Байт 3. Звезда и Смерть Шшлемхх Аинна

Глава 14

XIV

«Предельное мерило ценности человека — не то,

как он ведет себя в часы уюта и удобства, а то,

как он держится во времена борьбы и противоречий».
Мартин Лютер Кинг.

- Вяу! – сдавленно воскликнул Пончик из-за моего стула.

Я промолчал, пытаясь продавить в себя комок, возникший в горле. Что это сейчас было?!

Ксюша под пристальным взглядом Всеслава, встала, подошла ко мне и села на соседний стул, выпрямив спину и сложив руки на столе, сосредоточенная и озаряемая внутренним свечением.

Я покосился краем глаза на открытую взору ложбинку между ее грудей. Чуть ниже их, там, где начинался Ксюшин плоский животик, словно живой цветок с красными вкраплениями на лепестках, расцвел отпечаток «Розы Пустыни» невиданной красоты. Не плоская татуировка, а такая себе, слегка объемная и выпуклая аппликация из живой цветной блестящей кожи.

- Здравствуй Кссенишшаль! Рад знакомству! А вы чего притихли? – подозрительно поинтересовался, ставший прежним Всеслав.

- Да уж! Всем знакомствам – знакомство! – подтвердил Пончик, выбираясь из-за стула и подходя к нему.

- Ты о чем? – еще подозрительнее поинтересовался Всеслав.

- Ты пять минут делал с Ксюшей что-то непонятное, а потом, наконец-то, решил познакомиться? – Пончик испытующе уставился на него своими оранжевыми глазищами.

- Ты о чем?! – еще раз не понимающе переспросил Всеслав. – Она же только что вошла!

- Да-а… - Пончик обернулся к нам. – Ксюша! Что это было?

- Не знаю… - немного помолчав, призналась она, посмотрев на нас ясным спокойным взглядом.

- О чем ты говоришь? – настойчиво спросил Всеслав. – Что вообще происходит?

- Вот и нам интересно! – подтвердил Пончик, зачем-то подозрительно нюхнув воздух. – Она стоит на коленях, ты ее благословляешь, тройные бесконечные радуги на лбу ей рисуешь, шипишь что-то непонятное, потом она шаровую молнию в себя запихивает… И ты еще нас спрашиваешь, что происходит?!

- Ну, это уже, ни в какие ворота! – возмутился Всеслав. – Вы что, издеваетесь? Или заранее сговорились меня идиотом выставить? Зачем?

- Ты что, действительно ничего не помнишь? – неподдельно удивился я.

- Бред какой-то! – сделал вывод Всеслав, прислушиваясь к своим ощущениям. – Устал почему-то как собака. Словно вагон угля разгрузил. Вы точно не разыгрываете? Я в отключке что-то делал?

- Может, Ксюша объяснит, что произошло? – я посмотрел на нее.

- Я не знаю… - повторила она. – Помню только как спустилась вниз и ты попросил снять накидку. А потом вдруг, - я сижу за столом, а вы о чем-то спорите!

- А это тогда откуда? - я скосил глаза в разрез Ксюшиного платья, где на солнечном сплетении, вместе с нею мерно дышала «Роза Пустыни».

Ксюша посмотрела в направлении моего взгляда и замерла.

- Искра! – она подняла на меня полные недоумения глаза. - Инициация… Я думала, это невозможно! А Спектралии, оказывается, не врали!

- О чем не врали? – встрял Пончик.

- Я теперь Истинная! – непонятно объяснила Ксюша. – А у дактили снова появилась надежда!

- Надежда на что?

- На возрождение! – эмоционально воскликнула она, радостно блестя глазами. – Истинные Драконы возвращаются! Понимаешь?!

Я пока ничего не понимал. Какие Истинные? Каким образом в это все вписался Всеслав? Я помнил, о чем мне рассказывал Массишшим, но никак не мог увязать его историю о первом Короле с сидящей рядом Ксюшой. Тот был рожден драконом но, так и не пройдя инициации, им не стал.

- Ксюша, я ничего не понимаю! – признался я.

- И я! – поддакнул Пончик.

- И я! – добавил Всеслав, нахмурившись. – Может быть, объяснишь, что тут, елки-палки, произошло?

- Я прошла небесную часть инициации, - тихо сообщила она. – Это все, что я знаю!

- Что это значит? – Всеслав посмурнел еще больше. – Их что, несколько? И причем тут я?

- Да! – спокойно подтвердила Ксюша. – Всего их четыре!

- И каждый раз надо в себя огненные шары заталкивать? – полюбопытствовал Пончик.

- Нет! – возразила она. – Первые две происходят сами собою, если дракон рожден в любви, от простого общения с родителями. А еще две, он или проходит, или нет. За последнюю тысячу лет в Ассах такого не случалось ни разу!

Ксюша светилась подобно солнышку. Пончик даже зажмурился, впитывая исходящую от нее волну теплой силы.

- Как говорят наши предания, - рассказывала она, - любой дракон – это не только плод телесной любви родителей, но и крестное дитя Земли и Неба! Он становится полноценным только после того как получит небесное и земное благословение. Небо целует Землю, улыбаясь подруге яркой радугой! Двойная радуга говорит о рождении особо сильного дракона, тройная же, - сообщает о появлении Истинного Дракона!

Небесную инициацию может провести только Небо – Отец Дракон. А земную, Земля – Мать Дракониха. Но я уже сказала, - такого очень давно не было!

- Ничего не понимаю! – еще раз признался Пончик. – Если у меня еще не заехали тангенсы за котангенсы, получается, - ты наша сестра? Если, Небо – Отец – Всеслав, сам не понимая и не помня о том, произвел твою небесную инициацию? Что-то у меня, нули за единицы цепляться начали! Надо срочно перекусить!

Он встал на задние лапы и схватил зубами с блюда на столе целую утку по - пекински.

- Получается, так! – расстроившись, поникла Ксюша. – Или, это еще может быть, кроме отца, любой мужчина в роду, по прямой линии наследования, - дед, прадед…