Боярин Воеводин, или чересчур громкий Тишайший

глава 15.

К удивлению Фреда вопрос компаньонки решился быстро. В особняке, купленном Рупертом для матери на деньги, выделенные парламентом, хозяйничала ее же старая экономка, служившая у Елизаветы почти с первых дней ее переезда в Гаагу с семьей. Почтенная вдова, из родовитой семьи, помогала бежавшей от войны семье наладить быт в незнакомой стране. Фреда она помнила хорошо, хозяйка давно посвятила ее в то, что он жив. Что утопление было разыграно, что бы прикрыть его побег. Узнав, что надо составить компанию жене Генриха-Фредерика на аудиенции у Карла, известного своей любовью к женскому полу, она покачала головой, но согласилась. Настя сразу покорила ее сердце. Она видела взаимную любовь супругов, а еще Настя хорошо знала Голландский, и почтенная фрау Ван Гюлленброк с радостью могла говорить с ней на ее родном языке. Они так и условились, что если потребуется, то в присутствии короля будут общаться по-голландски. Как уверял Руперт, Карл, хоть и жил какое-то время в Голландии, но язык не выучил. Старая женщина попеняла Фреду, что зря он посылает жену к известному волоките и развратнику, но тут возразила сама Настя, что она жена дипломата и должна помогать мужу. И что у нее есть, чем остановить чересчур пылкого поклонника. Накануне визита Фред все-таки напомнил жене о недопустимости использования магии. Настя заверила, что все помнит, и магию напрямую применять не будет.

- «Только если кое-что из арсенала отца, то, чему он обучил меня, в последние годы, втайне от всех, даже от мамы»!

Так что, настроившись на разговор, она вместе с компаньонкой отбыла во дворец. Карл принял даму в малой гостиной, находящийся рядом с кабинетом. Приказал слугам накрыть на столике все для чая и легкие закуски, подать сладкое вино. Настя представила свою спутницу. От вина Настя отказалась, чашку с чаем приняла. Английские блюда казались ей невкусными, поэтому она предпочла простое сухое печенье. Медленно попивая чай, она бросала на собеседника изучающие взгляды из-под ресниц. Почему его считают самым большим развратником в стране? Откровенно некрасив. Длинный, мясистый нос, явно наследие его деда, Генриха IV, тоже большого любителя женского пола. Кожа смуглая, черты лица резкие. Хороши только глаза, черные с поволокой. Чем он привлекал дам, когда не был королем? Наверное, образом принца в изгнании. Она невольно сравнила его с отцом. Который тоже, до встречи с Анной, примерным поведением не отличался. Но был красавцем, особенно в молодости. Недаром Рубенс приделал его голову своему Адонису. Может, Карл имеет магию? Она незаметно просканировала его. Нет, абсолютный ноль. Хотя, судя по тому, как он ускользал от преследователей, можно было заподозрить в нем мага. Значит, магичить могли его спутники. Он же имел в сторонниках шотландцев, а те, по словам Александра Лесли относились к магии положительно, значит, в его окружении могли быть маги. И еще, больше по привычке, просканировала здоровье. Здоровье хорошее, пока. Так как уже получил малый пинок от Венеры. И если продолжит так же затевать интрижки со всеми без разбора, то рискует быть награжденным и большим. А это на нынешнем уровне медицины пока неизлечимо, как и отцовская чахотка. Дальнейшее молчание становилось неприличным, и она, вытерев кончики пальцев и губы носовым платочком, учтиво спросила:

- Ваше Величество, благодарю за угощение, и хочу узнать, что именно в генеалогии царской семьи вас интересует?

- Но вы же ничего не попробовали? Неужели вам ничего из закусок не пришлось по вкусу?

- Простите, Ваше Величество, но мне не все нравится в английской кухне. Многое для меня непривычно, и вы наверняка пригласили меня, имея желание поговорить, а не накормить!

Карл довольно усмехнулся. Дама проницательна и имеет чувство юмора. Пора приступать к основному блюду. Сперва беседа, что бы притупить ее настороженность, потом он аккуратно пойдет в атаку.

- Просто я хотел бы узнать побольше о прошлой династии. Я никак не выговорю, как она называется. Ведь она правила более 700 лет! Почему же она пресеклась?

- Она называлась Рюриковичи. От имени, или прозвища вождя военной дружины, предположительно норманна, призванного верхушкой племен, живших на северных территориях нынешней России, навести военный порядок на ее торговых путях. Вождь стал князем, осел там же, на севере, основал на реке Волхов крепость, названную Ладога, и расширил поселение у истока этой реки, Новгород. Его потомки завоевали так же город Киев, это гораздо южнее, на реке Днепр, брат же сел в городе Полоцке, что на Двине. Таким образом, это семейство контролировало весь так называемый путь «Из варяг в греки», практически, все купеческие караваны, идущие с севера на юг и обратно, постепенно богатея и забирая все больше власти. Наконец, один из ее представителей, захватил всю полноту власти, и решил принять Христианство. Крестился. Крестили его греческие священники, а он уже крестил весь народ. Это было еще до раскола христианства на Западную и Восточную церкви. И все эти 700 лет этот род исполнял роль правителей на Руси. Были и периоды междоусобиц, когда брат шел на брата, но, постепенно произошло возвышение Москвы и ее князей. Они стали Великими князьями, а потом, после того как один из них женился на последней представительнице из рода византийских императоров, приняли титул царя. И стали именоваться «Царь и Великий князь». Но, как это часто бывает, и в истории Англии тоже, род иссяк. Последний царь из династии, Федор, умер бездетным. Династия прервалась. Последовали так называемые выборы нового царя. И власть захватил не прямой потомок Рюрика, но связанный с бывшей династией через брак дворянин, Борис Годунов. Он хотел основать новую династию, но ему не повезло. В его правление случились голодные годы. А он еще развязал войну. Народ был недоволен. Да еще, боясь конкуренции других родов, более близких к угасшей династии, он фактически уничтожил более знатный род, Романовых. Сослал, часть постриг в монахи. Но просчитался. Верные Романовым люди подставили ему самозванца, который представился сыном предпоследнего Рюриковича, считавшегося умершим. Годунов умер, его сына свергли и убили, провозгласили царем самозванца. Началась смута.