Бывшие. Изящное оружие

Глава 10

– Убери руку, – тихо, но жёстко приказала я и, дождавшись, когда Паша отошёл в сторону, добавила уже мягче: – Сейчас поужинаем, после поспишь в гостевой комнате, а завтра по холодку – домой.

Муж чертыхнулся, возмутившись:

– Как это домой? Я за рулём провел десять часов. Для чего? Чтобы ты меня развернула через столько же часов после приезда? В конце концов, я здесь, чтобы побыть со своим ребёнком. Разве ты запретишь мне это?

– Нет, конечно.

– Вот и я о том же. А пока Арина с бабушкой на улице, давай поговорим спокойно, без крика-шума и свойственной тебе иронии.

– Разве я когда-то на тебя кричала?

– Нет, предупредил на всякий случай. Так вот, присядь, – он потянул меня за руку. – У меня есть предложение.

– Меня устроит только одно, что ты сам оплатишь пошлину и подашь заявление о разводе.

Паша вздохнул:

– Ну почему ты у меня такая категоричная? Давай начнём сначала, с того момента, когда я только-только приехал сюда, подошёл к тебе и сказал всего два слова: «Прости меня».

– А ты их разве говорил?

– Не успел, потому говорю сейчас: прости меня! – Я выдвинула из-под стола табуретку и заинтересованно посмотрела на Пахомова. – Можно для начала мне налить чай? Я целый день ничего не ел.

– Можно. Какой сделать? – Я взглядом указала на стул и поставила перед ним маслёнку и тарелку с испеченными утром сладкими булочками.

– Зелёный с жасмином, конечно. Как себе. Мне нравится всё, что нравится тебе.

– Не замечала ранее, – усмехнулась я. Паша всегда любил чёрный кофе.

Так, муженёк зеркалит мои действия, что-то задумал. Хотя догадаться достаточно просто. Но послушаем.

– Я вёл себя по-свински и разговаривал там, дома, неправильно. Прости, пожалуйста! Я виноват, и сам всё испортил! Предлагаю обо всём забыть, будто ничего не было: ни того разговора, ни измены, ни этой… Людки, – сказал Паша, прихлёбывая между делом чай.

– Ты-то можешь забыть, а вот твоя молодая нимфа, думаю, с тобой не согласится и не раз ещё напомнит о своих правах. Тем более не забуду я. Или ещё пять лет предложишь жить в чрезвычайном напряжении?

Паша зацепился за главное для него, акцентируя внимание на Кожемякиной, остальное пропустил мимо:

– Пусть для начала сделает тест и докажет, что отец я, это, во-первых. А, во-вторых, если ребёнок всё же мой, что ж, буду платить копеечные алименты.

– О, да, это ведь сущие копейки, можно и дальше продолжать разорять семью.

Паша на мой сарказм снова не обратил внимания, ибо, как обычно, слышал только себя.

– Нет, родители всё же молодцы – всё предусмотрели.

Меня удивила такая откровенность наравне с пошлым цинизмом.

Наверняка Пахомов перед Миленой распушил павлиний хвост: он не только старший преподаватель в вузе, почти доцент, но ещё и крутой бизнесмен – владелец фирмы и ряда магазинов.

– Они просто хорошо знают тебя. Твою любовь к планете розовых пони и молодых нимф.

– Да не нужны мне эти профурсетки, – разозлился Паша. – Я только тебя люблю, всё остальное дурь и блажь, но мне это действительно дорого обходится, на всю жизнь запомню. – Он снова взял меня за руку: – Если бы ты знала, как мне плохо без тебя и хмуро. Я эти дни места себе не мог найти. Пойми! Пойми, у нас с тобой любовь, у нас ребёнок в конце концов!

– Почему-то ты вспомнил об этом только сейчас, а не тогда, когда заводил шуры-муры с этой певичкой.

– Почему ты во всём обвиняешь только меня? – задал пока ещё муж встречный вопрос. – Как говорится, сучка не захочет, кобель не вскочит.

– Потому что Кожемякина не замужем. Потому что ищет себе опору в жизни, лёгкий путь к стабильности и комфорту – чего у неё на сегодня нет. Понимает, взлетела с одной песенкой на пьедестал, а дальше не потянет. Сколько их ярких звёздочек-однодневок, которые быстро погасли и растворились среди миллионов таких же. Это столица – проглотит, и не заметишь! Другое дело, Милена использует грязные методы в борьбе за своё безбедное существование, но это уже её дело. – Я вспомнила Игоря Александровича и его категорический отказ убрать из кадра Кожемякину. – Думаю, ты у неё не один.

– Вот и говорю, может, она и не беременна вовсе, – обрадовался Пахомов моему предположению. – Или беременна, но не от меня.

– Может быть. А ты женат. Потому основной спрос с тебя – с человека, у которого семья и ответственность перед ней.

Я действительно так считала.

Мне вообще было непонятно, как можно так запросто променять стабильные отношения на сиюминутную интрижку?

Самое главное, у нас с Пашей не было скандалов, напряжения, непонимания или в постельных делах охлаждения – нет же.

Концы с концами не сводили, и быт нас не измучил – мы из-за работы встречались только ночами. И были рады выходным, потому что проводили их вместе, не пассивно валяясь на диване, а посещали с дочерью детские мероприятия, выезжали в другие города, чтобы посмотреть достопримечательности, просто гуляли по паркам.