Бастарды Сибирской Империи 3

Глава 2

Кирилл

Мы вернулись в Академию уже глубокой ночью – нас отвез де Геннин. Менталистка сопела на заднем сиденье, да и весь студенческий городок давно спал, так что прощание вышло коротким.

– Спокойной ночи, Герман, – сказала Лиза, кутаясь в белое меховое манто. – Вечер пошел не по плану, но было очень интересно. Предлагаю повторить!

– Да, выбирать вам наряды было весело… но полицейский наряд, пожалуй, был лишним, – пошутил аристократ. – Спокойной ночи, Лиза. И вам… Кирилл.

Перед тем, как назвать мое имя, де Геннин слегка сбился – явно хотел обратиться более строго, по фамилии. Но Лизу-то он звал по имени, да и последние события вынуждали перейти на более дружественный тон.

По идее, мне тоже стоило переступить через себя. Я сам не мог объяснить себе, чем мне так не понравился этот аристократ. Он хорошо держался в обществе и в будущем обещал стать сильным игроком – идеальное знакомство для нас Лизой, первые полезные связи. Наверное, стоило признать, что все дело в банальной ревности: даже в шутку, даже для Лизиного развлечения я не хотел отдавать этому франту свою “сестрицу”.

В итоге, так и не сумев преодолеть необъяснимую неприязнь к этому человеку, я все-таки принципиально обратился, как положено по этикету:

– Спокойной ночи, господин де Геннин.

Тот хмыкнул, что-то нажал, и дверцы-крылья опустились, загерметизировав кабину. Через пару секунд автомобиль с ревом артефактных двигателей уже взмыл в небо.

– Де Геннин, опять?! Жалобу напишу проректору! – раздался над пустынным студгородком возмущенный крик коменданта. Старик ради такого дела даже высунулся в форточку. Причем он будто специально выждал, пока позер-аристократ улетит, прежде чем высказаться в его адрес.

Нас он, к счастью, то ли не заметил, то ли решил проигнорировать. Комендантского часа тут явно не было или же он не соблюдался, так что мы с Лизой просто тихо пошли в сторону общежития.

Почему-то между нами возникла неловкость, и я не знал, как ее преодолеть. Но решил, что как мужчина должен начать разговор первым:

– Ну как свидание? – спросил я. – Удалось?

– Не очень. Из Машки вышла слишком хорошая дуэнья: всю малину испортила, – сказала Лиза и тут же вернула шпильку: – А твое?

– Прекрасно, – ответил я. – Чуть сердце не разорвалось от избытка чувств – там, на набережной, а так прекрасно.

Где-то секунду мы еще шли молча, а потом синхронно негромко рассмеялись, выпуская избыток эмоций.

– Платье достойное, очень тебе идет, – похвалил я, отсмеявшись. – Только ты его носить не умеешь: спину держишь слишком свободно и походка “мужская”. В таких нарядах полагается “плыть”, а не подскакивать на каждом шагу.

– Ну нет, ансамбль “Березка” – это не мое, – фыркнула Лиза. – Сам “плавай”, если тебе нравится. Я не собираюсь подстраиваться под чужие вкусы – у меня свой есть. Платье классное, согласна. Но это я так – только ради ресторана надела. А вообще Машка мне там еще несколько полубрючных костюмов купила бытового назначения.

– Полубрючных? Это как? – не понял я.

– Это когда на девушке брюки, а поверху – еще пол юбки, – пояснила Лиза. – Как плащ, только на попе.

Я попытался представить. Вышло плохо.

– Ничего не понял, но раз аристократы такое носят, то пожалуйста, – сказал я. – И где все это?

Я оглядел подругу, но у нее в руках была только крошечная сумочка – явно для красоты, в комплект к платью.

– Завтра к вечеру должны привезти в общагу, – сказала Лиза. – Герман считает, что носить вещи без подгонки по фигуре могут только деревенщины.

– Ну, ты осторожнее, – предупредил я. – Не стоит быть слишком в долгу у аристократов. Неизвестно, удастся ли когда-нибудь этот долг возместить. От слишком дорогих подарков лучше сразу отказаться.

– Согласна, – кивнула Лиза. – От ювелирки я, кстати, отказалась, хотя Машка предлагала. Дружба дружбой, а брюлики – это уже какая-то другая категория.

– Рад, что ты это понимаешь, – я почувствовал, как у меня на душе стало немножечко легче.

Все-таки, не такая уж Лиза легкомысленная, и женская интуиция, подсказывающая, где ни к чему не обязывающие подарки, а где уже начинается моральный долг, у нее присутствовала.

– А что насчет тебя? – вдруг посерьезнела Лиза. – Что это было – там, на набережной?

Я остановился, не пройдя и половины лестницы в общагу, и повернулся к подруге. Стоит ли признаваться? А если признаваться, то насколько глубоко?

Но все же решил, что Лиза достаточно хороший друг, чтобы ничего от нее не скрывать, так что начал рассказывать:

– Да еще один кусок памяти пробудился. Я вспомнил, почему при наличии большого резерва никогда не был сильным адептом. Я маг воды – природник, или стихийник, как нас еще называют.

– Так ведь это хорошо! – сказала Лиза, но, увидев мое выражение лица, уточнила: – Или не очень?

– И то, и другое, – подумав, сказал я. – Это редкий Дар, можно сказать, уникальный. И он по большей части душевный, от характеристик тела почти не зависит. В теории я могу управлять водой – стихией, которая не слушается других магов.

– Но есть какое-то “но”? – уточнила Лиза.

– Есть, – кивнул я. – Порталы мне тоже доступны. Из-за этого у меня конфликт стихий: я сам себе мешаю колдовать. Хотя резерв и правда большой. Но с точки зрения местных я крайне слабый адепт, фактически профнепригодный.

– Погоди, – Лиза подняла руку. – Но этот профессор же сегодня вещал, что вся магия одинаковая по своей сути, и надо только понять принцип, как тебе откроется сразу все: и огонь, и холод, и яды, и может быть даже ментал.

– Так я ж тебе говорю: эти профессора – недоучки, чьи головы вместо азов напичканы местными дремучими заблуждениями, – с жаром сказал я. – Да, они довольно подробно исследовали определенный раздел магической науки. А все остальное будто намеренно игнорируют.

– И что, сильно много выпускают? – уточнила Лиза.

– Ну… – я задумался, подбирая аналогию. – Скажи, ты бы много выводов сделала о всей фауне, если бы тебе дали изучить только червей?