Боярин Воеводин, или чересчур громкий Тишайший

Глава 14.

К его трону подошли двое, очень похожих людей. Сразу видно, что братья. Только один постарше Руперта, с короткими волосами и аккуратно подстриженной бородкой. Поддерживает под руку даму, в возрасте, но не старую, одета богато, но непривычно. Платье тяжелой парчи, декольте нет, воротник под горло. Весь верх богато отделан мехом. Меховые обшлага, верхняя юбка короче нижней и тоже подбита мехом, на плечах богатая меховая горжетка. Большие, голубые глаза. Волос не видно, они убраны под невиданный головной убор вроде чепчика, но тоже из богатой ткани, надо лбом золотая с жемчугом сетка. Интересно!

Оба брата отвесили положенный поклон, дама присела в реверансе. Совсем по-европейски! Карл дружески кивнул кузену, ожидая его объяснений.

- Ваше Величество, кузен, позвольте представить вам моего старшего брата, Генриха-Фредерика, ныне подданного русского царя. Официально он будет представлять своего Государя, на коронации вас, Карл, но, поскольку мы родственники, я решил представить его вам не официально. Так же, как и его очаровательную супругу.

- Неожиданно. Насколько нам известно, кузен, ваш старший брат сейчас возглавляет возвращенное ему курфюршество. И я его знаю лично. Кто же ваш спутник?

- Простите, Ваше Величество, – прозвучал ответ уже старшего брата, на безупречном английском, – курфюрстом остатков нашего наследства действительно стал Карл-Людвиг, второй по старшинству, так как официально я в Европе числюсь умершим, утонувшим. Но утопил себя я сам, разыграв представление с помощью своего друга, Вильгельма-Фредерика, ныне штатгальтера Фрисландии. Это помогло мне сбежать из дома, от отца. Как видите, я осел в России и принял подданство Его Величества, царя Московского, женился, и сейчас являюсь главой Посольского приказа России. Государь решил, что именно я должен возглавить посольство с поздравлениями Вашему Величеству по случаю возвращения на родительский престол. Официально все поздравления и грамоты я передам на приеме в честь вашей коронации. Сегодня же Руперт убедил меня представиться вам не официально, как он сказал, по-родственному!

- Признаюсь, я удивлен вашей историей, надеюсь, вы сможете рассказать ее мне в более приватной обстановке, допустим, сегодня за ужином. Вы не смогли бы перевести мое приглашение и вашей очаровательной супруге. Признаюсь, мы никогда не встречали столь знатных русских дам!

- Благодарю за заботу, Ваше Величество – неожиданно раздался голос самой дамы – но в переводе нет необходимости. Я владею английским чуть хуже, чем мой супруг, для которого он почти родной, но вполне достаточно, что бы понять ваше приглашение. И поблагодарить вас за него. – Произнеся эту фразу Настя вновь вежливо присела в реверансе.

- Не ожидал! – воскликнул Карл, – теперь я буду ждать ужина с еще большим нетерпением!

Трио гостей еще раз поклонилось и отошло от тронного возвышения. Карл задумался. Дама оказалась далеко не дикаркой, несмотря на необычный наряд и головной убор. И общаться с ней будет проще. Он смерил располневшую фигуру фаворитки с видимым неудовольствием. У Барбары никогда не хватало такта покинуть двор во-время, пока можно не демонстрировать свое чрево. Раздражает. Сидит тут, караулит, как собачонка доставшуюся ей кость. Беспокоится за свое место. Надо как-нибудь намекнуть ей, что беременной не место при дворе, пусть едет в деревню. Кстати, где ее кузен Бекингем? Вот кто поможет убрать ее с его глаз! А он проверит, так ли добродетельны жительницы России, как ему рассказывали бывшие наемники, воевавшие для Русского царя. Дама, конечно, уже не первой молодости, но красива и умна. Рискнем. Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Мысли у короля перед ужином были нескромными и предвкушающими. Так что, по окончанию приема, он приказал накрыть ему на четверых, в малой столовой

Ужин прошел в атмосфере дружеской и непринужденной. Все же за одним столом собрались довольно близкие родстваенники. Желая узнать побольше о так привлекшей его внимание женщине, он продолжил расспросы, как удалось сбежавшему принцу, без особых навыков в жизни так хорошо устроиться в чужой стране. И с удивлением узнал о привилегии, данной монархом роду Воеводиных, передавать наследство и фамилию только по женской линии.

- Простите за расспросы, просто все это похоже на увлекательный роман! Как родовитый князь мог позволить дочери выйти замуж за человека без роду, без имущества, без имени. Согласитесь, это странно даже для девушки, являющейся независимой наследницей!

- Все просто, Ваше Величество, меня сватал, то есть, предлагал жениха по русским обычаем, сам государь Михаил. Царям не отказывают.

- Неужели сам царь нисходил до обязанностей свата?

- Но вы же, Ваше Величество, отдаете приказ своим придворным жениться на той, или иной девице.

- Но, простите, обычно это происходит, если я хочу узаконить положение, простите меня, вы дама уже взрослая, последствия не совсем законной любви! Неужели…

Фред слегка побагровел. Руперт успокаивающе положил руку ему на плечо. Ответила Настя.

- О нет, государь Михаил всегда был верен своей супруге. Просто, он был очень близок к нашей семье. Мой покойный отец был его названным братом, побратимом, если вы знаете, что это значит. А мои мама и бабушка в свое время спасли их обоих. Они обе были умелыми травницами. Так что в детстве я звала государя «дядя Миша». Ему понравился Фред, он поверил в его историю, тем более, у него было с собой письма и его матери, и Вильгельма-Фредерика, подтверждающие его правдивость. А мне было трудно подобрать кого-то равного в России. После смуты многие рода оскудели. А оба моих родителя из очень древних и славных родов. Отец – природный князь, то есть, рожденный в княжеской семье, ведущей свой род от знаменитого Рюрика, которого русичи призвали княжить в своем государстве, защищать его от врагов. А призывали его в том числе, и мои предки, уже тогда бывшие аристократами на Руси. Так что, когда я обратилась к нему с просьбой, объяснив, что люблю Фредерика, то он не мог мне отказать. Конечно, условием было принятие подданства царя, и, естественно, смена веры на Православие. Фред понял все и не стал возражать.