Белая ворона. Черная овечка.

Глава 17

Вскоре на траву перед эльфийском королем выступил человек-бородач. И принялся говорить, бурно жестикулируя пухлыми руками.

Ги’йиф не понимала ни слова. От живших в племени рабов-людей она научилась только нескольким человеческим ругательствам. Никакими другими знаниями с шакараф они делиться не пожелали, предпочитая пресмыкаться перед настоящими орками и игнорировать не имеющих силы.

Человеческие послы ругательств в свою речь не вставляли, так что зацепиться за знакомые слова не удавалось. Речь их была монотонной, эльфийский король столь же монотонно и одобрительно кивал.

Потом вперед выступила пара молодых человеческих женщин. На удивление бедно одетых - ткань, которой они задрапировали свои тела, просвечивала почти насквозь. Это сколько же лет нужно носить вещь, чтобы она так протерлась? На вытянутых руках каждая держала по маленькому резному сундучку.  Бородач с энтузиазмом принялся открывать сундучки и многословно расхваливать их содержимое. Продает? Дарит? Просит что-то взамен? Что в сундуках-то? Вкусное?

Любопытство призывало Ги’йиф к немедленным действиям. Она принялась крутить головой в поисках источника информации. Не без труда ей удалось отыскать в толпе знакомые лица. Обрадовавшись, она поторопилась пробраться к паре эльфов и нежно обняла их со спины. Правая рука легла на плечо Зиатагани, левая - на кудрявую голову Дии. Волосы оказались такие мягкие!

Оба вздрогнули и расширившимися от ужаса глазами уставились на скалящуюся орчанку.

- Что в сундуках? - громогласным шепотом поинтересовалась Ги’йиф.

Эльфы вздрогнули снова.

- Подарки от человеческих послов, - наконец выдавил из себя Зиатагани, - драгоценные камни.

- Послы всегда дарят что-нибудь Его Величеству, - с ноткой обиды в голосе добавил Дии, пытаясь вывернуться из из рук орчанки. Но та вошла во вкус и уже запустила в мягкие кудряшки обе руки. Зиатагани, вновь обретя свободу, торопливо отступил от них на несколько шагов.

- А я же тоже что-то вроде посла, - внезапно дернулась Ги’йиф, заставив Дии ойкнуть.

Глядя, как пара длинных золотистых волосков падает на траву, Дии с мстительным удовольствием заметил:

- Вам действительно не помешало сделать Его Величеству подарок. Что вы подготовили?

Ги’йиф еще пару мгновений покрутила в пальцах мягкий локон и с разочарованным вздохом выпустила его из рук. Вместо этого она пристроила подбородок на макушку Дии и задумалась. Если положено делать подарки, значит надо обязательно что-то подарить. Она же не ссориться с эльфами приехала. Но что? Красивой одежды у нее не было и нет. Золота и блестящих камней, на которые в городах обменивают товары, у нее тоже никогда не водилось. Забрать с собой из поселения кого-нибудь из рабов ей не предлагали. Оружие - нож - отобрала сероволосая служанка.  Остается только еда, добыча. Но и еды у орчанки не было.

Выходило, что подарить королю совершенно нечего. Впрочем, еда… не съест, так хоть поиграется…

- А где мясо? - спросила она у Дии. Ущипнула того за бок, чтобы наверняка привлечь внимание, - ты же не сожрал мясо?

Эльф моргнул, но ничего не ответил. Не понял значит.

 - Вот такого размера, белая шерсть. Толстые лапы. На два раза закусить.

Дии ткнул пальцем в Шииху и Никани, оказавшихся в другом конце зала. Собачонка действительно была с ними. Все такая же пухлая и лохматая. Вероятно эльфы так и таскали ее весь день с собой, передавали из рук на руки, не придумав как от нее избавиться. 

Одобрительно хмыкнув, Ги’йиф двинулась вперед. Окружающие очень вежливо и поспешно освободили ей путь, так что не заметить ее приближение у эльфов не было никакого шанса. Вскоре добыча вновь оказалась в крепких орочьих объятиях. Псина жалобно скулила и вырывалась, но избежать своей участи не могла.

Орчанка вновь направилась к трону-дереву. Во второй раз проделать этот путь оказалось уже не так страшно. Бородач, заливавшийся соловьем, заткнулся, когда по левую руку от него возникла орчанка. 

Держа собачонку за шкирку, она протянула ее эльфийскому королю. Тот, вероятно от неожиданности, собаку взял. Тонкие пальцы мимоходом пробежались по белой шерсти.

- Подарок Вашему Величеству, - пояснила Ги’йиф, даже не пытаясь изобразить поклон. При виде зеленых глаз у нее в голове сразу все перепуталось, и она смогла выдавить из себя только, - приятного аппетита!

Пока все окружающие пребывали в ступоре, к королю подскочил Альнир. Он выглядел очень взволнованным, кажется даже волосы у него на затылке стояли дыбом. Он быстро поклонился своему правителю и забрал у него собаку, держа ее перед собой на вытянутых руках. Бросив на Ги’йиф странный взгляд, он стремильно покинул зал.

Эльфийский король расплылся в улыбке. Кажется, его происходящее даже позабавило.

- Мы сделаем тебе ответный подарок этим вечером, - пообещал он орчанке. После чего объявил об окончании приема, развернулся и растворился в листве. Где-то за деревом хлопнула дверь.

Прочие эльфы направились к другому выходу, на ходу переговариваясь друг с другом. Ги’йиф присоединилась к потоку и вскоре оказалась в коридоре. 

Чтобы вернуться в свою комнату ей была необходима помощь служанки, та что Ги’йиф принялась высматривать ее среди снующих туда-сюда эльфов.

Нашлась женщина совсем неподалеку, в пустом алькове за поворотом. К удивлению Ги’йиф, рядом со служанкой обнаружился и спешно покинувший зал Альнир. Он был похож на дикого зверя, запертого в клетке - метался в ограниченно пространстве алькова из стороны в сторону. Собаку он теперь держал под мышкой, и толстенькие лапки ее жалко болтались, когда эльф делал очередной разворот на месте.

Выражение лица его не на шутку напугало Ги’йиф. Аку говорил ей, что эльфы не умеют злиться, врать, ненавидеть или завидовать. То, что увидела орчанка на прекрасном лице могло быть только злостью. И сочетание эльфийской красоты с этой сильной эмоцией пугало куда больше, чем откровенная враждебность, которой то и дело одаривали Ги’йиф соплеменники.