Бывшие. Больше не отпущу

Пролог

Метель за окном разыгралась нешуточная. Снег накрыл деревья и дома тяжёлой шапкой. Здание общежития дрожит от ветра.

Ветер завывает и нещадно дует через щели между рамами. В коридоре гремят двери, пахнет тошнотворной смесью лапши, хлорки и копчёной рыбы.

Но это всё там, за дверью, за пределами моего маленького мира. Здесь у меня тепло, тихо, почти уютно.

Я сижу на подоконнике, кутаюсь в вязаный свитер, пью растворимый кофе из кружки с отбитым краем и читаю конспекты по патанатомии. Зачёт вот уже на следующей неделе.

Временами бросаю взгляд на серый двор и пятно света от ближайшего фонаря. И глупо улыбаюсь собственным мыслям.

В окне замечаю отражение зашедшего мужчины. Прикусываю губу и просто любуюсь им.

Он волосы полотенцем сушит. Стоит в центре маленькой комнаты. Высоченный, здоровый, брутальный мужчина. Совершенно не смотрится в этой скудной обстановке.

Поворачиваю голову и теперь любуюсь им без препятствий. Тяжёлые капли воды, срываясь, скользят по смуглой коже и пропадают под махровой материей.

Отбросив полотенце на спинку стула, он поднимает голову и ловит мой взгляд. Улыбается, одним взглядом плавит мои рецепторы. Двигается словно хищник к добыче. Плавно пересекает расстояние. Даёт мне возможность сбежать. Хотя я понимаю, что далеко не убегу, максимум — до скрипучей кровати.

Он — моё безумие. Моё наваждение. И с ним я забываю обо всём на свете. Вот и сейчас, стоит ему подойти ближе, сердце колотится неестественно быстро. И жар наполняет каждую клеточку.

Широкая ладонь ложится на талию, во мне это прикосновение отзывается мгновенно. Дыхание учащается.

Рывок — и вот уже я прижата к его каменному телу. Так легко и непринуждённо. Оплетаю торс ногами. Обнимаю за шею.

— Замёрз, — замечаю, ощущая вместо тепла прохладу кожи.

— Согреешь? — хрипло отвечает и кусает нижнюю губу, поглаживая пальцем поясницу и заставляя выгибаться.

— Я подумаю над вашим предложением, — отшучиваюсь и прижимаюсь к его губам в быстром поцелуе.

На этом моя инициатива заканчивается. Потому что мужчина берёт всё в свои руки. Сминает губы. Жадно, с голодом.

— Соскучился, Светлячок, — урчит, не прерывая поцелуй.

Во мне всё отзывается звенящей радостью. Маленьким женским счастьем. Мы не виделись всего полдня. Я училась, он ждал меня в комнате.

Тянет свитер наверх, желая добраться до моего тела. Но я прерываю его.

— Мне нужно подготовиться к зачёту, — хнычу, сама сейчас хочу поддаться этой страсти.

Нехотя отстраняется, шумно выдыхает и прикрывает глаза. Глажу по лицу, насмотреться не могу на него.

— Ты поела? — спрашивает, взяв себя в руки, и продолжает удерживать на весу.

— Кофе только попила с подружками. Сейчас что-нибудь приготовлю.

— Учись, я сам займусь ужином, — выпустив меня, идёт к своей одежде. — И не сиди на подоконнике. Невралгию заработаешь.

— Цербер, — закатив глаза, фыркаю и поправляю свитер.

Он жарит картошку в общем блоке. Я стараюсь занять себя учёбой. Только в облаках витаю и гашу порывы выскочить к нему.

Не выдержав, всё же выхожу из комнаты. Чайник ставлю. Верчусь в маленькой кухонной зоне. Мужчина не комментирует, часто зажимает, касается, в макушку целует.

Мы едим прямо из сковороды, сидя за маленьким столом. Я рассказываю ему, как прошёл день. Последние новости, свои страхи по поводу зачётов и экзаменов.

Он слушает внимательно. Успокаивает и подбадривает. Иногда порыкивает. Но к его рычаниям я уже привыкла и даже научилась их гасить.

— Мне письмо пришло, — вспоминаю, что хотела ещё рассказать. — Мою заявку отправили на рассмотрение.

— Какую заявку? — Миша сидит у окна и курит. Я посуду мою.

— Ещё в начале года подала на обучение за границей. Сазонов, однокурсник, говорит, что вряд ли одобрят, — домыв посуду, выключаю воду и разворачиваюсь. Ловлю его тяжёлый задумчивый взгляд. — Даже если одобрят, я откажусь.

— Почему? — хмурится он.

— Потому что всё, что мне нужно, находится здесь, — развожу руки в стороны, намекая на него, конечно же. И иду к нему.

Он тушит окурок и ловит меня. Взбираюсь на колени. Обнимаю за шею и тянусь за поцелуем. И к чёрту эти конспекты, подготовлюсь завтра. Встану пораньше и, пока он спит, почитаю.

Мужчина на руки удобнее подхватывает. И, не прерывая поцелуй, несёт меня в комнату. На койку, скрипучую и слишком узкую, утягивает. С жадностью набрасывается. До исступления доводит.

И ничто с этим чувством не сравнится, когда ты ощущаешь человека каждой клеточкой тела. Когда напитаться его близостью не можешь. Когда так сладко и жарко, и даже немного больно, но безумно необходимо. И это немного пугает. То, какой властью над тобой обладает этот мужчина.

— Знаешь, Светлячок, — говорит он глубокой ночью, — с тобой я живу.

— Открытие века. Ты тут уже две недели живёшь, — хихикаю, теснее прижимаясь к его торсу и слушая, как сильно грохочет его сердце. В унисон с моим.