Боярин Воеводин, или чересчур громкий Тишайший

Глава 18.

Хорошо быть большим начальником. Отдал приказ, пригласили к нему трех купцов, двух русских, и одного персиянина, что уже ходили посуху в Индию за товаром, а персиянин, так постоянно караваны этой дорогой водил. Поговорили. Переводчик с парси в приказе был, да и персиянин по-русски говорил. Неправильно, но понять можно. Поняв, что по царскому повелению собирают большой караван с охраной, вся троица, дружно напросилась в путешествие вместе с ним. Фред был рад. Ехать вместе с бывалыми людьми, знающими иноземные обычаи проще, на своем опыте убедился, еще по приезду в Россию, много конфузов избежал. А тут не Россия, Восток. И обычаи, и вера другая, да и нравы тоже. Так что спутники помогут избежать ошибок, как в поведении, так и в языке. Восток дело тонкое, тут знание европейского этикета не поможет. Так что согласился. А персиянина обязал научить его основам как парси, так и основного языка Индии, хинди. Только персиянин огорчил, что в Индии народов и наречий много, как и в России, но все же образованные люди предпочитают парси, хинди, или арабский. Тем более, правят в Индии сейчас Великие Моголы, происходящие от печально известного на Руси Чингиз-хана.

Но они до столиц, которых в Индии несколько, не доберутся. Только до северных провинций. До Кашмира. Иначе путешествие на десяток лет растянется. И выезжать сейчас прямо нельзя. Надо в начале марта, что бы Волгу пересечь по льду. Неспокойно сейчас на нижнем течении Волги. Шалят казачьи шайки. Так что проплыть до Астрахани, как надеялся Фред, не удастся. Казачки и на Каспии шалить стали. Так что поедут сухопутным путем. А там после Яика степь голая, в пустыню переходящая. Рек нет, редкие колодцы. В Яицком городке все товары на верблюдов перегружают. Лошади в пустыне груз не выдерживают. Всадника и то с трудом. Так что люди тоже на верблюдах едут. Поэтому пустыню надо весной пересекать, пока жара не настала. Самый сложный участок – до Арал-моря. Потом городки пойдут. Будет где остановиться, отдохнуть, да и поторговать. А зимой в пустыню лучше не соваться. Там тоже снежные бураны бывают, сильные. И осенью не стоит. После лета все выгорело, корма верблюдам не найти. Даже колючек. Да и прибудут они в азиатские ханства зимой. А дальше – горы. Перевалы снегом завалит, придется лета ждать, в ханствах. А там правители. Что им на ум придет, сам Бог не знает. Восток! От воинов местного князька даже с сотней солдат отбиться трудно. Так что ханства лучше ходом проскочить, больше двух дней на отдых не задерживаясь, иначе весь товар на подарки уйдет. На Индию ничего не останется.

Фред опытных людей послушал, отложил отъезд до весны. Алексею доложился, тот одобрил. И велел казачков, как Фред рассчитывал, в охрану на Яике не нанимать. Брожение у них в последние годы. Слишком много голытьбы из России привалило. Алексей даже правоту Фреда признал, о закреплении крестьян на земле служилых дворян. Бежал народ от притеснений. А у голытьбы, или по-местному, голутвенных казаков, что на Дону, что на Яике, ни кола, ни двора. Живут набегами. А старшины их на это подбивают, и даже снабжают оружием и припасом. В счет части будущей добычи. Так что старшины богатеют, бедняки беднеют. И былого равенства у казаков, как раньше, уже нет. От этого и брожение в народе. Так что царь выделил Фреду 30 стрельцов из своих полков, добровольцев, которым часть выручки пообещали. В оставшееся время Фред их тренировал, а купчины им о басурманских обычаях рассказывали.

Фред появившееся время еще и на семью потратил. Свои дети радовали, учились прилежно. В отсутствии Насти Марфа, наследница, железной рукой правила. Тут был порядок. Можно было спокойно вновь семью оставлять. Мать с дочерью справятся. Неладно было, как всегда, у Константина и Татьяны. Насте Татьяна обрадовалась. На шею бросилась, целый вечер просидела в горнице, жаловалась. Устала. Устала мужицкую работу выполнять, все хозяйство на себе тянуть при муже-лодыре. Получил звание стольника, засел в Москве, в вотчине появляется только вместе с Михаилом, на охоту, на пару недель и все. Крестьяне его в лицо не знают, только ее. Барыней-царевной кличут. Она и суд, и воевода, и управитель. Хотела брату пожаловаться, но пока боится, припомнит ей ее горячее желание замуж выйти. Посчитал, видно, государь, что Константин похож на отца будет. И за таким мужем сестра, как за каменной стеной будет. А все наоборот вышло!

Настя решила переговорить с братом, попросила Фреда пригласить того на обед. Переговорить серьезно. Пригласили в ближайшую субботу, после церковной службы, но опоздали. Грянул гром!

Татьяна поймала мужа на измене.

Она, как обычно пошла в Успенский собор Кремля на заутреню, но в самой середине богослужения вдруг вспомнила, что не предупредила кухарку, чтобы обед готовили только для детей, они с мужем обедают у Воеводиных. Потом решила не возвращаться на службу, пошла в покои, снять верхнюю одежду, а там, как по классике, любимый муж трудится над ее сенной девушкой. Трудится так энергично, с огоньком. Имением бы так занимался! Татьяна не стала унижаться и прерывать столь увлекшее мужа занятие, тихо вышла, вернулась в Кремль, как раз к концу заутрени, и пожаловалась первому встречному, который и оказался ее братом! Государь не стал долго думать, послал доверенных стрельцов в покои княжеские, велев привести к нему зятя в том виде, в каком застанут и вместе с теми, кто с ним рядом был. И Фреду с Настей приглашение отправил. Константина притащили, как был, без порток, только разрешили простыней срам прикрыть, а спутницу его по причине подлого звания совсем голой доставили. Тишайший государь так орал, и с такими выражениями, каких Фред еще и не слыхивал, даже от пьяных конюхов. В общем, собрался выслать распутного зятя в Сибирь, куда Макар телят не гонял. Девку отправил к палачам, что бы плеткой дурь выбили, и потом приказал замуж отдать за вдовца с шестью детьми, самой скверной репутации. Но за мужа неожиданно вступилась Татьяна. Она напомнила брату, что, как верная жена должна за мужем последовать, вместе с детьми. Алексей задумался. Он был набожен, поэтому тему развода даже не упоминал. И тут Фреда осенило. Он предложил, для просветления мозгов взять Константина с собой, в Индию. Только не просто так, а как партнера. Так что пусть с Татьяной посоветуется, товар приготовит, припасы и деньги на дорогу. Так и Костя при деле будет, и на какое-то время из Москвы исчезнет, скандал забудется. И пользу государству принесет. Татьяне тоже мысль пришла в голову хитрая. Она с Алексеем пошепталась, тот хмыкнул весело и спросил у Фреда, когда они ехать собираются.