Академии тянулась как прежде. На двор пришел месяц Тельца, и все вокруг вспыхнуло свежей зеленью. Цветущая вишня кружила голову сладким ароматом, бесконечные дожди уступили место редкому солнцу, а щебет вернувшихся птиц бодрил хмурых студентов по утрам.

С тех пор как мы с Леоном пересеклись взглядами на приеме, я твердо решила загнать его в угол и извиняться до тех пор, пока он меня не простит. Поэтому каждое утро и вечер я поднималась на крышу, где мы в последний раз собирались всей компанией, и ожидала его появления.

Время шло, а моя надежда на то, что Леон вернется на крышу, таяла. Я уже думала отбросить все эти хождения по кругу и заявиться прямо к нему в комнату или остановить в коридоре — и плевать, что подумают свидетели, которые увидят мои жалкие потуги объясниться перед бывшим другом. Но в одну из суббот, когда небо было чистое, а над Академией распускался небывалой красоты рассвет, мне наконец-то повезло. Только я шагнула из башенки на плоскую крышу, как заметила Леона, мастерившего иллюзию маленького цирка.

— Леон! — крикнула я, не сдержав своего облегчения.

Он обернулся, а затем скосил взгляд в сторону, словно серьезно раздумывал над тем, а не сигануть ли ему вниз. Я подбежала к нему и упала на колени.

— Леон, прошу, прости меня. Дай хотя бы объясниться! Да, я соврала, да, я притворялась другим человеком, но я свято верила в то, что Мила в большой опасности и только так я могу ей помочь. Я молчала не только потому, что боялась вашей реакции, но и потому, что не хотела впутывать в свою ложь. А вдруг меня решили бы казнить, а вас судили бы как соучастников?

Леон открыл рот, намереваясь ответить, но я схватила его за руку, разрушая иллюзию цирка, что все еще висела в воздухе.

— Прошу, дай закончить. Я скучаю по тебе. И скучала все это время. Ты стал мне очень дорог, понимаешь? Прежде я не знала, что такое дружба, но ты мне показал, сколько сил она дарует человеку. Если бы не ты, не Ракель, не Эрик и Габриэль, я бы не выдержала и сдалась. Понимаешь? Пожалуйста, прости. Прости, что я оказалась всего лишь самозванкой.

Крепкие руки Леона заключили меня в объятия. Ароматы зеленого чая и лимона принесли долгожданное успокоение. Я всхлипнула, уткнувшись носом в теплое плечо, а ногтями впилась в шелковую рубашку, боясь, что мгновение абсолютного счастья вот-вот разобьется о жестокую реальность.

— И я по тебе скучал. Злился и скучал. Скучал и злился. Но не потому, что ты оказалась самозванкой, а потому, что ничего не рассказала. Разве я не заслужил твоего доверия?

— Заслужил, конечно, заслужил. Но я боялась... Я все время боялась и боюсь до сих пор, — откровения полились из меня так легко, словно и не было месяцев разлуки.

— Теперь я понимаю, — Леон гладил меня по волосам. — Прости, что не дал тебе возможность сразу объясниться. И все же я так ждал, когда ты заставишь меня тебя выслушать.

Я рассмеялась сквозь слезы.

Посидев в объятьях друг друга еще немного, мы наконец отстранились и синхронно улыбнулись.

— Так, значит, Ария?

— Ага.

— А я Леон. Приятно познакомиться, — он протянул мне руку.

Я захихикала, точно ребенок, и ответила на рукопожатие.

— Приятно познакомиться.

Следующие несколько часов мы провели за оживленными разговорами. Если у Леона последние события оказались не такими прозаичными — он успешно закончил очередной учебный год в Академии, а затем провел всю зиму в родовом поместье, помогая отцу с делами, касающимися революции, то моя судьба его по-настоящему заинтересовала. Леон потребовал во всех подробностях рассказать ему историю моей жизни, начиная с самого детства и заканчивая выступлением вместе с Райнером на турнире. Прервались мы всего раз, когда Леон сбегал в столовую за чаем и пирожками, а также притащил плащи, в которые мы укутались, чтобы подольше посидеть на крыше. Несмотря на ясный день, на улице по-прежнему было прохладно.

— Звезды, не жизнь, а настоящая драма! — воскликнул Леон, когда я закончила. — Может, однажды я поставлю пьесу по твоей истории?

— Пожалуйста, — согласилась я, откусывая свежий пирожок с яблочным джемом. — Только напиши для нее счастливый конец.

— Непременно!

— Но ты сам как? Я слышала, что семья Лерио выступает на стороне короля.

Леон тут же поник. Озорной огонек в его глазах исчез, а плечи бессильно опустились.

— Вот именно, что семья. Ведь род Валестра — ручные собачонки короля, потомственные военные. Но я хочу верить, что Лерио не согласна с таким положением вещей. Она всегда была за справедливость, — он обвел кончиком пальца ободок чашки. — В любом случае, Демир расторг помолвку.

Я сжала ладонь Леона в знак поддержки.

— Может, ты и прав. Все-таки пойти против своей семьи — это очень непросто, особенно когда находишься в столице.

— Я просто боюсь за нее, — признался Леон.

— Ты сам говорил, что Лерио сильная. Она справится, вот увидишь.