Беременна по приказу дракона

Глава 11

Омут доставил нас к далёкому Зелёному побережью и пролился нескончаемым потоком к самым небесам, отгораживая нас от всего мира непроницаемой стеной, пока мы поднимались на самую высокую гору в мире: Алмазный Пик.

Ни разу ещё нога смертного не касалась алмазной вершины – здесь, в самой высокой точке земной тверди простиралась граница между мирами: миром смертных и Небесным Миром, Скайлока, вотчиной эйлеоров.

Дочка тихо посапывала у моей груди.

Самая красивая девочка в мире, сказал Ланкеш, и я была полностью согласна с мужем.

Когда я спросила его, какое имя он хотел бы дать дочери, Ланкеш задумчиво ответил:

- Йеннифер… Так звали Деву Северных Земель в древних былинах. Север подарил мне вас с дочерью. Подарил миру это чудо: последнюю многоликую. Пусть имя её будет Йеннифер.

- Красивое имя, - ответила я, думая, что сама никогда бы не придумала ничего лучше.

Когда мы достигли алмазной вершины, пришёл мой черёд звать.

Эйлеоры не откликнутся за зов простого смертного, даже нага. Но они услышат многоликую. Даже ту, что утратила свою природу.

Передав спящую Йеннифер мужу, я простёрла руки к небу и запела.

Я пела, вкладывая в свою песню всю любовь и надежду, на которую была способна. Вкладывая мольбу о помощи и в то же время отстаивая самое первое и главное право своего ребёнка: право на жизнь.

Песня лилась, струилась потоком белого света, связывая сияющим столпом два мира: земной и небесный.

Допев, я вернулась к Ланкешу с дочкой, устраиваясь на кольцах его хвоста.

Это трудно выразить, описать, но твёрдое ощущение того, что мы всё делаем правильно, не позволяло горечи предстоящей разлуки завладеть моим сердцем целиком. В наполненных синевой глазах Ланкеша я также читала решимость и готовность.

- Ты так и не сказала, лирэль, - тихо сказал муж. - Почему эйлеоры примут нашу дочь?

- Они примут последнюю многоликую, - уверенно ответила я. – Наши народы связаны родством.

- Согласно легендам о вас, первая мистѝк пришла в наш мир с неба...

- Да. Первая из нас была эйлеором. Дочерью небес. Ребёнком иного мира, где нет зла. Нет зависти, корысти, ревности, борьбы за власть… Она знала, на что шла. Знала, как противно зло и насилие её природе, как знала и то, что не сможет противостоять при случае... И всё равно она сошла с неба, надеясь дать земным обитателям неизмеримо большее, нежели их привычные ценности. И… мы знаем, чем это закончилось.

- Не говори так, - покачал головой муж. – Не зря эпоха, когда мистѝк жили на земле, звалась Золотым Временем.

- Не зря, - согласилась я. – Но теперь всё возвращается на круги своя.      

Они спустились с неба.

Их было много.

И не видела земная твердь зрелища прекраснее, чем спускающиеся с небес эйлеоры.

Горящие изумрудным огнём глаза, сотни прозрачных крыльев за изящными спинами… Радужное сияние от полупрозрачных тел, которые, чем ниже, тем прозрачнее становились. Очертания стройных ног лишь намёком угадывались в воздухе…