Бывшая жена ректора-дракона

Глава 5.

Доктор Нубель моему заявлению нисколько не удивился. Он лишь послал добрую, отеческую улыбку и заверил:

— Не переживайте, Мирель. Ничего страшного не произошло. Главное — вы пришли в себя, а память постепенно восстановится, — он усадил меня обратно на кровать, затем направился к своему саквояжу и выудил оттуда маленький флакончик, который после протянул мне. — Вот, мисс Грейнхард. Это должно помочь.

— А что это? — я повертела пузырёк в пальцах: внутри бултыхалась розоватая прозрачная жидкость.

— Настойка мидены. Хорошо помогает для излечения некоторых недугов, таких как головокружение или стресс после кошмарных сновидений.

— Да, это мне, пожалуй, лишним не будет…

— По паре капель натощак каждый день, — доктор сел рядом и воодушевлённо добавил: — Ваша растерянность вполне закономерна, мисс Грейнхард. Если будет наблюдаться некоторая путаница в первые дни, то ничего страшного. Уверен, ваши домочадцы непременно помогут вам вспомнить основные события.

— А я вот не уверена что-то… — пробормотала я, уже достаточно наглядевшись на остальных Грейнхардов, чтобы сделать собственные выводы на их счёт.

— Мирель, они просто в сильном потрясении, — попытался переубедить меня доктор Нубель. — С самого первого дня, как вы слегли в трагический сон, они были уверены, что не стоит рассчитывать на улучшение. И это чистая правда. Ваше выздоровление не могло не взволновать. Однако пройдёт совсем немного времени, и всё уляжется.

Доктор говорил вполне убедительно. Вот только он не знал самого главного: что я — никакая не Мирель Грейнхард, а Мария Верескова, и из родственников у меня только дочь, Светочка. Последнее, что я помню, — разговор с ней. Неприятный разговор, ужасающий. Должно быть, после я потеряла сознание или даже случился удар, или…

Сердце у меня в тот момент так жестоко сжалось, что никакими словами не описать эту боль. Да я её почти и не ощутила — другая боль, душевная, перекрыла всё остальное. Но на сердце я впрямь в последнее время жаловалась. Даже проводила обследования. Мне посоветовали есть побольше овощей и поменьше волноваться.

— А то ведь, знаете, Мария Сергеевна, — сказала мне тогда врач из городской поликлиники, — в вашем возрасте всяко случиться может. Не будете себя беречь — ещё инфаркт, не дай бог, заработаете…

А что, если именно его я и заработала?..

Последний месяц пахала как проклятая. Кассирша у нас одна заболела, так я половину смен её взяла. И потому что немного у нас кассиров осталось, и потому что надеялась побольше денег заработать. Деньги-то лишними не бывают. Да и знала, что Светочке иногда надо помогать выплачивать ипотеку. Она молодая — других трат хватает. А мне вроде и нетрудно было…

Пока не поняла вдруг, что Светочка не больно-то ценит мои старания. Никаких особых почестей я не просила. Я бы, может, и на Новый Год её спокойно отпустила гулять, хоть с подружками, хоть ещё с кем угодно. Если бы она заранее предупредила, если бы не бросила меня вот так вот за пару часов до боя курантов. В таком состоянии со мной и случилась вся эта странность. Накрыло меня горем, и провалилась я…

Как там доктор Нубель сказал? Трагический сон. Правда, очнулась почему-то уже не сама собой, а совсем другим человеком.

Что же получается, теперь мне жить вот так?.. Не в своём теле, не своём месте, не со своим именем, с чужими людьми, которые, кажется, ту самую Мирель прямо-таки недолюбливали…

— Всё будет хорошо, — пообещал на прощание доктор Нубель, улыбнулся, забрал свой саквояж и ушёл.

А я осталась. Ещё раз подробно оглядела комнату: теперь она казалась и знакомой, и незнакомой одновременно. Я как будто-то бы знала, что, если открыть неприметную дверь слева, откроется чулан, где хранятся разные личные вещи, а если основную дверь справа — попадёшь в длинный коридор с зелёными полосатыми обоями.

Откуда я всё это могла знать? Может, просто воображение дорисовало?..

Раздался стук в ту дверь, о которой я как раз думала, и сразу же открылась. Я успела разглядеть кусочек противоположной стены: и точно — зелёные полосатые обои.

— Мисс Грейнхард, — вошла немолодая сонного вида женщина, держа какую-то длинную чёрную ткань на сгибе локтя. Учитывая её характерный вид, можно было предположить, что она служанка. И ещё почему-то представилось, что ей бы подошло имя Сессилия. — Господин и госпожа Грейнхард желают вас видеть. Они просили меня помочь вам одеться к столу.

— Да, одеться было бы неплохо… — пробормотала я, разглядывая свою ночнушку.

— Я подготовила для вас платье, — она продемонстрировала свою ношу, развернув передо мной. — Прошу. Давайте поспешим. Господин и госпожа Грейнхард не любят ждать.

— Два года ждали и ещё пару минут подождут, — прокряхтела я, снова неловко сползая с кровати.

— Не советую вам сейчас пререкаться с ними, мисс Грейнхард, — заявила служанка, подойдя ко мне. — Они не в лучшем расположении духа.

— Да я уже догадалась, что не прыгают от восторга. За что же они так на меня взъелись?

У женщины слегка приподнялись тонкие брови:

— Полагаю, из-за произошедшего… Ну, перед тем… Впрочем, это не моё дело, — она резко замолчала.

Я поняла, что служанка вряд ли станет откровенничать со мной. Судя по плотно сжатым губам, она давно привыкла держать рот на замке.

Когда платье наконец оказалось на мне, я решилась глянуть на себя в зеркало. Наряд выглядел довольно траурным и безликим. Но не это меня занимало сейчас. Я смотрела на своё лицо — точнее, на лицо мисс Грейнхард, Мирель. Именно она очутилась в отражении, как только я подошла к зеркалу.

Мирель Грейнхард оказалась невысокой хрупкой девушкой с тёмными волосами и ужасно бледным лицом. Оттого весь её образ казался черно-белым, если бы не большие зелёные глаза, широко распахнутые от удивления. Но удивлялась не мисс Грейнхард — сейчас удивлялась я, пытаясь осознать то, что уже было почти очевидным: каким-то образом меня перенесло в другое тело, да и, кажется, вообще в другой мир. И я совсем ничего не знала ни об этом мире, ни о том, почему Мирель так все презирают. Кому и чем могло навредить это юное создание с невинным личиком? Особенно, если учесть, что последние два года она провалялась без движения в трагическом сне?..