Брошенная жена Ледяного дракона

16

Эвелина Вейн

Я сижу в беседке у поместья, укутанная с головы до пят в тёплую накидку. На коленях мягкий плед, слегка сползший с одного края. Подтягиваю его обратно, чувствуя, как тепло медленно проникает в озябшие пальцы.

Сегодня редкий солнечный день, когда Ситер сжалилась и позволила спуститься вниз на свежий воздух.

Вокруг тишина, нарушаемая лишь редким скрипом снега, падающего с крыши, и стуком молотка Горда.

Вдыхаю глубоко морозный воздух, и на мгновение кажется, будто вся эта зимняя чистота наполняет меня силой, которой так не хватало в душной комнате.

Взгляд скользит по заснеженному саду. Тут еще столько работы, что даже страшно. Но в моём воображении он уже оживает.

Я достаю из-под пледа блокнот и карандаш. Руки немного дрожат от холода, но мне хочется еще немного пофантазировать. Это помогает отвлечься.

— Опять рисуешь? — раздаётся голос Ситер.

Она появляется из-за кустов, укутанная в толстый шерстяной платок, с корзинкой в руках, в которой свежие булочки, завёрнутые в льняную салфетку, и бутыль с травяным чаем.

— Да, — отвечаю, не отрываясь от листа. — Балуюсь понемногу.

Ситер ставит корзинку на столик, присаживается напротив. Смотрит на мой рисунок, слегка прищурившись.

— Красиво, — говорит она наконец. — Ты всегда умела видеть то, чего нет.

Я улыбаюсь.

С детства я любила представлять, как можно изменить мир вокруг себя. Тогда это были фантазии о волшебных королевствах, теперь же планы по восстановлению поместья.

Ситер наливает мне ароматный чай с нотками мяты, шиповника и ещё каких-то целебных трав, запах которых мгновенно согревает и успокаивает. Она ставит кружку на столик, накрывает её блюдцем, чтобы не остывала.

— Посиди тут, отдохни. Если что — зови.

Я киваю, обхватив кружку ладонями. Тепло проникает в пальцы, медленно растекается по всему телу. Ситер уходит, шурша юбками, а я остаюсь одна наедине с зимним садом, тишиной и горячим настоем.

Тишина относительная. Горд во всю колдует над крышей.

И все же, поражаюсь я его работоспособности.

Делаю маленький глоток терпкого чая. Закрываю глаза на мгновение, наслаждаясь покоем. Но тут…

Скрип колёс.

Резко вскидываю голову. Звук доносится со стороны подъездной аллеи. Сердце подскакивает, замирает, а потом начинает биться часто-часто, как птица в клетке.

Велен?

Вскакиваю, забывая про плед, который падает на снег. Не обращая внимания на холод, спешу к воротам. Руки дрожат, дыхание сбивается.

Подбегаю к кованой решётке, хватаюсь за прутья. Вдали, на фоне белёсого зимнего неба, виднеется силуэт экипажа. Чёрный, массивный, с гербом на дверце. Точно рассмотреть трудно, но вроде бы он мне незнаком.

Экипаж замедляет ход, останавливается у ворот. Дверца открывается, из него выходит мужчина. Высокий, в тёмном плаще, с тростью в руке. Лицо его скрыто тенью от шляпы. Он не смотрит в мою сторону, разговаривает с кучером.

Разочарование холодной волной накрывает меня.

Это не он.

Отпускаю прутья, делаю шаг назад. Ноги вдруг становятся ватными, и я едва не падаю. Прислоняюсь к столбу ворот, закрываю глаза.

— Простите, — слышу голос позади.

Оборачиваюсь. Это тот самый мужчина из экипажа. Он приближается, слегка склоняет голову.

— Я ищу дом госпожи Эвери. Мне сказали, это здесь.

Его голос спокойный, вежливый, но в нём чувствуется властность.

Но я немало удивлена, что кто-то из случайных заезжих помнит эту фамилию.

— Это мой дом, — отвечаю, стараясь скрыть удивление. — Я леди Эвери. Была когда-то. Теперь я — леди Вейн. Чем могу помочь?

Он достаёт из внутреннего кармана письмо, протягивает мне.

— От лорда Вейн. Он просил передать лично в руки.

Сердце снова сжимается. Велен. Имя, которое я так долго ждала услышать. Но почему через кого-то? Почему не сам?

Беру письмо. Пальцы едва слушаются, пока я ломаю печать.

Разворачиваю лист. Строки бегут перед глазами, но смысл доходит не сразу.

Сжимаю письмо в кулаке. Холод пробирает до костей, несмотря на тёплую накидку.

Мужчина наблюдает за мной, не говоря ни слова. Его взгляд спокойный, но внимательный, скользит по мне.

— Что это? — спрашиваю я, поднимая глаза.

Он слегка улыбается.

— Деньги, полагаю.

Мужчина слегка наклоняет голову, и в его глазах мелькает едва уловимая искра огня.

— Простите мою невоспитанность. Забыл представиться. Меня зовут Аэрон Блэкхарт, — произносит он.

Я замираю на мгновение. Имя звучит внушительно и незнакомо.

Понятия не имею, кто это и кем он доводится Велену и можно ли ему доверять.

Киваю.

— Прошу вас, — жестом указываю в сторону дома. — Давайте пройдём внутрь. Здесь слишком холодно для разговоров.

Блэкхарт удивлённо смотрит на солнце и тающий снег, но соглашается без колебаний. Он следует за мной по заснеженной дорожке.

Входим в дом. В холле тепло, пахнет древесным дымом и свежеиспечённым хлебом. Ситер, увидев нас, на секунду замирает, но тут же берёт себя в руки. Кивает гостю, бросает на меня вопросительный взгляд. Я едва заметно качаю головой.

Поговорим позже.

Провожу Аэрона в небольшую гостиную, снимая с себя накидку и перчатки. Огонь в камине уже разожжён, но мне все равно холодно. Указываю на кресло у огня.

— Присаживайтесь. Хотите чаю? Или, может быть, чего‑то покрепче?

— Чай будет в самый раз, — отвечает он, снимая плащ и аккуратно складывая его на подлокотник.

Ситер молча уходит за напитками. Я опускаюсь в кресло напротив Аэрона.

Молчание длится недолго. Не хочу выглядеть отчаявшейся или слишком нетерпеливой.

— Вы давно знаете моего мужа?

Аэрон чуть приподнимает бровь.

— Достаточно давно, чтобы он мог доверить мне это поручение, — отвечает сдержанно. — Он переживает за ваше благополучие и именно поэтому направил вам финансовую поддержку.